Шалунья

Вот черт! Как же он упустил из виду, что рано или поздно это все равно произойдет? Чувствуя, как у него исступленно заколотилось сердце, и лихорадочно пытаясь сообразить, как себя вести, Алекс спрыгнул на землю и вручил Конклину вожжи. У Уэнтона был выходной, и у входной двери вместо него стоял взволнованный лакей.
— Милорд, он… его светлость… — пролепетал он.
Алекс кивнул и снял перчатки.
— Где он?
— В гостиной, милорд. Я не знал…
— Не волнуйся, Тимоти, — бросил Алекс и, кивнув лакею, стал подниматься по лестнице.
Герцог Ферт стоял посередине гостиной и смотрел на висевший над камином портрет, точно так же как и его брат, Стюарт Брентли, менее двух недель назад. Старший брат казался выше младшего и более крепкого телосложения, однако светлые волосы и пронзительные зеленые глаза у обоих были одинаковые.
— Добрый день, ваша светлость, — приветствовал его Алекс, входя в комнату и закрывая за собой дверь.
Мартин Брентли обернулся.
— Здравствуйте, Эвертон, — кивнул он и, скрестив руки на груди, бросил: — Что это вы, черт побери, затеяли?
Алекс поджал губы, пожал плечами и, подойдя к столику, открыл графин с бренди.
— Странное приветствие, — заметил он. — Что привело вас в Лондон?
— Письмо Хэншоу, — ответил герцог и, подойдя к Алексу, одной рукой взял из его рук бокал, а другой, вынув из кармана письмо, бросил его на столик. — Не соблаговолите ли объясниться?
Не сводя глаз с бокала, Алекс ответил:
— Редж — болтун, да к тому же склонен делать поспешные выводы. Все будет улажено. Впрочем, как всегда.
— Но ведь оружие исчезло, Александр. И Наполеон разгуливает на свободе. Вы не имели права скрывать это от меня.
— В таком случае вам не следовало находиться так далеко от Лондона.
— Гм… — хмыкнул Ферт и сделал глоток. — Король дал мне это поручение. На мой взгляд, совершенно идиотское решение. И он же приказал соблюдать строжайшую тайну. Именно поэтому я рассчитывал, что вы будете держать меня в курсе дел.
— Что я и делаю, — заметил Алекс, чертыхнувшись про себя. Все и так крайне запутанно, а тут еще дядя Кит притащился в Лондон и требует ответов, которые он пока не готов ему дать. — Когда есть что сообщить.
— Так, значит, за прошедшие два месяца вы не узнали ничего нового? — удивился Мартин Брентли. — Нельзя сказать, чтобы вы переусердствовали, Александр.
— Я кое-что узнал, — нехотя признался Алекс, — однако собирался еще раз как следует все проверить, прежде чем доложить вам, ваша светлость.
Ферт пристально взглянул на него, и во взгляде его зеленых глаз — чуть светлее, чем у Кит и у его дочери, — мелькнуло любопытство.
— Но у вас осталось не так много времени.
Алекс кивнул и не спеша закрыл графин пробкой.
— Я знаю. Всего несколько дней. И тем не менее я должен быть абсолютно уверен.
— Вы подозреваете своего друга?
— Можно и так сказать. — Алекс жестом пригласил герцога сесть, однако тот отказался. — Итак, какой предлог вы придумали для своего появления в Лондоне?
Герцог улыбнулся:
— По правде говоря, вы сами мне его предоставили.
— Вот как? Расскажите, прошу вас.
— Насколько мне известно, этот ваш чертов кузен ирландец вздумал ухаживать за моей дочерью, — ответил герцог. — Это мне не нравится, и я решил со всей строгостью заявить ему, причем публично, чтобы он не смел этого делать. Где этот негодяй?
Алекс почувствовал, как у него перехватило дыхание.
— Кит? Понятия не имею. Бродит где-то. — Слава тебе, Господи, что они поругались и она не стала возвращаться вместе с ним домой!
— В таком случае, до того как я с ним встречусь, передайте ему, чтобы держался от Кэролайн подальше. — Выражение его лица стало серьезным. — Не знаю, каковы его намерения, да мне они и не интересны. Кэролайн выйдет за человека с титулом. Так что если этот ваш Кристиан не является потомственным дворянином или является, однако тщательно это скрывает, пусть держится от нее подальше. Ясно?
Несколько секунд Алекс молча смотрел на герцога, а потом сказал:
— Я с ним поговорю.
 
