Предатель крови (СИ)

Блэк почесал в затылке, совсем как я. Может, это тоже семейное?
— Ну и что ты предлагаешь? — спросил он. — Встречаться с ним нельзя, весточку подать нельзя, а что делать-то? И, кстати, куда мне самому деваться, когда вы все разъедетесь на каникулы? Пропасть я не пропаду, но…
— Вот об этом я и хотел поговорить с вами, мистер Блэк, — судя по улыбочке Риддла, реакции Блэка он просчитал от и до. — Думаю, решение напрашивается само собой… Скажите, у вас есть жилье?
  
— Есть, конечно, — фыркнул тот. — И не зови ты меня, Мерлина ради, по фамилии! Я не настолько стар… был…
— Хорошо, Сириус, — уловил Том. Я тоже уловил: в Азкабан Блэк загремел совсем молодым, какие уж тут «мистеры»! — Так что с вашим жилищем?
— Дом, — сказал Блэк. — В Лондоне, на площади Гриммо. Местечко мрачное и пренеприятное, одно хорошо — это ненаносимая территория. Туда даже тот-кого-нельзя-называть не проникнет… Не знаю, что нашло на отца, но он столько средств и сил вбухал в защиту этого проклятого сарая, что там теперь можно хоть очередную магическую войну пересидеть! Я уж молчу о маггловских…
Глаза Риддла вспыхнули.
— А Дамблдор? — спросил он. — Ему туда вход открыт?
— Если я разрешу, то да, открыт, — пожал плечами Блэк.
— А больше никого из близких родственников у вас не осталось?
— Нет… — он отвел глаза. — Родители умерли вскоре после того, как пропал мой брат. Сперва отец, за ним и мать… Все думали, что Регулус погиб: или выполняя задание того-кого-нельзя-называть, или его убили по приказу этого… А, вы не знаете? — заметил он мое недоумение.
Я помотал головой.
— Впрочем, откуда бы вам знать… Регулус получил Метку, когда еще не окончил школу! Родители были горды… — Блэк прикусил губу. — А уж как задирал нос этот дурак!.. Вот и поплатился, идеальный сын, а я — предатель рода, выжженный с родового гобелена, все еще жив!
Я покосился на Риддла. Глаза у того разгорелись, даже обычно бледное лицо разрумянилось: кажется, он что-то задумал, потому что так Том выглядел, только замышляя очередную опасную авантюру.
— Словом, — вдруг завершил мысль Блэк, — в этот склеп никому нет хода без моего разрешения.
— Но это же идеальное убежище, — мягко проговорил Том. — Даже если вас попытаются отыскать там, то все равно не найдут, ведь так?
— Да, но сколько я смогу там прятаться? Месяц? Год? Всю жизнь? — тот с силой потер лицо ладонями. — Я там свихнусь. Ненавижу этот дом… и он меня ненавидит.
— А может, не стоит судить так опрометчиво? — спросил Риддл, заглядывая Блэку в глаза.
Когда он вот так смотрел, девицы моментально теряли силу воли, да и на сверстников это действовало, что уж говорить о мелочи вроде нашей компании! Но я впервые видел, чтобы взрослый волшебник (пусть сильно ослабленный и запутавшийся) так легко поддался магнетизму этого взгляда.
— О чем ты?
— Я бедный студент, иностранец, и мне негде жить, — улыбнулся Том. — Я мог бы остаться в школе на каникулы, но тогда мне будет сложно подрабатывать…
Я догадывался, какими именно подработками он промышляет, но промолчал.
— А не будет работы — не будет и денег, а вы, полагаю, представляете, каково старшекурснику без кната в кармане, — продолжал Риддл, и на лице Блэка отразилось понимание. Верно, он же сбежал из дома и жил у друзей какое-то время, эту историю я слышал! — Особенно на Слизерине, где за потрепанную мантию и подержанные учебники могут засмеять…
Я молча кивнул: благотворительный фонд — это прекрасно, но к тем, кто пользовался его услугами, все равно относились, как к людям второго сорта. Правда, мало кто осмелился бы высказать это в лицо Тому. Помнится, на чье-то замечание касаемо потрепанных книг он ответил в том духе, что мудрость, заключенная в означенных книгах, не истирается со временем, в отличие от дорогущей мантии уважаемого собеседника, которую тот, к слову, носит второй год, надставляя подол — коротка стала.
— К чему ты клонишь? — нахмурился Блэк.
