Кафе "Суббота" (СИ)

— Одевайтесь и проваливайте.
Трой резко разогнулся и также резко, несмотря на боль, надел штаны и выскочил из кабинета. Как бы мне ни хотелось последовать его примеру и также быстро уйти, я медленно натянул сперва нижнее белье, а потом брюки. Зад горел и пульсировал, ноги дрожали от перенапряжения. Начальник стоял и в нетерпении ждал, когда я соизволю покинуть его кабинет.
  
— Вот, отнеси обратно на место, — протянул он мне Стинг.
Я кивнул, не в силах даже ответить вежливое «да, сэр».
«Как же я ненавижу эту работу».
Пока я выполнял поручение Дэвиса, Трой уже успел переодеться и свалить. В принципе, как и все остальные сотрудники кафе.
«Ну и отлично! Чем меньше вижу его мерзкую рожу, тем лучше».
В раздевалке я всё-таки дал волю чувствам и расплакался в одиночестве, надеясь, что за стеной мистер Дэвис не слышит меня.
***
В автобусе я ехал стоя и смотрел в окно. Смеркалось. Было пасмурно, хоть и не было дождя. Мысли были такие же мрачные, как и небо. Я серьезно размышлял о том, чтоб обратиться к мистеру Моргану. За этот месяц мне уже влетает третий раз, если за каждый раз мне платили по сотне, то больше половины нужной суммы было бы у меня уже в кармане. Так почему бы и не попробовать? Внутренний голос говорил что-то про самоуважение и принципы, но о каком самоуважении может идти речь, когда тебя просто могут загнуть задницей к верху за любую мелочь?
«Но всё-таки мне не очень хочется этим заниматься», — вздохнул я.
Тут мое внимание привлекла знакомая фигура на задней площадке автобуса. Сердце сжалось. На задних сиденьях сидел в расстегнутом пальто мистер Стрейнджлав и, кажется, спал.
«Что, чёрт возьми, он делает в общественном транспорте? У него же машина есть».
Рядом с ним никого не было. Все как будто бы боялись подойти к нему ближе.
«Надо его разбудить, а то проспит свою остановку».
Когда я подошел к нему ближе, то понял причину, по которой рядом с ним никто не сел — от него жутко несло алкоголем.
«Да он же пьян!»
— Мистер Стрейнджлав? — я осторожно потряс его за плечо. — Просыпайтесь, мистер Стрейнджлав.
Он разлепил глаза.
— Том… — он тепло улыбнулся, увидев меня. — Здравствуй…
Я осторожно присел на сиденье рядом с ним. Моя задница этого не оценила, но так зато Стрейнджлава было лучше слышно.
— Сэр, вы в порядке? Вам нужна помощь?
— Нет, я в порядке. В полном.
— Вы уверены? — Он кивнул. — Как вы здесь вообще оказались?
— Понимаешь, Том, мне так погано, так погано было. Я зашел в бар, напился как сволочь и вот, еду теперь домой. Не могу же я вести машину в таком состоянии.
— Да, сэр, но почему вы не вызвали такси?
Стрейнджлав хлопнул себя по лбу.
— Такси! Точно! Вот я пьяный дурак, а? — он положил голову мне на плечо и прикрыл глаза. От него несло жаром и винными парами.
— Сэр, не засыпайте, пожалуйста… Сэр, на какой вам остановке выходить?
— На Лайм-стрит.
— Простите, сэр, но это совершенно в другой стороне. Кажется, вы сели не на тот автобус.
Стрейнджлав пробормотал какие-то ругательства.
— Сэр, вам придется выйти из автобуса, или вы уедете вместе со мной до Внешнего кольца…
— Не такая уж и плохая мысль…
Кажется, он прижался ко мне.
— Мистер Стрейнджлав, вам, пожалуй, стоит выйти на следующей остановке и поймать такси.
Он кивнул.
— Да, пожалуй, ты прав.
Стрейнджлав встал и, пошатываясь, двинулся к дверям автобуса.
«Да он же на ногах еле держится».
Автобус остановился, и Адам едва не улетел вглубь салона.
«Он не доберется до дома сам».
Стрейнджлав всё-таки смог вылезти из автобуса и, не глядя особо по сторонам, двинулся вдоль улицы. Я наблюдал в окно, как пару раз он поскользнулся на ровном месте.
«Он точно убьётся где-нибудь, если никто не доведёт его до дома».
Он почти уже скрылся из виду в толпе, когда я выскочил в закрывающиеся двери автобуса.
