Кафе "Суббота" (СИ)

Я был в ужасе.
- Ну все, считай, сегодня ты без чаевых. Посетители скупы к тем, кто напортачил, - сказал Джош.
- А он, - я ткнул пальцем в сторону кабинета хозяина, - он это действительно… ну того… - Я не мог найти подходящего слова, - сделает это?
- Выпорет? Конечно.
- Да как пить дать!
- Всыплет – мало не покажется, - закивали все вокруг. Хелен нахмурилась.
- Меньше думай об этом и иди, работай.
  
Я взглянул на часы и ужаснулся. Было всего лишь 11 часов утра, а смена кончается в 8 вечера! Но деваться было некуда, и я отправился работать.
Я был уверен, что настроению моему ниже падать некуда, но я ошибался. Причиной тому были посетители и их реакция на мистера Стинга на моей шее. Самая «приятная» из них – это тихи усмешки и перешептывания у меня за спиной. По крайней мере, это было лучше, чем когда они мне говорили что-то лично.
Когда я подавал чай двум пожилым джентльменам, один из них вдруг указал на меня:
- Вот! Вот как надо воспитывать молодежь – в страхе перед розгой! Как говориться – не жалей розги для чада своего! Молодой человек, а подскажите, как часто вас секут?
- Н-не очень…
- Раз в неделю? Раз в две недели?
- Сегодня в первый раз, сэр.
Я не лгал. Когда-то в детстве мне пару раз попадало от отца, но это было очень давно, и уж точно розгой меня не секли ни разу.
- А боитесь розги?
- Очень, - тут я тоже не стал врать.
- То-то же! И я считаю, что если мы введем телесные наказания не только для простых работяг, но и для так называемого «высшего общества», то в скором времени наша страна преодолеет кризис и поднимется с колен! – он постепенно перевел разговор со своим собеседником на политику, а я поспешно удалился.
После обеда одна дама отказалась от обслуживания мною.
- Дорогуша, я хочу, чтобы меня обслужили хорошо, так что давай, приведи того, кто умеет работать…
Один мальчик нарисовал на салфетке человечка с голой задницей и кричащего «А-а-а!».
- Это ты, - он протянул мне рисунок и ушел со своими родителями, смеясь.
Но хуже всех был один мужчина, пришедший под вечер. Он пялился на меня и потел, пока я принимал его заказ. Он пялился на меня, пока я шел на кухню, и пялился, пока я нес ему заказ. Пялился, пока я обслуживал других посетителей. Наконец он попросил меня позвать хозяина.
- Ну что ты опять натворил? – недовольно проворчал тот, пока мы шли из его кабинета.
- Ничего, сэр! Абсолютно ничего!
Посетитель знаком попросил Дэвиса наклониться к нему и что-то жарко зашептал ему на ухо.
Я смог расслышать только «заплачу любые деньги». Дэвис покраснел и взглянул на меня.
- Ну что, мы договорились? – Спросил мужчина.
- Кхм, нет, боюсь, что таких услуг мы не оказываем и вам лучше поискать соответствующее заведение. Прошу прощения.
- Жаль, очень жаль.
Мужчина вздохнул и ушел, толком не закончив свой ужин.
- Сэр?
- Да, Том?
- Чего он хотел?
- Он хотел тебя выпороть. За деньги конечно же.
- Чего???
- Ну, по его логике – тебе ли не все равно, кто тебя будет пороть? Почему бы не заработать на этом…
- Не-не-не, это звучит почти как…
- Как проституция, ага. Нет, порка должна быть в наказание, а не для удовлетворения чьих-то извращенных фантазий.
И хотя остаток вечера прошел без инцидентов, я был весь на нервах. С приближением 8 часов прут казался все тяжелее и тяжелее, а петля, на которой он висел, будто бы жгла кожу.
Под конец смены пришел Стрейнджлав. К нему подскочила Хелен:
- Кофе, мистер Стрейнджлав?
- Нет, спасибо.
- За счет заведения – улыбалась она.
- Нет, я пожалуй пойду сразу к Дэвису, - он скрылся в кабинете.
«Стоп! К Дэвису?! Уже почти конец смены!»
- Что он у него забыл? – прошептал я Хелен.
- А я почем знаю? Мало ли, дела обсуждают.
- Он же не будет там, когда я… когда меня…
Хелен пожала плечами.
- Не имею не малейшего понятия.
