Когда закончится осень (СИ)

Будучи не в состоянии оставаться один на один со своими мыслями ни секунды более, я, наконец, заставил себя встать с постели и принять душ. Когда вышел из ванной, Дженна только начала пробуждаться.
― Куда ты встал так рано? ― спросила она, садясь в кровати и протирая глаза.
― Никуда. Просто не спалось, ― пробормотал я, не находя в себе сил взглянуть ей в глаза. Затем взял свою сумку и начал собирать туда свои грязные вещи.
― Итан, прекрати, ― прошептала Дженна.
― Прекратить что? ― Наконец, я обернулся, чтобы встретиться с ней взглядами.
― Не делай этого. Не закрывайся от меня.
Я молчал, не зная, что ей ответить.
― Пожалуйста, присядь.
Она постучала по матрасу рядом с собой.
Я выполнил ее просьбу.
― Тебе приснился кошмар. И ты был в нем. Думаешь, я не понимаю, что ты никогда бы не повел себя так со мной, если бы был в сознании?
― И все же это не оправдание.
Она подалась ближе ко мне, натягивая на себя простыню, чтобы прикрыть обнаженное тело.
― Итан, я не знаю, что так травмировало тебя и, повторюсь, не настаиваю на том, чтобы ты рассказывал мне об этом. Но, может быть, тебе все-таки стоит открыться кому-нибудь, кто, возможно, поможет тебе пережить все это и избавиться от кошмаров?
Я замотал головой, саркастически усмехнувшись.
― Ты сейчас намекаешь на психиатра? ― Мне даже был не нужен ее ответ. ― Проходил это. Но все, чем они могут помочь, это напичкать меня препаратами, которые спасают от кошмаров от силы на сутки.
Дженна провела своей теплой, нежной рукой по моей щеке.
― Может ты просто не нашел того самого специалиста, который подходит именно тебе? Есть сотни квалифицированных…
― Хватит! Не стоит об этом! Никто не сможет решить моих проблем. Поняла? Ни ты, ни какой-либо человек, который считает, что он знает, что делать, только потому, что имеет приписку к имени типа «специалист», ни кто-либо другой! Я в полном дерьме, Дженна. Неужели ты еще не поняла этого, после того, что произошло вчера? Никто и ничто уже не поможет мне, и, наверное, тебе лучше навсегда вычеркнуть меня из своей жизни.
На ее глазах выступили слезы. Я встал и подошел к окну, бездумно уставившись на оживленный тротуар. Мне было тяжело смирится с тем, что я снова сделал ей больно. На этот раз своими словами.
― Я не могу согласиться с тобой, Итан. И это уж точно не то, чего я хочу. Но если ты считаешь, что это единственный способ, который хоть как-то поможет тебе, то я исчезну из твоей жизни так же стремительно, как появилась в ней. Но мне никогда не забыть того, что у нас с тобой было, потому что, если уж быть откровенной, за то короткое время, что мы провели вместе, ты стал для меня нечто совершенно особенным, и мне никогда не стереть из памяти того, кто столь сильно повлиял на мою жизнь.
Ее голос дрогнул, и она убежала в ванную, не в состоянии больше сдерживать слез.
Боже, каким же придурком я был. Зачем втянул эту бедную девушку в свою беспорядочную, сломанную жизнь? Мне следовало просто проигнорировать тот факт, что она безумно красива и меня тянет к ней словно магнитом. И снова я думал только о себе, о том, что лучше для меня, абсолютно наплевав на ее чувства. Сейчас все, чего я добился, это причинил ей боль. Сделал то, чего желал в последнюю очередь. В ванной включился душ, и я сел на кровать. Мне не хотелось вот так просто терять Дженну, но чтобы удержать ее, я должен был полностью открыться ей. Я настолько глубоко погрузился в свои мысли, что не заметил, как вода в ванной выключилась, и вздрогнул, когда Дженна неожиданно возникла рядом со мной, уже полностью одетая и с волосами, собранными в хвост. Не говоря ни слова, она подошла к своей сумке, закинула туда всю одежду, а затем достала платье из шкафа.
― Готов идти? ― спросила она, как ни в чем не бывало.
Я кивнул и схватил свои вещи, пропуская ее вперед себя. Мы выписались из гостиницы и молча ждали снаружи, пока сотрудник отеля выведет мою машину из гаража. Дженна держалась поодаль от меня, и этого нельзя было не заметить. Я не сомневался, что она обижена, и у меня не было никаких оснований винить ее в этом. Когда я предложил помочь ей загрузить сумку в багажник, она отказалась, сделав все самостоятельно. Мы сели в машину, и Дженна, пристегнувшись, откинулась на спинку сидения и надвинула на глаза темные очки.
 
