Я и моя Тень. Книга 1. Гладиатор (СИ)
Глава 1
Глава 1. Приплыли…
Мое имя Спенсер. Маркус Спенсер.
Я – ученик старшей школы, и мне семнадцать лет.
Я конченный извращенец. Просто предупредил!
Хотя ладно, убедили…
Об этом не будем.
Или…
…хотя бы не сразу.
***
В сидении на последней парте есть свои плюсы. Ты всегда видишь весь класс, всегда в курсе всех событий, и можешь лучше всех спрятаться за спинами одноклассников, когда училка задает вопрос, на который ты не можешь найти ответ.
Но для меня есть еще одна вещь, из-за которой меня считают странным. Я частенько пялюсь вниз или в сторону… на пол или стены. В зависимости от того, куда светит солнце. Короче, я часто смотрю на мир Теней.
Можете считать меня конченным… и да – так оно и есть.
Я не спорю, что я просто шизофреник, решивший написать о себе книгу, чтобы выдать все за буйную фантазию... и да – я в курсе, что я персонаж книги, а не реальный человек.
Но в этом мире… в этом мире я – реален. Как и все другие двенадцать человек из моего класса, как и секси-училка. Вообще-то ее зовут мисс Флауэрс, если кого колышет, и да – она любит цветы (если кто не понял юмора – он не знает английского).
Что? Знаешь английский и тоже не понял юмора? Иди тоже на хер.
В общем, сижу я на последней парте, если кто забыл, и в данный момент пялюсь на сидящую прямо передо мной Эбигейл Уэбстер. Срань Господня! Если б вы видели ее бампер и капот, то поняли, почему я меняю ряд в зависимости от того, на каком сидит она.
Сегодня у Эбби красное нижнее белье. Я вижу ее стринги, когда она опирается на парту, чтобы заговорить с Корделией (ее подружка-лохушка). И знаете, что? Я бы всерьез рассмотрел сделку, где мне предложили бы отыметь Эбби, но затем отрезали бы мне пипиську.
Серьезно. Я бы подумал.
А вообще, я жалкий девственник-неудачник, но у меня еще все впереди, если все же я не спалюсь на своих глюках и не отправлюсь в белый дом (не тот, в котором живет Трамп).
- Мистер Спенсер, вы что-то интересное обнаружили на спине мисс Уэбстер?
- Скорее, у нее в трусах! – громко орнул Бруно, и полкласса просто выпало от его остроты, а его три гиены и вовсе чуть под парты не попадали, хотя над чем смеяться, нужно еще поискать.
- А Вы заткнитесь, мистер Морфи, - мисс Флауэрс была поистине божественна, когда злилась. – А иначе Вы останетесь после занятий с мистером Тэйтом – он тоже любит весельчаков.
И Бруно заткнулся.
Как и остальные.
Мисс Флауэрс могла поставить всех на место… ну или, если точнее, надавить учительским авторитетом и запугать.
- Мистер Спенсер, вопрос все еще остается открытым.
Я пожал плечами.
- Мистер Морфи ответил верно, мисс Флауэрс.
По классу бежит негромкий смешок, а Эбигейл слегка поворачивает ко мне голову. Я вижу ее смущенную улыбку.
- Мистер Спенсер, если Вы сейчас не будете смотреть на доску и слушать меня, то к мистеру Тэйту отправитесь Вы, а не мистер Морфи. И мисс Уэбстер там не будет.
- Резонно, - согласился я и демонстративно уставился на доску.
- Вот и умница. Продолжаем.
На доску я долго смотреть не мог – это утомительно. Можно попялиться на мисс Флаэурс, но не на доску с интегралами и логарифмами. Математика – это скучно. Когда-то она мне нравилась, но не теперь… я, конечно, с легкостью решаю все эти примеры и задачки… потому мне и скучно!
Я бегаю по классу глазами, разглядываю лежащие на полу тени от других учеников и снова не нахожу свою.
Вот же засранец…
Ищу по всему классу.
Для этого приходится слегка наклониться в бок, аки пикирующий истребитель. И вот она! То есть, он. И, хотя тень – она, но моя тень – это он! На все сто процентов!
