Мама для трех лисят. Тайны дворцовых переходов (СИ)

– Ритуальное наследование? Как много я не знаю о человеческих традициях, – чуть ошарашенно произнес Кайрнех.
– На самом деле это то же самое, что пытаешься сделать ты: Ритуальное Наследование отдает титул наследника в руки того, кого посчитают достойным боги. Но не каждый род способен привлечь внимание богов. В любом случае проводили расследование и выяснили, что это сам Вэлиант устроил – хотел позлить брата. Бедолагу Вэла заточили в стены Риантрийской Академии без права возвращения. Я видела его.
– Отчего же он бедолага?
– Ему затворили уста – приходится писать огненные буквы в воздухе вместо того, чтобы говорить, – я поежилась, – а это очень трудоемко, особенно для него: дар к иллюзиям ну никакого отношения не имеет.
Кайрнех кивнул:
– Действительно бедолага. А вот и сестры.
И правда, через несколько минут в покои постучались лисички. И, несмотря на то, что до ужина было еще предостаточно времени, они тут же засуетились вокруг меня.
Была ароматная пенная ванна в гулкой купальне, были маски на лицо и волосы – было все то, от чего я давно отвыкла.
– А теперь часовой сон, – промурлыкала Силин, доставая несколько прозрачных камней, – пока мои маленькие амулеты вытянут всю усталость из вашей кожи.
Об этих штуках мне доводилось лишь слышать: двуликие неохотно расставались с этими амулетами. Особенно учитывая, что такие штучки шли в комплекте с двуликими колдуньями, ибо отдавать какие-либо знания в людские руки совсем не в традициях двуликих.
Приятная прохлада опустилась на кожу моего лица, и я, сама не понимая как, погрузилась в легкую сладкую дрёму. Нельзя сказать, что это был глубокий полноценный сон, но я определенно отдохнула.
– Краски вечера ярче, да, госпожа? – уточнила Айолин. – Вот и славно.
Кисточки порхали вокруг моего лица, затрагивали губы, веки, едва-едва проходились по коже – спасибо магии и колдовским зельям, нет нужды скрывать изъяны пудрой.
– Волосы поднимем и спустим вниз каскадом локонов…
– …нужно оставить лоб открытым, чтобы играла фероньерка…
Они перебрасывались фразами, а я успевала только открывать и закрывать глаза – по команде Айолин.
За час до ужина я была полностью готова. Насыщенно-синее платье с открытыми плечами и рукавами, что держались лишь за счет драгоценных цепочек, сложная прическа с обилием локонов, бесценная фероньерка и макияж, сделавший меня… Сделавший меня не мной, а той, кем я только хотела быть – яркой и смелой, любимой и любящей! Хотя с последним у нас, кажется, все хорошо.
– Я успел. – В спальню под тявкающие возгласы лисиц ворвался Кайрнех.
На его волосах… Таял снег?
– Браслет и кулон, – положил на мой туалетный столик два футляра, – пришлось использовать порталы. Прошу, прими, эти украшения не отягощает семейная история, Ноэль. Они только твои.
– У Дамьена будет много работы, – покачала головой Силин.
– Как и всегда, магистр не любит чрезмерную пышность.
Я вздрогнула… Неужели я…
– На себе не любит, – тут же сказала Найра, – а на вас очень любит. Я тако-ое от него почувствовала, когда он вас сейчас увидел!
– Цыц, – Айолин махнула на нее рукой, – кружева расправь, болтушка. И украшения подай, госпожа сгорает от нетерпения.
От лисиц трудно скрывать свои чувства, но… А кто бы не сгорал от любопытства?
«К алмазам хорошо подходит жемчуг, но он уже есть. Возможно, это сапфиры, синие до черноты? Или белые алмазы в черненом серебре – изумительное сочетание, идеально подходит…»
Это было черненое серебро с дорнскими алмазами и мелкой крошкой белых алмазов. Браслет с растительным орнаментом и кулон на скромной цепочке.
– Он с ума сошел?!
– Мор – богатый род. – Айолин помогла мне надеть кулон, а после застегнула браслет. – А для чего еще нужны богатства, как не для счастья?
Лисички ушли, чтобы привести в порядок детей – точнее, довести до нервного срыва Зайру, которая уже привела детей в нужный вид, но сестрички, разумеется, переделают все по-своему. А я осталась сидеть перед своим трюмо. За мной остается выбор аромата на вечер, и я совершенно не знаю, что использовать. Цитрус? Орех?
 