Ферт кивнул и, допив бренди, поставил бокал на столик.
— Хорошо. Один вопрос мы уладили. Что касается другого, я не могу дать вам много времени. Принц уже несколько недель меня донимает. Не терпится ему кого-нибудь повесить. Я понимаю, вы хотите все как следует проверить, но здесь многое поставлено на карту.
— Я это знаю, — сдержанно проговорил Алекс. — Можете не напоминать мне о моих обязанностях.
— М-да. — Вздохнув, герцог направился к двери. — Сейчас мне предстоит в течение нескольких дней изображать из себя заботливого родителя. А может, это и к лучшему. Насколько мне известно, Хэншоу ухаживает за Кэролайн.
— Разве? — рассеянно спросил Алекс. Мысли его уже были заняты другим. — Что-то не заметил.
Остановившись, герцог искоса взглянул на него.
— Лгун! — спокойно произнес он и с улыбкой, живо напомнившей Алексу Кит, вышел из комнаты.
А Эвертон, опустившись на стул, перевел дух. Если бы он и в самом деле как следует выполнял свои обязанности, он бы сообщил Ферту, что его младший брат — тот самый человек, контрабандой перевозящий оружие, за которым они так долго охотятся. И что его племянница добывает отцу сведения, а быть может, даже является шпионкой Бонапарта. Алекс раздраженно взъерошил волосы. Черт побери! Это дело осложняется с каждой секундой.
  
Глава 14
 
— В жизни не слышал подобной глупости, — тихонько сказал Алекс, не отрывая глаз от хозяйки дома, которая оживленно болтала с лондонской достопримечательностью, прусским бароном Куртом Бланшауэром, весело смеясь.
Если Барбара пыталась таким образом вызвать в нем ревность, она сильно просчиталась. Ревновать к этому шуту с лошадиным лицом? Смех, да и только!
Проследив за его взглядом, Редж Хэншоу пожал плечами.
— Мне об этом только что рассказал Уэнтуорт, — прошептал он. — Половина Лондона собирается отправиться в Бельгию, чтобы посмотреть на это веселье. Он снял дом и сказал, что я тоже могу там остановиться.
— Посмотреть на это веселье, говоришь? — ехидно переспросил Алекс. — Интересно, будут ли они веселиться, стоя в строю с мушкетами в руках и пытаясь отразить натиск наполеоновской армии? — Он покачал головой. — До начала сезона они боялись Наполеона как огня, а теперь собрались повеселиться. Ну-ну…
— Так я и знал, что не стоит тебе ничего рассказывать, — буркнул лорд Хэншоу и, переведя разговор на другую тему, спросил: — Есть какие-нибудь известия от Хэнтона или от Ханта?
— Хант ничего не видел, а от Хэнтона никаких известий нет. Думаю, однако, что на сей раз он облюбовал север страны. Вряд ли он захочет дважды совершать одну и ту же ошибку.
— «Он»? — повторил Редж, ухватившись за это слово. — Тебе известно его имя?
Секунду помешкав, Алекс ответил:
— Полной уверенности у меня нет, но через несколько дней я буду знать точно. — И, вздохнув, продолжал: — И знаешь что, Редж, Киту об этом ничего не известно. И мне хотелось бы, чтобы так было и впредь. — По крайней мере таким образом он сможет помешать ухудшению ситуации.
— Ты ему не доверяешь?
— Я не хочу, чтобы он что-то услышал и ринулся в бой.
Редж кивнул:
— Конечно. А то, что он попытается ринуться, — это совершенно точно. Он уже просил меня раздобыть для него какое-нибудь поручение. На что я ему ответил, чтобы он приставал с этим вопросом к тебе.
Значит, ей известно и о том, чем занимается Редж, черт бы ее побрал!
— Благодарю, — кивнул он.
— Не стоит благодарности. — Барон улыбнулся. — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы заслужить твою благосклонность. Особенно когда я вынужден просить тебя о помощи.
— Я весь внимание, — кивнул головой Алекс, радуясь, что можно поговорить на более безопасную тему.
— Ферт в Лондоне. Я знаю, это по моей вине. И поскольку я разбудил спящего льва, я хочу попросить тебя поговорить с ним от моего имени.