— Я хочу снять у вас комнату, — ответил тот и улыбнулся, а перед этой улыбкой не могла устоять даже суровая МакГонаггал, и если она и назначала Тому отработку, то как-то… хм… застенчиво, что ли? — Вы не рехнетесь от скуки, а я, во-первых, не потрачусь на дрянную комнатенку в том же «Дырявом котле» или маггловском мотеле, во-вторых, стану приносить вам свежие новости, в-третьих, всегда смогу взять на прогулку по городу и окрестностям большого черного пса… уж простите, Сириус, вам придется потерпеть ошейник и поводок! А если мы с вами явимся к моим подопечным, вы покажете им что-нибудь интересное, правда? Я ведь еще многого не знаю… В-четвертых, вы, разумеется, пустите меня в свою библиотеку, ну а в-пятых, я придумаю, как организовать вам свидание с Гарри, чтобы комар носа не подточил!
— По рукам! — воскликнул Блэк, и они ударили по рукам.
Я только головой покачал: Том был в своем репертуаре! Все знают, что лучше всего запоминается последняя фраза, он и выложил козырь. А слова насчет библиотеки, уверен, Блэк пропустил мимо ушей, как и все остальное: Том был большим мастером забалтывать людей! А уж что он мог обнаружить в библиотеке Блэков, известных пристрастием к темной магии, я даже представить боялся: если у миссис Лонгботтом хранятся серьезные труды на эту тему, то уж что там завалялось в библиотеке на площади Гриммо…
— Вот и прекрасно, — ухмыльнулся Том и встал. — Нам пора. Потерпите — недолго уже осталось. Мы разделаемся с экзаменами, выпустим вас в Хогсмит, а оттуда вы аппарируете в Лондон. Сможете ведь?
— Конечно!
— Вот… Там покажетесь магглам, ну, еще где-нибудь мелькнете, чтобы стало ясно — вы больше не возле Хогвартса. Надоели мне эти дементоры, сил нет, — пожаловался Риддл. — Может, хоть так охрану снимут? Гм, так о чем я? Ах да! Вы аппарируете к себе домой, а там и я подойду. Договоримся, где встретиться? Сам-то я к вам попасть не сумею…
— Конечно, условимся, я встречу… — от волнения Блэк заговорил отрывисто, и мне вдруг стало жаль его: он так хотел на волю, что готов был согласиться на общество совершенно незнакомого мальчишки, пустить его в свою крепость, пусть ненавистную, но надежную, посвятить его в семейные тайны, открыть фамильные секреты… лишь бы не быть одному. И даже желание встретиться с крестником немедля не могло перевесить страха одиночества…
Риддл коротко взглянул на меня, я поспешил отвести глаза, но он наверняка успел уловить если не мои мысли, то эмоции.
— А что с Ремом? — опомнился вдруг Блэк, и я не сразу сообразил, что он имеет в виду Люпина.
— Ничего, перебесится — выпустим, — ответил я. — Только память сотрем.
— Да уж само собой, — пробормотал он. — Счастье, что он никого не успел покусать…
— Как же вы его не опасались? — спросил Риддл.
— Да как-то… Когда мы были в анимагической форме, он нас не трогал. Не знаю, в чем тут дело, то ли запах другой, то ли еще что… — Блэк покачал головой. — Я в этом мало разбираюсь.
Судя по выражению лица Тома, он был намерен дойти до полной учености в этом вопросе, даже если придется разобрать по косточкам какого-нибудь незадачливого оборотня. Если так пойдет, одним ежедневником он не ограничится! Так и вижу стеллаж во всю стену, сплошь заставленный черными тетрадями в кожаном переплете, и табличку: «Полное собрание осуществленных намерений Т.М.Реддла, часть первая.» И пояснение: «Вторая часть — в следующем зале, черновики и наброски — в третьем. Пока не воплощенные в жизнь проекты — залы с четвертого по десятый. Часть записей хранится лично у Т.М.Реддла и не доступна широкой публике.» Ему же жизни на это не хватит!
«А ведь я уже думал о подобном!» — припомнил я, но завершить мысль мне не дал Том, заявивший:
— Ну а еще Рональд напишет своей бабушке… и вашей тоже, а она пускай подумает, с чего начать вашу реабилитацию.
— Какой бабушке?! — опешил Блэк.
— Цедрелле, — мрачно ответил я. — Вам она не родная, ну так… это мелочи.
— Вот теперь я согласен прятаться на площади Гриммо, — искренне сказал он. — Рон, очень тебя прошу, не выдавай меня ей!