Нелюбимая жена драконьего генерала. Отель с нуля (СИ)

— Мы можем утром взять лошадей и поехать в лес. Ты ездишь верхом, Ярослава?
Мое имя звучит безумно интимно в его исполнении и я улыбаюсь. Киваю и думаю, он ведь снял нам разные номера?
— Хочется отдохнуть с дороги, — намекаю, когда мы направляемся к лифтам-порталам.
Сердце грохочет, и я чувствую себя слишком хрупкой рядом с ним.
— У тебя собственный номер, — отвечает он и я с облегчением выдыхаю.
Но все равно не знаю, что задумал Рэм. Впрочем, он недолго держит меня в неведении. Портье завозит тележку с нашими чемоданами в грузовой лифт, а мы заходим в предназначенный для посетителей.
Зеркальные стены отражают нас и Рэм слегка нависает надо мной, смотрит пристально в глаза.
— Я приду ночью, — произносит хрипло.
  
59
 
— Я приду ночью, — произносит хрипло.
А я в ответ упрямо трясу головой и с упреком заглядываю в лицо Рэма.
Ожидаю, что он разозлится, но генерал просто сталкивает нас лбами и судорожно выдыхает.
— Хотя бы попытался, — ухмыляется и щекочет дыханием, ласково касаясь губами моего виска.
Я цепенею в его объятиях. Его нежность снова сбивает с толку и плавит, плавит, заставляет стать податливой как воск.
Но что-то внутри не пускает отдаться чувствам и я напрягаюсь в его руках.
Ощущение такое, будто стою на краю пропасти, а Рэм застыл с противоположной стороны. Между нами — только шаткий висячий мост.
Сделать первый шаг? Рискнуть? И рухнуть вниз?
— Не понимаю, что ты от меня хочешь? — спрашиваю сдавленно.
Он так близко, я чувствую жар его сильного тела, запах кожи. Голова кружится, но душа требует безопасности.
Адреналин и крутые виражи не для меня. Мне нужна стабильность.
— Тебя хочу, — тянет он. — Просто тебя. На любых условиях.
Замираю в молчании. Если честно, не представляю, что ответить на эти его слова. Наверное, я совсем не вписываюсь в мир Рэма, я слишком другая, со странными устремлениями и мечтами.
Вскидываю на него глаза, а он улыбается.
— Вечером спустимся в ресторан? — интересуется галантно и приподнимает бровь.
— У меня нет подходящего наряда, — смотрю на свои удобные туфли без каблуков и слегка краснею. Я же собиралась в деревню как-никак.
— Тебе принесут платье, — тихо произносит он.
Двери лифта-портала распахиваются на нужном этаже и мы выходим из фиолетовой дымки в коридор. Мелькают глянцевые листья комнатных растений, позолота и блики люстр перемешиваются на отполированных дверных панелях.
Портье разводит нас по нашим номерам.
Только оставшись одна, я облегченно выдыхаю и медленно подхожу к окну. Вдалеке высится сказочный замок, а сад внизу напоминает картинку из модного журнала. Распускаю волосы и перебираю тяжелые пряди, скидываю тесные туфли.
Предчувствую, что нас с Рэмом ждет серьезный разговор. Более того — эти выходные определенно всё изменят. Наша дальнейшая судьба зависит от них. А точнее, от Рэма.
И я замираю перед неясным будущим, заранее принимать решения не спешу. Буду разбираться на месте, по обстоятельствам.
Запахи легких ванильных духов разлиты в воздухе, они обволакивают меня, пока я принимаю ванну, долго нежусь в пенной воде. Кровь молоточками стучит в висках, а я позволяю себе лениво думать о предстоящем вечере. Прекрасно осознаю, что говорить придется не только о любви — ведь столько нерешенных проблем зависло. Родовое кольцо, о котором знают Грэхемы, поездка на восток и козни Эвы.
Завернувшись в пушистый махровый халат, бегу к дверям, заслышав стук горничной.
— Заходите, — разрешаю ей войти и в проеме показываются большой пакет и коробки.
— Ваше платье, миледи, — произносит горничная, выглядывая из-за принесенных вещей.
Прикусываю губу и обнимаю себя за плечи. Молча жду, когда она разложит всё на широченной кровати. Но стоит девушке покинуть номер, как я кидаюсь к постели и разворачиваю наряд.
Атласное розовое платье украшено золотыми цветами. Крой простой и элегантный, как я люблю. Вещей таких расцветок я не видела в гардеробе Анны, поэтому невольно предполагаю, что платье сшито специально для меня. Беру в руки маленькие золотистые туфельки на низком каблучке. Рассматриваю коробку с драгоценностями. Касаюсь всего кончиками пальцев, наслаждаясь фактурой.
  