— Мистер Стрейнджлав!
Он видимо не услышал меня и продолжал идти вперёд.
«Что я творю? Я же только сегодня днём решил, что не буду даже пытаться с ним заигрывать…»
Я бросился за ним. Сердце стучало как бешеное.
«А я и не заигрываю, я просто хочу оказать ему помощь. Помощь, которую оказал бы любой порядочный гражданин на моем месте», — успокаивал я себя.
Я догнал его на пешеходном переходе и схватил за руку. И очень вовремя. Не глядя по сторонам, он шагнул на проезжую часть под оглушающий визг машин.
— Адам!
Я буквально выдернул его обратно на тротуар.
— Придурок! Смотри куда прёшь! — донеслось из мимо проехавшей машины.
— Сам смотри! — крикнул я в ответ.
Адам мотнул головой.
— Что-то мне нехорошо…
— Неудивительно! Это ж сколько надо выпить, чтоб не смотреть, куда идёте?
Он наклонился ко мне.
— Много, — доверительно прошептал он мне на ухо. У меня побежали мурашки по шее от его теплого дыхания.
— Сэр, давайте я помогу вам поймать такси?
Адам задумался, а потом кивнул.
— У вас деньги есть на такси?
Он похлопал себя по карманам, торжественно достал бумажник и вручил его мне.
— Вот!
Я вздохнул.
«Наверное, стоит поехать с ним, чтоб убедиться, что он добрался благополучно домой. Пусть пока бумажник будет у меня, а то вдруг Адам его потеряет, а я не смогу расплатиться».
Такси мы поймали на удивление быстро. Видимо, представительный, пусть и слегка потрепанный, вид Адама внушал доверие. Правда, когда машина остановилась возле нас, он попытался сесть на место водителя, на что тот ответил возмущенно-удивленным взглядом.
— Привычка, — сказал он мне, когда мы всё же сели на заднее сидение, — уже много лет я вожу машину и отвык быть пассажиром.
Он опять пристроил свою голову у меня на плече.
— Сэр? — я хотел было попросить его как-то по-другому устроиться, но передумал.
«Не каждый день такой случай подворачивается. Чёрт возьми, мне ж приятно! Имею право немного насладиться моментом».
Несмотря на боль в заднице и на стойкий запах алкоголя, исходящий от Адама, я решил ничего ему не говорить. Вместо этого я решил спросить:
— Сэр, а что такого случилось, что вы решили так напиться? — он вздохнул. — Можете не отвечать, если это слишком личное! — поспешно добавил я.
— Нет, ничего такого. Тебе уже коллеги порассказали про меня небылиц. Так что хуже обо мне ты думать уже не можешь…
— Нет, что вы! Они не рассказывали ничего плохого…
Адам хмыкнул.
— Ты, наверное, в курсе, что я в ссоре со своей матерью? — я кивнул. — Я не разговаривал несколько лет с ней. Недавно вот послал подарок ей на юбилей. Она никак не отреагировала. А сегодня в обед, — его голос задрожал, — я решился ей позвонить.
— И что она сказала?
— А ничего… Она бросила трубку. И мне так обидно за себя стало. То есть, я пытаюсь предпринять какие-то шаги навстречу, а она… Она ждёт извинений, она хочет, чтобы я «исправился», но я не собираюсь извиняться за то, кем я являюсь!
— Это, наверное, тяжело, когда тебя не принимает твоя семья…
— Ты не представляешь! Она всегда говорила, что все люди важны, что все мы — личности, и наши различия нужно принимать и уважать! А сама…
Я почувствовал, как он напрягся всем телом.
— Я… я не хочу об этом больше говорить, Том. Это очень тяжелая тема для меня. Давай лучше о чем-нибудь другом.
Я кивнул.
— Например, расскажи, как твой день прошёл?
Я невесело рассмеялся.
— Прошёл — и ладно. Главное, чтоб завтра такого не повторилось…
— Тревор, то есть, мистер Дэвис тебя выпорол?
— Угу.
— Вот урод! Хочешь, — он вдруг поднял голову и посмотрел мне в глаза, — хочешь, я с ним переговорю, и он тебя не будет трогать?
Я тут же представил, как отреагирует на это Трой.
  
«Он же тогда после каждой смены будет меня караулить».
— Спасибо за предложение, сэр, но лучше не надо. Это будет нечестно по отношению к другим официантам.