Мама для трех лисят. Тайны дворцовых переходов (СИ)

– И тогда я опустилась на колени, – куро-лиса обхватила лицо сына ладонями, – я подумала, что леди Ноэль не сможет смотреть на это и даст свое согласие.
– И тут пришел я, – вздрогнул Лиам. – Но слезы…
– Это блеск, – Райсара потерла щеку, – хотела быть красивой.
На ее пальце осталась перламутровая пыльца.
– Госпожа Антер, – Лиам поднял на меня огромные глаза, – как же… Что же… Что же мне делать?
– Альбирея любит тебя, у нее мягкое сердце, – проговорила я. – Но извиниться тебе придется не раз и не два. Ты должен заслужить прощение сестры. Как иначе?
– А если… А если нет?
– Если нет, – я тяжело вздохнула, – если нет, то, когда ты станешь взрослым и сильным, она не придет к тебе за помощью. Она будет с миром в одиночестве и, быть может, победит.
– А если не победит? А Морис, он ведь ей поможет?
– Конечно, поможет, но что, если ему не хватит сил? Что, если ему будет нужен его брат-близнец?
– Наш возраст превратил нас…
Лиса кашлянула:
– Ты говоришь глупости, Лиам. Возраст не влияет ни на что. Вы еще дети, завтра твой лис может поделиться с тобой опытом, и ты станешь старше Мориса. До полного созревания магических каналов вы взрослеете рывками. И иногда, когда это требуется душе, возвращаетесь на пару лет в детство.
Такая куро-лиса мне даже немного нравилась. Но она все равно пыталась отойти от ребенка. Почему?!
– Иди к Аль и выслушай все, что она захочет тебе сказать. А мы договорим. Есть у меня один вопросец.
Я сняла с двери заклятье, дождалась, пока лисенок выйдет, и, вновь запечатав дверь, жестко спросила:
– Ты ненавидишь своего сына?
Лисица поднялась с колен и глухо спросила:
– Ты знаешь, как делаются контрактные дети?
Весь облик куро-лисы кричал о перенесенных страданиях. Немыслимых страданиях, но…
– Тебе перечислить все способы? Начиная от обыденного и заканчивая перенесением эмбрионов из тела в тело?
Лисица широко распахнула глаза.
– И так можно?!
– Иногда женщина способна зачать, но не способна выносить, – я пожала плечами, – это, правда, скорее аренда тела, чем полноценное создание ребенка, но... Это неважно, Райсара. Я задала другой вопрос: ты ненавидишь своего ребенка? Точнее, своих детей?
Лисица, сверкнув звериным взглядом, процедила:
– Ты не способна представить себе, что чувствует женщина, когда в нее проникает чуждая магия. У нас, у двуликих, зачатие контрактных детей происходит без непосредственного контакта с мужчиной!
– Ну, знаешь, дорогой скот тоже искусственно оплодотворяют, – вспомнила вдруг я, – один бычок не может приехать в три провинции одновременно.
– Ты издеваешься?!
– Извини, но ты дважды пошла на одну и ту же процедуру, – равнодушно сказала я. – Контракт наперед заключить невозможно. А значит, пройдя сквозь первое подселение, ты пошла на второе… Зачем пошла, если так не нравилось?
Райсара чуть сбавила обороты:
– В любом случае это был отвратительный опыт. Целитель был равнодушен и деловит, а его холодная, скользкая магия... Меня тошнило, мне было плохо, но никто не остановился! А после они выдали мне зелья и оставили в палате одну. Лорд Мор пришел лишь через три дня. Три дня, во время которых меня поили отвратительными зельями и унижали ежечасными осмотрами.
– Я сейчас чем, прости, должна проникнуться? – оторопело спросила я. – Это стандартная процедура. Ты была под присмотром, тебя обеспечили индивидуальными зельями – что не так?
Но Райсара меня словно не слышала.
– Как я могла подумать, что магистр теней может быть нормальным? Но я надеялась, что он хотя бы притворится достойным мужчиной!
Что самое странное, она действительно верила в то, что говорила. Но что же бедный Кайрнех сделал не так, мне было все еще непонятно.
– Он забрал меня от целителей и поселил в доме, крошечном особняке на шесть комнат, – продолжала Райсара. – Оставил на попечение всего лишь трех слуг: кухарки, горничной и целителя!
– Негодяй, – саркастично выдохнула я. – Нужно было нанять полный штат.
