Я и моя Тень. Книга 1. Гладиатор (СИ)

- Так обычно и бывает на Арене, Эдриан, - отвечает Мастер, и я вскакиваю с места, широко улыбаясь. – Нужно было чаще бывать в бою. Засиделся ты за своими пробирками.
Эдриан, стиснув зубы, сжимает кунай в руке и совершает еще одно исчезновение.
Но Мастер вновь его просчитывает.
И на этот раз копье пронзает бедро кардинала. А второе тут же – его грудь.
- Неееееееет!!! – громко кричит Императрица. – Стелла!!! Стелла!!! Останови его!!!
Но Стелла не двигается.
- Я повинуюсь лишь Императору, - сухо отвечает она, а Император расплывается в широченной улыбке.
- Прости, куколка, - заявляет он, - но я ставил на Циклопа. Так что стой смирно, Стелла.
- Есть, господин.
- Я велю тебя казнить!!! – орет императрица.
- Нет, не велишь. Император все еще я, - говорит ей старпер, и блондинка возвращается к перилам. Она плачет. Ее идеальное лицо покрыто слезами.
Эдриан удивленно смотрит на торчащее из его груди копье.
- Но ведь это невозможно, - шепчет он, глядя Мастеру в глаза. – Я должен был победить.
- Но не обязан, - Мастер вынимает то копье, что торчит из бедра кардинала.
- Да! Да! – кричу я, подскакивая вместе со всеми прочими зрителями. – Да!!!
И Мастер наносит последний удар.
Именно в это мгновение лицо Эдриана и становится максимально нейтральным. Пропадает и боль, и удивление. На мгновение я даже замечаю скуку.
Копье Мастера, нацеленное прямо в переносицу, бьёт воздух.
И почти сразу же другое его копьё, то, что торчало из груди Эдриана, пронзает самого Мастера.
- Нет!!! – ору я, хватаясь за волосы.
Мастер поднимает на меня взгляд. В нем – удивление.
- Ни хрена себе, - шепчет он перед тем, как Эдриан появляется перед ним вновь, и наносит удар кунаем в шею. Второй кунай вонзается Мастеру в висок.
Затем Кардинал исчезает и появляется за спиной Таннея, натягивая цепь.
Одно движение – и голова Мастера просто влетает в воздух, словно пробка от бутылки шампанского.
Из горла в воздух брызжет кровавая струя.
И массивное тело, гора мышц… падает на песок.
- Я ожидал большего, - говорит Эдриан, поднимая руку с зажатой цепью, поднимающей за собой и голову. Теперь оторванная голова Мастера находится на одном с Эдрианом уровне. Я вижу, как раны Эдриана затягиваются неким черным дымом. – Ты сдал… Майки.
И он выбрасывает голову Мастера в сторону.
Поднимает глаза и смотрит на меня.
Подмигивает, и после этого исчезает, обратившись облаком черного дыма…
  
Глава 40
 
Глава 40. Обещание
Я сижу в своей комнате с погашенными свечами. На полу, прислонившись спиной к кровати.
В темноте.
Один.
Домой мы вернулись вдвоем – Бруно не захотел идти домой и отправился в таверну, чтобы подцепить какую-нибудь красотку, или (что вероятнее) снять шлюху.
Эбби отправилась к себе, но сначала попросила Нинель приготовить ей ванну. Сейчас она, скорее всего, ее и принимает. А я сижу здесь. Один. В темноте.
«Не совсем уж и один, должен сказать».
- Твое присутствие никогда не считал за… присутствие.
Несколько секунд я сижу в тишине. А потом все же решаюсь на разговор.
- Я думал, что после того, как я тебя сегодня…
«Одолел?»
- Да. Я думал, что ты перестанешь со мной разговаривать. Я же как бы…
«Убил меня? - Тень смеется. – Меня нельзя убить. Ты лишь полностью со мной слился, одержав верх. Показал, так сказать, кто тут папка. Альфа-самец».
Улыбаюсь. Но улыбка очень быстро исчезает, так как перед глазами проносятся все сегодняшние смерти.
- Элеонор и Хейзел… они хоть живы?
«Мне-то почём знать? Я от тебя отдалиться не могу. Вижу только то, что видишь ты».
Вздыхаю.
Абсолютная тишина, царящая в комнате, когда ни я не говорю, ни Тень, начинает слегка давить.
- Эта телепортация Эдриана… в черном дыму.
«Ну?»
- Ваши с ним спецэффекты очень похожи. Он что, тоже как-то контролирует тени или что-то типа того?
Тень сначала фыркает, а затем даже смеется.
«Он всего лишь жалкий фокусник, Маркус. Его сила не имеет с моей ничего общего. Он – лишь жалкая имитация».
 