О, тут еще пара белых роз и записка.
«Моей жене, Ярославе», — выведено твердой рукой Рэма.
Я беззвучно смеюсь и прикрываю губы листом белоснежной бумаги, отмеченной вензелем Грэхемов. Рэм догадался, какими словами зацепить меня. Ведь мне так важно быть собой... Не Анной.
Рэм заходит за мной чуть позже и оглядывает мою фигуру потемневшим, чисто мужским взглядом. Я смущаюсь и кручусь вокруг своей оси, показывая ему платье. Мне слегка неловко, что волосы я уложила сама, поленившись беспокоить персонал. Но получилось мило и аккуратно.
Рэм хватает меня за руку и притягивает к себе.
— Не отворачивайся, — просит хрипло.
Я замираю и поднимаю на него глаза. Улыбка касается краешка его губ и он медленно целует мою ладонь.
— Рэм, щекотно, — предупреждающе цокаю, когда мужские твердые губы скользят по внутренней стороне запястья.
Мы спускаемся по мраморной лестнице как обычная супружеская чета и я чуть слышно замечаю:
— Моя репутация разлетится после сегодняшнего ужина.
— Что может быть приятнее, чем скандальный роман с бывшим мужем? — он смотрит на меня сверху с ироничным прищуром. — И потом, ты всегда можешь надеть кольцо.
Ну да, ну да. По-драконьим законам мы все еще женаты.
Нас сажают за уединенный столик у окна. Зал отделан шикарно и я оглядываюсь, впитывая детали. Немного горжусь, что и наши будущие интерьеры продуманы не хуже. Все-таки повезло мне с Флорой.
— Я чувствую такой запал, — доверительно обращаюсь к Рэму. — Как вернусь в Торн, займусь отелем с усиленным рвением. До чего же не терпится.
— Иногда я ревную тебя к этому бесову отелю, — Рэм хмыкает и я в ответ повожу плечами.
— Нам надо серьезно поговорить, Рэм, — поворачиваю к нему голову и выжидаю, когда официант, расставив напитки, оставит нас наедине.
— Тем для разговора много, — соглашается он и по красивому лицу мелькает мимолетная тень.
Но мне необходимо признаться в нашей с Инес Фьорд проделке. Так что собираю волю в кулак и рассказываю о приворотных духах и свечах, которые мы завязали на таинственном южном ловеласе. Жутко стыжусь, но ничего не скрываю, и умудряюсь даже сохранять вид независимой и гордой особы, в свободное время легко проворачивающей темные дела.
Рэм внимательно меня выслушивает и откидывается на стуле. Делает серьезное лицо, но в глубине голубых глаз прыгают смешинки.
— Мы еще поговорим о Эве и, уверяю, ты перестанешь ее жалеть, — произносит он.
— Есть новости? — я сразу напрягаюсь.
— Да, но сейчас я хочу затронуть довольно щекотливую тему, Ярослава, — он потирает идеально выбритый подбородок и я снова замечаю след все той же тени, омрачающей его взгляд.
— И что за тема?
— Целитель Лэрион поил Анну зельями, вызвавшими бесплодие и почти высосавшими из нее магию.
Он замолкает и я тоже сижу тихо... как мышка. Неужели Рэм желает поговорить о наследниках? Его снова зациклило?
Опустив голову, вожу пальцем по краю хрустального бокала, а Рэм продолжает говорить, еле выдавливая слова:
— Хотя вижу, что видимых проблем со здоровьем у тебя нет. Инес Фьерд помогла?
Киваю, но все еще не подаю голоса.
— Я не хочу напирать на тебя, Ярослава, но, наверное, тебе лучше обратиться к целителю. Проверить все. Раз зажглось кольцо, значит, наша магия совместима, но вряд ли ее много. Плюс зелья... они нанесли непоправимый вред организму...
Машинально киваю — он не знает, что магии полно, она видоизменилась, обновив организм.
— Рэм, ты боишься, что я не смогу родить детей? — спрашиваю наконец.
Внутри все замирает, потому что ощущение страшное — если он сейчас что-то не то скажет, если проявит сомнение... Боже, если я просто увижу в нем того старого Рэма, что бросал в лицо Анне жестокие слова, хрупкий сосуд зарождающейся любви во мне просто разобьется.