– Да, – Райсара вскинула на меня глаза, – да, он должен был нанять полный штат. Когда я родила, он перечислил на мой счет оставшуюся сумму и спросил, желаю ли я разделить с ним родительские обязанности. А я отказалась! Как я могла согласиться?! Он теневик, его сила разрушает мир!
 
Мне было нечего сказать, поэтому я просто постаралась изобразить живейший интерес, и лисица, подкрепленная моим выразительным молчанием, продолжила изобличать Кайра:
– После моего отказа он просто попрощался и ушел! Он не писал мне, не присылал цветы и драгоценности.
"А должен был?!" – чем больше я ее слушала, тем сильнее поражалась.
– Затем его доверенный слуга написал мне с предложением вновь родить для рода Мор. Я не знала, что делать, – лисица заломила руки, – позволять теневику плодить детей – аморально. Но сумма была столь велика, а мне были нужны деньги. Тот особняк, что он подарил мне, я продала...
– Он подарил тебе особняк?
– Тот крошечный, ничтожный особняк, – въедливо уточнила лисица, – мне было негде жить. Я ушла из своего клана, а в другой... В другой я не вступила.
"В другой тебя не взяли. Слишком долго металась, слишком долго выбирала и в итоге потеряла все и всех", – расшифровала я.
– Сразу после отвратной процедуры оплодотворения он перечислил мне половину денег и привез в свой дом, – Райсара мрачно нахмурилась, – род Мор действительно возродился. И в этом есть моя заслуга: без детей никто бы не признал возрождение вымершего клана! Роды происходили в доме исцеления, а потом... Он просто забрал дочь! Просто забрал ее, и все. А меня оставил там, у целителей.
– Он не перечислил деньги? – поразилась я.
– Перечислил, – Райсара дернула плечом, – но он не забрал меня из дома исцеления. Через неделю после родов я оказалась на улице!
– А сколько он заплатил за рождение дочери?
– Пять тысяч.
"Пять тысяч?!" – от шока я едва не выпустила пламя из-под контроля. Пять. Тысяч.
– Золотом? – осипшим голосом спросила я.
– Разумеется.
Доход средней руки баронства три тысячи в год. На пятьсот золотых можно купить квартиру в столице. На тысячу – особняк на шесть-семь комнат. На оставшиеся деньги можно всю жизнь безбедно жить. В столице. В провинции... Пресветлая матерь, в провинции можно купить целый город!
– Правда, он снова предложил мне разделить родительские обязанности, – добавила Райсара. – Это когда я пришла в его дом, чтобы обсудить некоторые моменты.
– Ты, наверное, затискала дочку, да? – сощурилась я, уже предполагая, каким будет ее ответ.
– А, нет, я не поднималась в детскую, – отмахнулась лисица. – Мы обсуждали денежный вопрос, тебе, Антер, не понять, как много расходов у по-настоящему светской леди.
– Да, – кивнула я, – мне, конечно, не понять. Но ты-то понимаешь, верно?
– Разумеется, – с достоинством кивнула лисица. – В общем, он выпустил теней. И я оказалась в самом эпицентре распадающегося мира. Мира, который выцветал. Именно в тот момент я поняла, что совершила наичудовищнейшую ошибку – привела в мир его детей. Детей, которые с большой долей вероятности пойдут его путем.
– Магом теней нельзя родиться, – напомнила я. – Им можно только стать, и то не каждый дар сочетается с теневиками.
– Да, но дети теневиков лучше прочих слышат изнанку мира. Они испорчены, грязны изначально. И я бы в жизни не пришла сюда. Ни за какие деньги!
– Но ты пришла.
– Но я пришла, – Райсара поникла. – Я страдаю. Каждый день и каждый час я жду, что мир вот-вот выцветет, вот-вот пропадет. А Лиам... Он уже способен двигать тени. Пока что он управляет лишь обыденными, мирными тенями. Но что будет дальше, если он чудовище уже сейчас?!
– В этом доме всего одно чудовище, – я покачала головой, – и оно стоит сейчас передо мной.
– Ты должна меня понять! О, тебе еще предстоит столкнуться с его тенями. Вспомни мои слова, когда они будут рвать тебя на части! Вспомни мои слова, когда мир распадется и ты рухнешь в паутину изнанки. Двуликий магистр теней – противоестественная тварь, тварь, не достойная ни жизни, ни безболезненной смерти.