Предатель крови (СИ)

Я чуть лоб себе ладонью не разбил — Том еще и маггловских боевиков начитался! Или насмотрелся, с него станется…
— Вот так взять и уничтожить части себя? — негромко спросила бабушка Цедрелла.
— Да. Сдается мне, это не самые лучшие осколки моей души, — серьезно ответил Риддл, глядя на нее в упор. — В ней, знаете ли, было преизрядно всякой дряни. И если я-второй раскидал остатки того, что в ней было хорошего, по крестражам, я даже представлять не хочу, что там получилось в итоге.
  
— Градус пафоса понизь, — посоветовал я, и Том показал мне кулак, вслух же добавил:
— Но вот попытаться вытащить из них знания меня-второго можно. Он наверняка научился многому за эти полвека, а я всего лишь школьник, пусть и очень одаренный!
— И где искать это все? — спросила тетушка Мюриэль с большим интересом.
— Я же говорил, мэм, я крайне амбициозен, поэтому, думаю, разыскивать нужно редкие и дорогие предметы, желательно магические артефакты.
— Ты еще скажи — реликвии Основателей! — не выдержал я.
— В точку, Рональд! — ухмыльнулся Том. — Именно о них я и думал в те годы! Вот только все они, кроме меча Гриффиндора, считаются утерянными, и, сдается мне, неспроста… Ну да я наведу справки, места я знаю. И, — добавил он, — дамы, думаю, вы сможете помочь, если постараетесь вспомнить те годы. Быть может, какие-то разговоры о таинственных убийствах с ограблениями, просто ограблениях, и…
— И, конечно, рассчитываешь ты больше всего на меня, как самую старшую, — фыркнула тетушка Мюриэль и заметно приободрилась. — Немудрено, ведь мне уже сто четыре года, я столько пережила! И прошлое я помню куда как получше, чем вчерашний день… Повспоминаю, так и быть.
— Буду вам крайне признателен, — учтиво поклонился Том. — А теперь, быть может, все-таки вернемся к делу мистера Блэка?
Сириус, к слову, так и сидел возле двери, как истукан, только кончиком носа подергивал и ушами шевелил. Судя по тому, что он не пытался загрызть Риддла, тот давно его обработал, и сказанное за столом не стало для Сириуса откровением.
— Пожалуй, — вздохнула миссис Лонгботтом. Не то чтобы она вовсе отринула подозрительность, но немного успокоилась. Говорю же, Том может быть изумительно убедительным и обаятельным, если захочет. — Я предупредила мистера Крауча, что нам может понадобиться его совет, и он любезно согласился прибыть. Сейчас я с ним свяжусь…
Она встала и вышла из гостиной, а через пару минут вернулась с сухопарым подтянутым мужчиной в безупречном деловом маггловском костюме. Это и был Бартемиус Крауч, я много раз видел его колдографии в газетах. Выглядел этот пожилой человек идеально — пробор в седых волосах словно по линеечке выверен, усы тоже ровненькие, а ботинки начищены так, что в них смотреться можно, как в зеркало! Уж на что Том щеголь, но не до такой степени…
— Благодарю за приглашение, Августа, — говорил мистер Крауч, отряхивая рукав. Видимо, он прибыл через камин. (Сам не люблю так путешествовать, а что делать? Только учиться аппарации поскорее!) — У меня как раз обеденный перерыв, и я могу уделить время вашей проблеме. Только, быть может, вы введете меня в курс дела?
— Разумеется, Барти, — кивнула она, а он увидел наше пестрое сборище и нахмурился.
После сдержанного приветствия и церемонии знакомства (о нас мистер Крауч слышал, конечно, а Тома видел впервые) гостю вручили чашку чая, оделили угощением и пару минут спрашивали, как он поживает да что слышно в министерстве.
— Дорогие дамы, время идет, — сказал он наконец, отставив чашку. — Оставим любезности. Что у вас произошло? Ведь что-то случилось, раз вы решили пригласить меня на семейное чаепитие! И вы, Августа, намекали…
— Да, Барти, нам нужна ваша консультация и помощь, — прямо сказала та.
— В консультации не откажу, а о помощи какого рода идет речь? — настороженно спросил мисте Крауч.
— Мы говорим о деле моего внука, — произнесла бабушка Цедрелла.
— Рон что-то натворил? — нахмурился тот.
— Не Рональда, двоюродного внука, — пояснила та. — Я говорю о Сириусе Блэке.