Прикрыв глаза, я протянула руку и схватила наугад. Орех. Что ж, так тому и быть.
До ужина оставалось пятнадцать минут, пора было выходить.
– И ради Пресветлой Матери, не суй мне эту кружевную дрянь!
Выйдя в гостиную, я рассмеялась: унылый Дамьен стоял с кружевным шейным платком и пытался доказать Кайру, что он, платок, совершенно необходим.
– Нет, нет и нет!
– Достаточно обычного шелка, – негромко сказала я. – Серо-стальной подойдет.
Дамьен вздохнул и вытащил из воздуха идеально подходящий платок.
– Но когда-нибудь сила будет на моей стороне.
– Никогда, – буркнул Кайрнех, – ненавижу кружево. Ноэль, ты прекрасна. Руку?
Я подала ему руку, и мы сделали шаг за пределы комнаты. Как жаль, что это наши последние минуты вместе. Увы, правила рассадки гостей разбивают пары, чтобы… Чтобы что, я уже не помнила, но помнила, что в этом всем есть какая-то логика.
«Возможно, чтобы королю было приятно и не обидно, ведь его королева сидит на дальнем конце стола. А с другой стороны, нашему королю все равно, его фаворитка всегда рядом», – пронеслось у меня в голове, пока мы шли по бесконечным дворцовым переходам.
  
Глава 5
 
Выйдя в широкий светлый коридор, ведущий к парадной столовой, мы встретились с несколькими парами, раскланялись и, посторонившись, пропустили их вперед.
– Что происходит? – нахмурился Кайрнех.
– Супружеские и любовные пары никогда не размещают рядом друг с другом, – напомнила я.
– У нас это повод для дуэли, – процедил магистр теней.
– Жаль, что мы не на лисьем приеме, – вздохнула я.
И вздрогнула, увидев, что нас ожидает сама королева в сопровождении старшего сына. Это значит, что магистр теней достаточно знатен, чтобы составить пару Ее Величеству. Меня же будет развлекать наследный принц!
Подле руки магистра теней проблеснула золотая искорка, и он, понизив голос, шепнул:
– Дети устроены в детской части, Зайра рядом, все в порядке.
– Хоть что-то хорошее, – выдохнула я.
– Генерал, – наследного принца как подменили, он был учтив и галантен, – позвольте представить вас моей венценосной матушке, Ее Величеству Антариен Эрвитанской, королеве Бельвергейла. Матушка, перед вами призванный генерал Кайрнех Лабрайд Мор.
Ее Величество, бледная и как будто полупрозрачная, протянула руку для поцелуя. Кайр же, перехватив тонкие пальцы, склонился в поклоне, но поцелуй не обозначил даже формально.
– Двуликие не касаются губами иных женщин, если уже нашли свою мэйари, – негромко произнес он.
На что Ее Величество грустно усмехнулась:
– Жаль, что я не стала супругой двуликого.
Ее неожиданно острый взгляд скользнул по моим рукам, оценил серебряную вязь на коже, и губы королевы искривила горькая улыбка.
– Будь почтителен, сын мой.
– Да, матушка.
Но я знала, что Деррек ни во что не ставит свою мать. Любит, да, этого у него не отнять.
– Леди Ноэль. – Принц явно ждал, что я протяну ему руку, но…
– Для мэйари тоже действуют подобные правила. – Я спрятала кисти рук в складках юбки.
– Надеюсь, вы расскажете мне об этом за ужином, – оскалился Деррек.
– Как будет угодно Вашему Высочеству.
«Нет больше герцогской дочери и подруги детства, Деррек. Есть чужая невеста, мэйари двуликого генерала», – мысленно проговорила я.
А после положила кончики пальцев на локоть принца. Дольше тянуть невозможно, скоро наступит черед короля с его вечной бессменной спутницей. К слову, не слишком-то и красивой. Видимо, там и правда сложная, запутанная история любви.
Парадная столовая была наполнена золотым светом, приятными запахами и птичьим гомоном: по случаю торжества сюда принесли любимых птиц королевской фаворитки. Справа от входа находился детский стол, мой взгляд тут же выцепил Альбирею, со скучающим лицом выслушивающую какую-то чушь от незнакомого ребенка, и Мориса, что честно выполнял свой долг – развлекал толстенькую девочку с короткими косичками. Лиам же сидел ко мне спиной, и, судя по напряженным плечам, ему было совсем нехорошо. Он слишком юн для всей этой гадости…