― Как насчет выпить кофе? ― поинтересовался я.
― Нет, спасибо.
Она отвернулась и уставилась в окно, как только я выехал на оживленную улицу. Некоторое время мы ехали в полной тишине и лишь когда оказались далеко за городом Дженна, наконец, посмотрела на меня.
― Ты должен был ехать в южном направлении, а не в северном.
― Нет, не должен.
Я на мгновение перевел взгляд с дороги в ее сторону.
― Итан, может я и не заслужила твоего доверия, но я не тупая… Чтобы я могла вернуться домой, нам следует ехать в южном направлении.
― А кто тебе сказал, что мы едем к тебе?
― И куда же мы тогда едем? ― требовательно поинтересовалась она.
― Я хочу кое-что показать тебе… Прошу тебя, не злись и просто доверься мне.
Дженна не стала протестовать, и я принял это за согласие. Чтобы заглушить тишину, давящую на мозг, я включил радио. Час спустя мы припарковались на подъездной дорожке возле дома.
― Чей это дом? ― спросила Дженна, удивленно хлопая глазами.
― Мой. ― Я нажал кнопку на брелке, ожидая, пока откроются двери гаража. Мы вышли из машины, и Дженна последовала вперед, с любопытством осматриваясь по сторонам.
― Ты живешь здесь?
Я кивнул.
― Совсем один в таком огромном доме?
Я снова кивнул.
― Ничего себе! ― прошептала она.
Я глубоко вздохнул, собираясь с духом, но решил, что для начала нам не помешает доза кофеина.
― Так как насчет кофе?
― С удовольствием, ― согласилась Дженна. Она последовала за мной на кухню и не смогла скрыть своего изумления, когда увидела плиту.
― Матерь божья! Эта плита… Да вся эта кухня ― просто рай для шеф-поваров.
Я усмехнулся, наблюдая за ее неподдельным восторгом, затем приготовил кофе, и мы расположились за столом.
― Мы проделали весь этот путь ради чашечки кофе?
Меня радовало, что ее обида на меня начала угасать.
― Нет. ― Я замотал головой и подождал, пока Дженна допьет свое кофе. Сейчас или никогда. Я встал, взял ее за руку и повел вверх по лестнице. Мы остановились возле закрытой двери в комнату, в которую никто не заглядывал в течение последнего года. Мои руки начали дрожать, как только я коснулся ручки. С каждой секундой моя решительность улетучивалась. Я глубоко вздохнул, давая себе отчет, что рано или поздно мне бы все равно пришлось столкнуться с этим. Я должен был сделать это, чтобы освободиться от цепей, сковывающих меня, и сохранить эту женщину рядом с собой.
  
ГЛАВА 21
 
ДЖЕННА
Я не могла не заметить волнения Итана, когда он коснулся рукой дверной ручки. Он весь побледнел, а его кожа покрылась испариной. Невзирая на мое безумное желание узнать, что скрыто за закрытой дверью, чувство тревоги передалось и мне. Что могло служить причиной такого напряжения?
― Итан, с тобой все хорошо? Если ты не…
Он замотал головой и жестом попросил меня замолчать. С каждым мгновением его дыхание становилось все более сбивчивым. Мое сердце ощутимо встрепенулось, как только дверь отворилась. Я рисовала перед глазами картину с мертвой женой Итана, лежащей в их постели, но моим глазам открылась вовсе не столь болезненная сцена. Это была детская комната, выполненная в теплых морских тонах, с масштабной фреской, изображающей парусник на одной из стен и впечатляющим видом на горы за окном.
 
Я взглянула на Итана, на глазах которого выступили слезы. Мне было сложно подобрать слова, чтобы как-то утешить его, потому что я абсолютно не понимала, в чем дело. К тому же, у меня совсем не было уверенности, что я в состоянии помочь ему в этот момент. Казалось, что он вновь заблудился в своем личном мирке. Я подошла к пустующей кроватке. Она была застелена одеялом в сине-белую клетку, и в ней лежал плюшевый медвежонок, точь-в-точь такой же, что я видела у Итана в гостинице в тот день. Внутри меня все сжалось. Не было сомнений, это детская, но чей ребенок жил тут, и где он сейчас?