— Оригинально… — Мистер Крауч откинулся на спинку стула и сцепил пальцы на животе. — Почему вы вдруг вспомнили о нем именно теперь? Он ведь в бегах, и в случае поимки… — Тут он осекся и выпрямился. Тусклые вроде бы глаза вспыхнули опасным огнем. — Цедрелла, вы же не хотите сказать, что он обратился к вам за помощью, а вы… вы укрываете опасного преступника?!
— Нет, — хладнокровно ответила бабушка. — Но кое-что заставило меня задуматься. Есть, видите ли, некие странности в истории с его арестом, заключением в Азкабан, последующим побегом и дальнейшими скитаниями возле Хогвартса.
— И что же кажется вам странным? Он ненормальный!
Пёс негромко зарычал, и Том цыкнул на него.
— Если я верно понимаю, Сириус отправился в тюрьму без суда, — гнула свое бабушка Цедрелла. — Это не вы, Барти, отдали распоряжение о его заключении под стражу?
— Даже если так, что с того? — фыркнул мистер Крауч. — Но нет, не я, кто-то из моих заместителей. Я был занят поисками Лестрейнджей…
Он умолк, сжав губы, а я вспомнил о его сыне.
— А не знаете, почему мать даже не попыталась выручить его? — гнула свое бабушка.
— Отчего же не пыталась? — удивился мистер Крауч. — Я… мне было…
— Мы помним, вам было не до того, — перебила миссис Лонгботтом, — но вы, видимо, узнали что-то уже задним числом?
— Да, — кивнул он. — Уже после перевода от прежних сослуживцев я слышал о том, что миссис Блэк пыталась добиться пересмотра дела, но все ее апелляции были отклонены под разными предлогами. Сильно настаивать она не смела — все-таки была лояльна к Темному лорду. Был бы жив Орион, может, он сумел бы добиться хоть чего-то, но в одиночку вдова не справилась, хотя попыткок этих не прекращала до самой своей смерти.
Пёс тихонько заскулил, и я, обернувшись, увидел в собачьих глазах совершенно человеческое изумление и боль.
— Я же тебе говорил, — повернулся к нему и Том. — А ты заладил: не может быть, не может быть… Матушка твоя, конечно, особа своеобразная, но ты, какой ни есть, а сын! Единственный из оставшихся…
— Молодой человек в своем уме? — настороженно спросил Крауч.
— Более, чем любой из здесь присутствующих, — фыркнула тетушка Мюриэль. — Опять какие-то твои фокусы, Том?
— Не мои, — улыбнулся тот. — И не фокусы…
— Барти, а если сейчас кто-то подаст на апелляцию по делу Блэка? — спросила бабушка. — Скажем, я?
— Вам-то это зачем, Цедрелла? — неподдельно удивился тот.
Правда, я видел, что он очень насторожен, а еще — что Том под столом вынул палочку из рукава. Тогда я переглянулся с Невиллом и Джинни и положил руку на свою палочку: выхватить ее — доля секунды, а мало ли, что предпримет мистер Крауч? Лучше быть настороже!
— Я ведь сказала — это мой двоюродный внук. А мужчин в роду Блэк почти не осталось, — невозмутимо произнесла бабушка. — Вы спросите, отчего я озаботилась этим делом только теперь, и будете правы. Я, однако, отвечу, что тому есть свои причины. И, скажу более, открывшиеся факты можно назвать бесспорно шокирующими…
— Не понимаю, о чем вы, — нахмурился мистер Крауч.
— Мы объясним, но сперва ответьте: если я подам апелляцию, есть ли вероятность того, что она будет удовлетворена? Если за беглого преступника поручатся ближайшие родственники, скажем, я, мои внуки, Гарри Поттер? Если мы предоставим суду его воспоминания о той трагедии? Ведь их даже не рассматривали, не так ли?
Кажется, мистер Крауч окончательно перестал что-либо понимать, потому что спросил лишь:
— А при чем тут Гарри Поттер и ваши внуки, Цедрелла?
— Ну так это ж они поймали Сириуса, — хмыкнула тетушка Мюриэль, — под чутким руководством этого вот паренька!
Том изобразил благодарный поклон и гадко ухмыльнулся.
— Так и было, мистер Крауч, — сказал я. — Мы ловили его на живца. На Поттера, я имею в виду. И ничего, как видите, все живы, целы, а Гарри очень хочет поближе познакомиться с крестным. У тети ему неважно живется, а у Сириуса собственный дом…