Нелюбимая жена драконьего генерала. Отель с нуля (СИ)

А вот Шейла ликует и смотрит на меня победно. Получила дорогие камешки за услуги... интимного порядка?
Знала бы она, насколько мне все равно. Я влюблялась недавно в неподходящего мужчину и романтикой сыта по горло.
— Анна, — муж подходит и холодно смотрит с высоты своего роста. — Я направлю к тебе юриста с бумагами. Очень надеюсь, что наш последний разговор не был дурацкой шуткой.
Вот еще один вопрос, который стоит обсудить со своим стряпчим. Не хочется, чтобы меня как-нибудь обвели вокруг пальца при разводе.
— Я сама серьезность, генерал, — скромно опускаю глазки.
  
10
 
— Я все еще не могу поверить, — продолжает он и смотрит холодно, — ты год любыми способами затягивала процесс.
Вздыхаю. Я не могу говорить за Анну, и правду сказать тоже не могу. Поэтому смотрю в сторону, натыкаюсь взглядом на Шейлу, оставшуюся стоять в одиночестве.
Девица хмурится и прожигает меня взглядом. Не понимает, зачем генерал столько времени тратит на ненужную жену.
— Возможно, я поняла бессмысленность дальнейшей борьбы с вами? — нахожусь я.
— Очень на это надеюсь, — отвечает он. — Бороться со мной и правда глупо. Смирись и прими то, что я даю тебе.
Я вскидываюсь.
— Что же вы мне такого даете? — наверное, не стоило перечить, но я под впечатлением от дневников.
Да, Анна совершила много ошибок, но потому что ее ловко подтолкнули к этому. Очень легко запутать неопытную, невинную девушку, выросшую в глубокой провинции.
Он приподнимает брови, склоняется ко мне. Под маской джентльмена проступает его жесткая сущность.
Кто он там, кстати? Дракон? Боже мой!
— Ты же видела дом? Он огромный, но старый и необжитый. Леди Глэдис не пожалела его для тебя, но большим не озаботилась. Тебе придется жить на мое содержание.
— Весьма скудное, как я понимаю, — моих губ касается ехидная улыбка.
— Условия обговорим с моим юристом. Я тебя не обижу. И сможешь забрать драгоценности, — он иронично кривится. — Если не все продала.
В этот момент не выдерживает Шейла. Подбегает к нам и тянет генерала за руку. Он с удивлением поворачивается к ней, а она расплывается в лицемерной улыбке.
— Милый, она попытается вытянуть из тебя побольше, я знаю. Не верь ей. Наверняка ее мамаша учит Анну, как манипулировать тобой.
Мерзавка смотрит на меня в упор и цедит:
— Твой удел пылиться в старом особняке, смирись уже.
— Шейла, угомонись, — недовольно обращается к ней генерал Грэхем.
Но Шейла накручивает себя — думается, она чего-то очень боится. Не знаю, почему наш спокойный разговор с мужем вызвал у нее тревожность. В любом случае она забывается и теряет контроль.
— Ты холодная рыбина, — с ненавистью выплевывает она. — Не способная ублажить мужчину, неспособная зачать. На что ты можешь рассчитывать, воровка и лгунья?
Генерал молча хватает ее под руку.
— Пойдем, — почти рычит. — Ты ведь знаешь, как я не люблю скандалы.
Я стараюсь скрыть смех, а он тащит эту ненормальную прочь, к автомобилю. Открывает дверь и закидывает Шейлу в салон.
Что-то мне подсказывает, не долго ей осталось ходить в любимицах. Неужели Рэм простит ей этот срыв? Или она вымолит прощение?
Они уезжают, а я окончательно убеждаюсь, что Шейла все еще боится Анну. Несмотря на этот развод, несмотря на ссору.
Из-за них я не успеваю забежать в кафе. Очень обидно, конечно, но времени нет — мне не терпится навестить стряпчего. Достаю визитку и еще раз проверяю адрес. Сзади гудит клаксон и я вздрагиваю. Поворачиваюсь и обнаруживаю, что неподалеку остановилась машина и господин Роммер машет мне из окна.
Встревожившись, спешу к нему.
— Быстрее, леди Грэхем, — говорит он, — Какая невиданная удача, что я перехватил вас. Садитесь.
— Что случилось? — спрашиваю, когда дверца авто захлопывается за мной.
— Ваши родственники вывозят из особняка мебель.
— Что? А они имеют на это право?
— Нет. Но наглость второе счастье. Решили, что никто не защитит вас.
Особняк неподалеку, мы доезжаем до него за минуту.
— Мне позвонила экономка, доверенная помощница вашей покойной бабушки.
  
