Когда закончится осень (СИ)

― Ты не в себе, понимаешь это?
Она замотала головой, отступая на несколько шагов назад.
― Никто и никогда не отнимет у меня моего сына, Итан. ― Дарра сунула руку в карман, и неожиданно я увидел перед собой дуло пистолета.
― Дарра, не дури, ― взмолился Эдвард.
― Если мне не дано быть с тобой и с сыном, то… и она этого не получит. ― Она смотрела на меня отреченным взглядом, дрожащими руками направляя на меня пистолет, а я не мог думать ни о чем, кроме своего сына. Зайдя так далеко, я даже думать не хотел о том, чтобы потерять его навсегда. Дженна являлась еще одной причиной, по которой мне нужно было продолжать жить. Если бы все это разворачивалось всего какой-то год назад, мне было бы плевать на то, спустит Дарра курок или нет, но сейчас я был обязан выжить.
― Опусти ствол, Дарра, ― как можно спокойнее произнес я.
― Скажи, что все еще любишь меня, ― потребовала она.
Я замотал головой.
― Я не сделаю этого, потому что это не так. ― Мне не хотелось лукавить душой, даже находясь под прицелом. Я просто не мог выдавить из себя этих слов. Ее дрожащие пальцы скользнули к спусковому курку, и мне не оставалось ничего, кроме как действовать. Я бросился в ее сторону, как раз в тот момент, когда раздался выстрел, и пуля вонзилась в мое тело. Горячая кровь тут же хлынула из моего плеча, но я, превозмогая боль, попытался дотянуться и выхватить пистолет, но все попытки оказались тщетны.
Дарра опередила меня, вновь направляя ствол в мою сторону.
― Ты даже не представляешь, какую боль мне причиняют твои слова о том, что ты больше меня не любишь. ― Она кивнула в мою сторону. ― Мне куда больнее, чем тебе сейчас. Эмоциональная боль, она куда невыносимее. Сначала ты разрушил наш брак, а теперь намереваешься разлучить меня с сыном… Но этого не будет. У меня в обойме еще две пули. Одна для тебя, а вторая ― моя. Мы умрем здесь. Вместе. Мне решать, кого тебе любить, и… если уж ты выбираешь не меня, то тогда это будет никто.
― Опусти оружие, сейчас же! ― пронзило воздух требование. Я переместил свой взгляд и увидел Тома, стоящего позади Дарры с пистолетом наготове.
Дарра замотала головой и посмотрела прямо мне в глаза.
― Я не могу, ― прошептала она.
― Дарра, опусти его. Так ты ничего не добьешься. Подумай, с кем останется Нолан, если ты убьешь и меня, и себя.
Я прикладывал последние усилия, чтобы заставить ее одуматься.
Поднялся шквалистый ветер, и длинные каштановые волосы беспорядочно облепили ее лицом.
― Он уже мертв, ― сквозь зубы прошипела она.
Я потерял дар речи, и мое сердце перестало биться. Все тут же потеряло смысл.
― Ты конченная мразь! ― проревел я, устремляясь к ней и уже не беспокоясь о своей жизни. И тут… Резкая боль пронзила мой живот, заставляя меня рухнуть на колени. Зажимая сочащуюся кровью рану, я ощущал, как с каждой секундой мне становится тяжелее дышать, а затем мое лицо коснулось земли.
Дженна стояла на берегу спиной ко мне, но как только я шагнул в ее сторону, она не спеша обернулась, одаривая меня теплой улыбкой. Я нуждался в безопасности ее объятий. Мне было необходимо, чтобы она дала мне то, что было подвластно только ей. Ветер играл с ее длинными волосами, когда она ждала меня в свои объятия ― совсем рядом, но все же недостижимо далеко. Сколько бы шагов навстречу ей я не делал, расстояние между нами оставалось прежним. Улыбка исчезла с ее лица, и она опустила руки.
― Дженна, ― окликнул ее я, когда она начала отдаляться. Я жаждал ее прикосновений, желал ощутить вкус ее губ, но был обречен на провал. ― Дженна! ― крикнул я снова.
Она остановилась и вновь обернулась, встречаясь со мной глазами.
― Я люблю тебя, Дженна, ― прошептал я.
Одинокая слеза покатилась вниз по ее лицу.
― И я люблю тебя, Итан, ― вполголоса ответила она. ― Так сильно люблю.
Боль, гнетущая меня, тут же отступила на второй план. Поднялся ветер, и на береговую линию обрушились волны. Я закрыл глаза, наслаждаясь внезапно окутавшим меня спокойствием, которое даровало мне присутствие Дженны. Мне стало легче дышать.
 
