Предатель крови (СИ)

— Я вас не вижу! — прошептала она.
— А мы будто дороги не знаем! Твое дело — открыть дверь!
Мы миновали пару привидений, портреты — все они подозрительно поглядывали по сторонам, но мы по совету Тома разулись и шли почти неслышно. В коридорах было непривычно пусто и тихо…
По пути в гриффиндорскую гостиную Том негромко спросил Грейнджер:
— Когда МакГонаггал тебя привела, где был Поттер?
  
— В спальне, — быстро ответила она. — Профессор послала меня за ним.
— А его соседи? И прочие?
— Симус и Дин были в гостиной, играли в плюй-камни. Остальные кто болтал, кто занимался.
— Отлично! Тогда наша задача — тихо войти и пробраться в комнату. Давай, открывай!
Очутившись в гриффиндорской гостиной, мы по стеночке проскользнули в комнату, которую делил Поттер с двумя другими парнями. Там было пусто.
— Замечательно, — сказал Том, когда мы проявились. — Итак… Гермиона, скажи когда точно… хотя лучше я сам узнаю! Ага, — добавил он, мельком заглянув ей в глаза. — Идите оба ближе ко мне!
Холодная цепочка скользнула мне на шею; я видел, как зажмурилась Грейнджер, пока Риддл поворачивал волшебные часы.
В ушах зашумело, мир померк… а когда я проморгался, то мы стояли в той же спальне, а с ближайшей кровати на нас таращился остолбеневший Поттер.
— Гарри, это мы, — зашипела Грейнджер. — Хроноворот…
— А! — опомнился он. — А что, опять?.. То есть вы из будущего?
— Да! Сейчас за тобой придет МакГонаггал, — быстро выговорила она, накидывая на Поттера мантию-невидимку. — Но вместо тебя пойдет де Линт. Я сейчас, наверно, еще в кабинете директора или МакГонаггал уже ведет меня обратно… Я им ничего не сказала, только то, что придумала ночью!
— Том, а не могли ее тайком пролегилиментить? — спросил я вполголоса.
— Могли. Но я посмотрел — если воздействие и было, то настолько тонкое, что я следов обнаружить не смог. Если в процессе беседы выяснится, что профессора знают правду… — Риддл усмехнулся, — ну, придется отмотать еще немного назад. Говорю же, эти игры со временем затягивают…
С этими словами он протянул руку и выдернул пару волосков из буйной гривы Грейнджер, после чего бережно убрал их в чистый бумажный конвертик, которых у него в карманах было полным-полно, и всучил мне на сохранение.
— Ты зачем… — ойкнула она, но, похоже, сообразила, в чем дело. — А-а-а… Понятно…
— Он пока побудет у меня, хорошо? — спросил Том, покачав на руке хроноворот. — Не сломаю, не потеряю и не испорчу, об этом не беспокойся.
— Ты мог бы сразу вернуться к тому моменту, когда меня позвали к директору, и подменить! — не отставала она. — Тогда бы ты наверняка бы знал, легилиментили меня или нет.
— Ты льстишь моим актерским талантам, — улыбнулся Риддл. — К сожалению, девочку с твоим складом характера и образом мышления я изобразить не сумею.
— Что ты вообще умеешь? — поддел я, вовремя проглотив привычное «темный лорд недоделанный!».
— Тебе и не снилось, — фыркнул он. — Так, ну-ка, погляди, я выгляжу как Поттер?
— Очки чуть сдвинь, — сказал я. — Волосы взлохмать посильнее. Ну, сумку ты брать не будешь… Палочка!
Том явно хотел выругаться, но вспомнил, что с нами девочка, и только плюнул.
— Палочку, — велел он, протянув руку Поттеру. Того выдавало едва заметное движение, он же не мог оставаться полностью неподвижен, и мантия хоть немного, да колыхалась. Том тоже это заметил, потому что скомандовал: — И заляг-ка ты, друг мой милый, на пол. А лучше уберись под кровать, и ты, Гермиона, тоже. Чары чарами, а мало ли, наступит кто, и вообще — вы вибрируете… Рон, держи мою палочку, да держись поближе!
— Я все еще видим, — напомнил я, не торопясь брать предложенное.
— Самому пора уметь!
— Ты пока научил только как снимать эти чары, — напомнил я.
— Мы обсудим это в полном составе, — ответил Том, взмахнув своей палочкой, и снова сунул ее мне: — Держи. Когда пойдем, не отставай.