Господин Роммер выскакивает из авто и открывает мне дверцу.
— А что можно предпринять? — все внутри сжимается от гнева. Какие же они мерзкие, эти Мойроши.
Тот грузовичок, попавшийся мне на глаза, все еще стоит у дома и рабочий загружает в него диван.
— Мебель в доме старая, половина никуда не годится, но им бы сделать гадость.
Господин Роммер достает из нагрудного кармана платок, снимает очки и протирает их.
А с крыльца спускается леди Мойрош. На ее губах играет самодовольная улыбка, голова гордо поднята.
Вот что за люди?
Она видит нас и нагло ухмыляется. Складывает руки на груди, готовясь к битве.
— Леди Мойрош! — обращается к ней стряпчий. — Вы, видимо, ошиблись домом и вывозите чужую мебель.
А двое рабочих уже тянут шкаф. Хороший такой, добротный платяной шкаф.
Я лихорадочно соображаю, как бы поступила Анна. Судя по дневникам, она была женщиной импульсивной, эмоциональной.
— О, нет, я не ошиблась домом, — небрежно кидает леди Мойрош.
Память Анны неожиданно подсказывает, что ее зовут Катрин. Висок простреливает болью и я морщусь. Воспоминания или эмоции Анны иногда так наплывают, вызывая дискомфорт.
— Простите, миледи, вы, верно, запамятовали? Особняк достался леди Грэхем. Все имущество, находящееся в нем, также перешло к наследнице, — стряпчий, видимо, хочет решить проблему полюбовно.
— Но это мои вещи, — разводит руками тетка. — Я хранила их здесь. Вы, конечно, можете начать проверять, если... желаете скандала.
И она с мерзкой ухмылкой смотрит на меня.
— Леди Мойрош, зачем нам скандалы? Я просто вызову жандармов, — улыбаюсь я и слежу, как возмущенно взлетают брови этой интриганки.
Поворачиваюсь к господину Роммеру и тихо спрашиваю:
— Можно ей пришить проникновение на частную территорию?
  
11
 
Стряпчий кивает. Он явно не знает, как далеко я готова зайти в борьбе с родственниками, но готов поддержать советами.
— Да как ты смеешь? — лицо леди Мойрош искажается гневом. — Раз я сказала...
— Ох, вы вторглись в чужой дом, о чем тут говорить? Господин Роммер знает все законы и он легко докажет, что вы пытаетесь меня обокрасть.
— Господин Роммер, вы что — защищаете интересы этой особы?!
Стряпчий вздыхает, но в глазах его пляшут задорные чертики.
— Леди Глэдис Мойрош попросила меня присмотреть за внучкой и да — оплатила мои услуги юриста. Я сожалею, миледи, но если вы не вернете мебель, леди Грехэм обратится в жандармерию.
Тетка выглядит пораженной. Она ведь считала, что Анну некому защитить. Я сдерживаю гнев, не хочу повторять ошибок Анны, которую специально провоцировали на скандалы и глупости.
— Попросите рабочих вернуть вещи в дом, — спокойно говорю, приближаясь к родственнице.
Мы сталкиваемся взглядами, но я не отвожу глаз. Тем временем еще один рабочий выносит красивую напольную вазу. Вещь явно дорогая.
— Я не постесняюсь написать заявление о взломе, — произношу уверенно.
Леди бледнеет как полотно и велит рабочему:
— Отнесите вазу обратно... и шкаф тоже, и все остальное.
Грубо толкнув меня, она несется к авто, которое выезжает ей навстречу из-за угла. За рулем замечаю кузину Сару.
Отварачиваюсь от них и выдыхаю. Наблюдаю, как затаскивают вещи в особняк.
— Не хотите осмотреть наследство? — спрашивает стряпчий. — Документы позже оформим во дворце юстиции. Это займет совсем немного времени.
Я радостно киваю — очень интересно посмотреть, где мне придется жить в ближайшие годы нелюбимой бывшей женой.
Мы поднимаемся на крыльцо, а я гадаю, бывала ли тут Анна. Скорее всего, да. Возможно, и экономку знает. Как бы не опростоволоситься?
Мимо нас, пыхтя, пробегают рабочие со шкафом.