― Я люблю тебя, Итан… так люблю…
Мне было не сдержать умиротворенной улыбки, когда эти слова слились с ее губ. Ее теплые, нежные губы целовали мое лицо, и я упивался каждым прикосновением, искренне боясь открыть глаза и обнаружить, что Дженна ушла навсегда.
― Итан, вернись ко мне, прошу, ― умоляла она. ― Вспомни, что ты обещал… Мы должны быть счастливы вместе. ― Дженна прикоснулась губами к моему лбу. ― Пожалуйста, не оставляй меня.
Превозмогая себя, мне все же пришлось открыть глаза.
― Дже… Дженна, ― с трудом произнес я.
― Итан! ― воскликнула она.
Теперь она действительно слышала меня. Правда могла слышать. Всего лишь нужно было открыть глаза, чтобы увидеть ее перед собой, стоящую у воды, прямо как в момент нашей первой встречи.
― Проснись, Итан. Прошу тебя, ― продолжала умолять она.
Я старался удерживать свои тяжелые веки, чтобы видеть ее лицо, пусть и не так четко, как хотелось бы.
― Итан! ― вновь воскликнула она.
Когда мое зрение адаптировалось к свету, я наконец осмотрелся вокруг. Шум океана сменился гулом машин, а пустынный пляж вмиг обернулся пространством крошечного помещения, где не было ничего, кроме четырех стен. Единственное, что осталось неизменным, это Дженна, стоящая рядом со мной.
― Где я? ― поинтересовался я, слегка вздрагивая, услышав самого себя.
― Ты в больнице. С пулевыми ранениями. За эти две недели тебя дважды оперировали. ― Голос Дженны надломился. ― Ты перепугал меня до полусмерти. ― Она прижалась своей щекой к моей, сдерживая слезы, прежде чем растаять и все же дать волю эмоциям. ― Мне необходимо сообщить медсестре, что ты пришел в себя, ― сообщила она, наконец взяв себя в руки.
― Постой… посиди еще чуть-чуть. ― Взяв ее за руку, я закрыл глаза, вновь переживая те же ощущения, которыми был поглощен перед пробуждением. ― А что с… ней? ― Мне было сложно заставить себя даже произнести ее имя.
― Она покончила с собой… Дарра мертва, Итан.
Я просто кивнул, не испытывая никаких эмоций от этого известия. Все точь-в-точь, как в ситуации с моим отцом.
― Она убила его, Дженна. Взяла и убила. ― Внутри меня все сжалось от мысли, что я вынужден вновь оплакивать своего сына.
― О чем ты? ― Дженна нахмурила брови в замешательстве. ― Кого она убила?
― Нолана.
Слезы брызнули из моих глаз, как только я произнес его имя.
― Нет, Итан. Она не сделала этого. С Ноланом все в порядке. Он сейчас с Хелен.
― Что? Но она же сказала мне…
― Дарра блефовала. Он был в отеле с няней.
Слезы потери сменились слезами счастья.
― Так что он жив, Итан. Твой сын в порядке.
Я потянулся, чтобы заключить Дженну в объятия, но меня тут же пронзила боль.
Склонившись надо мной, она скользнула ладонью по моей щеке.
― Тише. Лежи. Некоторое время тебе будет больно.
Я замотал головой и одарил ее теплой улыбкой.
― Нет. Больше никакой боли. Никогда в жизни я не чувствовал себя лучше, чем сейчас.
Ее карие глаза встретились с моими, излучая заботу.
― Позволь мне все же позвать медсестру.
Я не мог отвести от нее взгляда. Эта женщина. Ангел. Она вдохнула в меня жизнь и вернула мне сына. Моя благодарность ей безмерна.
― Эй, Итан, ты слышишь меня?
Дженна помахала рукой у меня перед носом.
― Мне это приснилось, или ты действительно сказала это? ― спросил я.
― Что сказала?
― Что ты любишь меня.
― Нет, тебе это не приснилось… Я люблю тебя, Итан.
― Я так переживал, что испугал тебя признанием в тот вечер. Мне казалось, что я потерял тебя.
 
― Тебе так просто не избавиться от меня, ― пошутила она и склонилась, чтобы чмокнуть меня в щеку. ― Я скоро вернусь.
Я схватил ее за руку и притянул к себе.
― Ты правда будешь счастлива со мной… и Ноланом?
Она сделала вид, что задумалась, а затем улыбнулась.
― Я буду более чем счастлива.