— Лучше бы ты вернулся еще немного назад, и инструкции себе написал, чтобы мы заранее подменили Поттера…
— Спасибо, я не хотел еще полдня сидеть в Выручай-комнате, — буркнул он. — Умолкни и притворись тумбочкой! Тс-с!
Он запрыгнул на кровать и схватил первый попавшийся учебник.
За дверью прозвучали шаги, дверь распахнулась, и запыхавшаяся Грейнджер выпалила:
— Гарри, тебя зовет директор! Профессор МакГонаггал ждет внизу, иди скорее…
— А? Что? — растерянно заморгал он, выронив книгу (правильно сделал, потому что схватил ее кверху ногами). — Зачем?
— Будут расспрашивать про то, что было ночью, — Грейнджер стащила его с кровати и вытолкала за дверь, добавив шепотом: — Ты помнишь, о чем мы договорились?
— Ага… Я видел бой кого-то с кем-то, патронусов, а потом струсил и убежал обратно в замок, — ответил он.
— Вот так и говори! Удачи… — Она присела на кровать, а я выскользнул вслед за Томом.
— Не отставай, — едва слышно произнес он. — Будешь моей тенью.
Я не вполне понял, что он имел в виду, но пристроился в ногу, дыша лже-Поттеру в затылок.
— Пойдем, Гарри, — сказала МакГонаггал и выпустила его (то есть нас, я поднырнул под ее рукой, едва не зацепив макушкой рукав) из гостиной. — Директор хочет побеседовать с тобой.
— О чем, профессор? — жалобно спросил лже-Поттер. «Не переигрывай, идиот!» — мысленно пожелал я ему и постарался незаметно дать тычка. Вроде сработало. — Я… я виноват, да… Неужели меня исключат?!
— Не думаю, Гарри, но согласись, ты повел себя крайне опрометчиво, — сухо сказала МакГонаггал, размашисто шагая по коридору. — Так рисковать собой…
— Но я даже не вышел за пределы Хогвартса!
— Ты вышел ночью из своей гостиной, — отрезала она, остановившись перед каменной горгульей, охранявшей вход в кабинет Дамблдора, и назвала пароль: — Ванильный зефир.
Горгулья подвинулась, пропуская гостей, а я постарался прошмыгнуть за ними следом. Меня даже не прищемило… Еще я подумал, что директор на старости лет вполне может заработать сахарный диабет с таким пристрастием к сладостям. Или он волшебникам не грозит? Если так, то надо подумать о каком-нибудь зелье, действенном и для магглов — у тех диабетиков много, я читал, и на этом можно озолотиться! Выдавать за какие-нибудь лекарственные травяные сборы, вот и все… Не забыть бы сказать Тому, ну, если он сам уже об этом не подумал. Еще я решил, что мне тоже нужно завести ежедневник для записи таких вот внезапных идей.
Но я отвлекся.
В сам кабинет, разумеется, я сунуться не рискнул, остался на лестнице — через дверь было неплохо слышно, о чем говорят внутри.
— Гарри, мой мальчик, — дружелюбно произнес Дамблдор, — присаживайся. Чаю?
— Профессор, что я такого сделал? — дрожащим голосом произнес лже-Поттер. — Я же сказал, что даже не выходил из замка…
— Но намеревались! — отчеканил Снейп. Я представил, как он стоит там у окна, скрестив руки на груди, прожигая жертву пронзительным взглядом, и невольно поежился. — Скажите на милость, зачем вам это понадобилось?
— Я… — тут я воочию увидел, как лже-Поттер наклонил голову — преподавателям должна была быть видна лишь его макушка, — и принялся теребить краешек мантии. — Я хотел встретиться с Блэком!
— А вам разве не объяснили, насколько это опасно?!
— Объяснили! — вот тут жертва должна была упрямо вскинуть голову и сощуриться на «следователей». — Только не сказали, что он мой крестный!
Воцарилось молчание.
— Почему ты так решил, Гарри? — негромко спросил Дамблдор.
— Разве это тайна? — лже-Поттер шмыгнул носом. — И… я подслушал, как ругались мистер и миссис Уизли в «Дырявом котле», ну… осенью. А потом посмотрел в книжках — Блэк к тому же мой близкий родственник, очень близкий! Зачем ему меня убивать?!
— Он сумасшедший, — выплюнул Снейп. — Видимо, это у вас семейное…
— Не надо так, Северус, — произнес Дамблдор. — Гарри, профессор прав: Сириус Блэк всегда был неуравновешен, а за годы заключения в Азкабане…