И сейчас Он пробрался на вторую парту второго ряда, где сидела – Господи, дай памяти - Мария Кармен Перейра Карденас. Ее папа – нехилый такой горячий парень испанских кровей, заработавший такую кучу бабла, что самой Марии можно не работать еще лет четыреста. Именно потому к ней постоянно пытается подкатывать свои яйца Бруно… ну… не только потому. Дело еще и в том, что если у Марии Кармен и есть хоть какая-то соперница по красоте во всей этой чертовой школе – то она сидит прямо передо мной.
В общем, между Марией и Эбигейл так-то общего немного… у Марии нет такой жопы и таких доек, какими природа наградила Эбби, но зато она настолько изящна и грациозна, что между ними двумя я бы выбирал очень и очень долго.
Ладно, раз я начал о всех секси-девчонках нашего класса, то не могу не упомянуть Розалинд Холт. Несомненное третье место! Кстати, именно таковое она и заняла на конкурсе красоты. Секси-шоколадка! Она – латиноамериканка, и чертовски горячая штучка! За ночь с ней я тоже вполне мог бы дать на отсечение свой двадцать первый палец.
Как, наверное, и Джимми Уайт, белый по фамилии и совершенно противоположный по цвету кожи. Он не входит в шайку Морфи, и потому заслуживает мое уважение. Да он вообще молодец – хочет поступить в колледж, и потому учит абсолютно все предметы… и да – его оценки редко опускаются ниже чем на А-минус.
Ах да… Тень…
Короче, Он сейчас стоит по центру класса, прямо за спиной тени Марии (секси-испаночки)… и… массажирует ей спину. Вам, наверное, трудно понять… я объясню на пальцах – моя Тень живет своею жизнью в некоем ином мире. Представьте, что я сейчас встаю, иду к Мэри, встаю позади нее и начинаю делать ей массаж. А теперь представьте тени на полу.
Именно такими они сейчас и являются. Будто я там, хотя меня там вовсе и нет…
Странно? Наверное…
А еще более странно то, что тени, с которыми соприкасается моя Тень, тоже начинают отвечать. И вот сейчас… моя Тень делает массаж Мэри, а тень Мэри блаженно выгибает спину под его руками… она точно получает удовольствие!
Вот черт! Почему моя тень такая крутая по сравнению со мной?
- Эй, Рози! – шепчет Джимми (который Белый по фамилии) и бросает ей смятую бумажку. Рози (такая же «белая», как и Джимми) смотрит на нее с явным отвращением, но все же расправляет, читает приглашение Джимми в кино сегодня вечером (я замечаю, как моя Тень читает письмо, стоя за спиной тени Рози) и снова скатывает писанину в шарик.
- Что, Джимми, хочешь отыметь меня в мой черный зад? – у бедного Джимми аж шары на лоб через очки полезли. – Засунь это в свой!
И она бросила письмо обратно.
Гиены снова ржут.
- О, черт, она вновь его отшила! – орет Бруно. – Как же теперь будет жить наш мистер-я-знаю-на-пять?
- Закрой свой рот, Бруно, - очень тихо говорю я. Но достаточно громко, чтобы он услышал. Все замолкают почти сразу же. В том числе и Бруно. Он медленно поворачивается и смотрит на доску.
- Спасибо, чувак, - говорит Джимми и протягивает мне кулак. Я в него легонько ударяю. Все же… это мой единственный друг. И именно потому я прямо сейчас ненавижу свою Тень, ибо он мнет сиськи тени Роуз, и та… совсем не против.
И в своих ладонях я ощущаю приятное тепло.
***
Когда начинается перемена, ко мне разворачивается Эбигейл (ну, та, которая в красных стрингах).
Глубокий вырез ее кофточки вкупе с тяжелыми грудями создают нестерпимое желание опустить взгляд, но я держусь, как могу. Держусь, как настоящий мужчина, держусь…
О, черт, нет!
Она положила на мою парту свою руку, а затем сверху на нее – свою самую выдающуюся часть тела, которая стала выпирать через вырез еще больше!
- Ты же поможешь мне с контрольной, да? – я слышу, что она улыбается, но смотрю гораздо ниже ее губ. Черт! Это просто хренов гипноз! Почему Господь одарил таким лишь женщин?!
- Да, конечно, - отвечает мой рот, явно не посоветовавшись с мозгом.
- Спасибо, Маркус, я знала, что на тебя можно положиться.
И она исчезает, оставляя меня наедине со своими фантазиями…