Смена кончилась, а мистер Стрейнджлав так и не вышел из кабинета. В 8:10 Хелен тонко намекнула, что не стоит заставлять мистера Дэвиса ждать.
- И вообще, раньше начнете – раньше закончите, - напутствовала она.
Дрожа от страха я подошел к кабинету и постучался. После долгой секунды из-за двери донеслось «Войдите».
- Сам пришел, все-таки, - сказал Дэвис. – А я уж было подумал, что придется тебя силком тащить. Ну что, не будем откладывать дело в долгий ящик? – Он снял с моей шеи прут и легонько хлопнул по своей ладони.
- Простите, сэр, а мистер Стрейнджлав…
- Будет присутствовать во время порки, да. Я разрешил ему присутствовать в качестве компенсации морального ущерба, раз материальный ты не можешь ему возместить.
- Но, сэр, я не согласен!
- У тебя никто и не спрашивал.
- А стоило бы!
- Так, – Дэвис начинал злиться, - или я выпорю тебя при нем, или ты уволен.
Вот тут-то он меня подловил. Увольнения я не мог допустить – я и эту работу с трудом получил.
- Нет, не надо меня увольнять! Я согласен на все!
- Вот и хорошо. Да не стой ты у входа, проходи, проходи.
Я встал в центр комнаты. Мистер Дэвис так и остался стоять позади меня.
- Снимай штаны, нагнись вперед и упрись руками в колени.
Я бросил взгляд на мистера Стрейнджлава – его лицо ничего не выражало. Негнущимися руками я расстегнул пуговицы и приспустил штаны официантской формы.
- Ниже, ниже, до колен снимай. И трусы тоже, - приказал Дэвис.
Покраснев, я все же сделал как было велено.
- Нагибайся.
Я нагнулся вперед и уперся руками в колени. Моя задница оказалась абсолютно раскрыта взглядам двух взрослых мужиков.
- Колени не сгибать, удары считаешь вслух. Всего пятнадцать ударов. Пропустишь хоть один – начнем все заново.
«Пятнадцать? Вроде не так уж много, можно стерпеть».
Мистер Дэвис взмахнул пару раз прутом в воздухе, примериваясь.
- Ну что, поздоровайся с мистером Стингом, - сказал он и ударил.
Он мог бы с таким же успехом полоснуть меня ножом – так мне было больно. Я вскрикнул и чуть не завалился вперед.
- Я не слышу счета.
- Один! - Поспешно выкрикнул я.
Дэвис замахнулся снова.
- Два!
И снова.
- Три!
В этой дурацкой позе мои мышцы и кожа на заднице были натянуты, и каждый удар был нестерпимым. Приходилось прикладывать много усилий, чтобы сохранять равновесие.
На четвертом ударе я все же упал на пол.
- Вставай, - жестко произнес Дэвис. Я мотнул головой. – Если ты сейчас же не встанешь, мы начнем счет заново.
- Не надо заново!
- Тогда поднимайся.
Я вернулся в изначальную позицию.
- Какой счет? – спросил он.
- Четыре.
Я услышал, как взмахнул прут и зажмурился. Этот удар был таким же сильным, как и предыдущие – Дэвис меня не жалел.
- Пять!
Еще удар.
- Шесть!
И еще.
- Семь!
«Почти половина!»
Мысль о том, что еще столько же предстоит вытерпеть, меня удручала.
Восьмой удар пришелся по месту, где бедра переходят в ягодицы, и я взвыл от боли.
- Счет! – напомнил Дэвис.
- Восемь!
Следующие три удара он нанес почти в то же место, аккурат один над другим.
- Девять! Десять! Одиннадцать!
Ноги дрожали от напряжения.
«Всего четыре удара осталось! Еще четыре – и конец!»
Дэвис медлил, примерялся прутом к моей заднице, выискивая место получше для удара.
«Да он издевается!»
И вот он снова взмахнул прутом.
- Двенадцать!
«Пусть это быстрее кончится, боже, пожалуйста…»
- Тринадцать!
«Предпоследний…»
- Четырнадцать!
«Последний!»
- Пятнадцать!
«Все!»
- Одевайся, - велел Дэвис.
Я медленно разогнулся, со стоном. В первую же очередь я схватился руками за зад. Он был горячий, весь во вспухших полосах. Одевался я очень осторожно, стараясь не тревожить болезненное место.
  
- Можешь идти.
Я пулей вылетел из кабинета, несмотря на боль в заднице. В раздевалке, кое-как переодеваясь в свою обычную одежду, я услышал спор Троя и Джоша.