Поднимаюсь с пола и иду к окну. Оно не выходит на сторону с домом Мастера, но я все равно думаю именно о его доме. Теперь он пуст.
Дом, где раньше мы собирались сначала втроем (я, он и Алиме), а затем и вообще всей честной компанией, отныне будет пустым. И во всем виноват я. Только один я. Не появись я в этом мире – и он бы до сих пор жил своей тихой мирной жизнью…
«Ты, кстати, чего душу Муромца не сожрал?»
- Чего не сделал?
«Не съел его душу?»
Я оборачиваюсь.
- А как ее есть?
«Вместе с сердцем. Каждый раз, когда ты пожираешь душу, получаешь от нее некую частичку. Иногда это просто очко опыта, а иногда некая особенность».
- Как те, что я получил, когда ты пожирал тех врагов?
«Именно. Так что учти на будущее. Раз уж теперь у руля ты – не просто убивай… а жри души».
Где-то в углу раздалось едва заметной шуршание.
Я оборачиваюсь на звук, но ничего не вижу. Мыши что ли?..
Затем звук повторился, но теперь уже будто из-под кровати.
Словно герой фильма ужасов, я опускаюсь на колени и медленно заглядываю под кровать, приподнимая край одеяла. Готов к любому резкому звуку или выпрыгивающей оттуда хрени, так как подобная ерунда частенько встречается в фильмах.
Но никак не ожидаю, что звук раздастся за спиной.
Резко отворившаяся дверь заставляет меня вздрогнуть и резко обернуться.
Это всего лишь Эбби.
- Вот черт! – я сажусь на пол, трогая рукой лоб. – Чуть не обосрался от страха, знаешь ли.
Она стоит, закутанная в полотенце. Мокрые волосы прилипли к шее и плечам. Под полотенцем, совершенно точно, ничего нет.
Все это порождает чувство некоего déjàvu. И на секунду я словно возвращаюсь в тот день, когда именно в таком вот виде предо мной стояла Элеонор… именно тогда она и перестала быть для меня мисс Флауэрс.
Очень странно, что я уже во второй раз ловлю себя на мысли, что Эбби заставляет меня вспомнить именно её – бывшую учительницу математики и будущую мать моего ребенка.
- Сначала я пошла к себе, - говорит Эбби, нервно теребя кончиками пальцев полотенце. – Но в комнате было как-то жутко. И тоскливо. Я вспоминаю сегодняшний поединок… и Корделию… Анну…
Она, кажется, вот-вот заплачет.
- И вдруг осознала, что, кроме Нинель и Боба, в доме никого и нет. Даже Бруно решил не ночевать сегодня здесь.
Я продолжаю молча сидеть на полу, глядя на Эбигейл. Меня, кажется, немного глюканит…
Вокруг Эбби будто бы начинает появляться некий ореол серого цвета. Но затем в некоторых местах этого ореола появляются и другие цвета – розоватые, голубоватые и кое-где даже красные.
Наверное, какая-то игра света, или я просто слишком долго просидел в темноте… или всего лишь переутомился. 
- И еще я вспомнила обещание, которое тебе дала.
Мой соратник, до этого пребывавший в спокойном состоянии, вдруг резко отозвался на слова об обещании Эбби. Он понял, о каком обещании речь, даже раньше, кажется, чем я.
- Могу я войти?
Серые тона этого ореола почти везде сменились на розово-красные, а голубых стало намного меньше. Переливаясь, эта аура двигалась вместе с Эбби, словно и правда принадлежала ей.
Возможно ли, что я каким-то образом научился видеть ту самую ауру, про которую говорили в разных фильмах и книгах? Аура, биополе, или как там еще?
Как бы то ни было, я встаю и подхожу к Эбби.
Молча смотрю на нее несколько секунд, разглядывая глаза и губы. Медленно берусь за края полотенца и раскрываю своему взору красивую пышную грудь с твердыми розоватыми сосками и относительно неплохую фигурку: практически лишенный жира животик и широкие бедра.
 
- Может, стоит хотя бы дверь закрыть? – просит Эбигейл, на что я отвечаю легкой улыбкой и бросаю полотенце на пол. Она слегка вздрагивает, а краски ее ауры словно взрываются в некоторых местах ярко-алыми вспышками.