Предатель крови (СИ)
— Вы все еще можете отыграться, — вкрадчиво произнес Том. — Разрыв не так велик.
Разговор занял-то от силы минуту, и куда подевался снитч, никто не видел. Пока там директор разгонял дементоров, пока все бежали к Поттеру…
— Попробуем, — сквозь зубы сказал Гарри и протянул Тому руку. — Я твой должник!
Джинни фыркнула, видимо, догадавшись о чем-то. Впрочем…
— Я запомню это, — улыбнулся Риддл, принимая рукопожатие. — Только не забывай, Поттер, что благородство не отменяет и не заменяет практичности!
С этими словами он театральным жестом воздел над головой левую руку, в которой был крепко зажат слабо трепыхающийся золотой крылатый мячик…
Я думал, от рева болельщиков рухнут трибуны. Нас оттеснили — это старшекурсники ринулись качать Тома… не уронили бы, а то он и так на голову ушибленный!
— На его месте должен был быть я, — проворчал Драко, пробравшись к нам.
— Ты мог бы быть на месте Поттера, — утешил я. — В грязной луже и со сломанными костями.
— Твоя правда, — хмыкнул он. — Однако удачно вы использовали желание! Я бы и то лучше не придумал…
— Учись, салага, пока я жив! — выкрикнул Том, который ухитрялся все слышать даже за воплями толпы и шумом дождя. Кажется, он хотел что-то добавить, но его уволокли в замок, и я был уверен, что сегодня в нашем общежитии никто не уснет — праздновать победу будут до утра!
Драко подобрал свою метлу, педантично перебрал прутики, поцокал языком и сказал:
— Де Линт мог бы обходиться поаккуратнее с чужим имуществом. Впрочем, за такую победу я прощу ему такую мелочь! Тем более, — тут он ухмыльнулся, — метла Поттера удрала куда-то в сторону Запретного леса… Жаль, хороший был «Нимбус»! Хотя моя красавица лучше… А Поттеру не скоро подарят новую, все-таки такая метла стоит дорого!
— Какой ты мелочный тип, Малфой, — серьезно сказала Джинни. — Думаю, когда ты женишься, твоей супруге придется выпрашивать у тебя кнаты на шпильки!
— Может быть, он женится на девице с богатым приданым, — задумчиво предположила Луна, — и сам будет выпрашивать у нее сикли на сигары.
Драко посмотрел на нас, понял, что мы его злорадства не разделяем, вздохнул и пошел к замку в сопровождении Крэбба с Гойлом. Ну и мы за ними, что стоять посреди стадиона?
Поттера наладили в лазарет, а в нашем общежитии до глубокой ночи шла гульба, как я и предполагал. Она продолжилась даже тогда, когда на шум и вопли явился декан и потребовал заткнуться, пока он не загнал всех на отработки до конца года. Правда, Снейп сразу пошел на попятный, увидев просиявшего Тома, признал, что повод существенный, и разогнал по спальням только первый и второй курсы. И — честное слово! — даже не отказался от стаканчика огневиски, которым баловались старшекурсники, наверняка притащившие это пойло из Хогсмида.
— Ну и дрянь же вы пьете, — ворчливо сказал он, глотнув, — это впору безоаром закусывать? Где брали? В «Кабаньей голове»?
— Зачем «брали», профессор? — весело спросил Том. — Сами состряпали, долго ли, умеючи?
Снейп отставил стакан и встал.
— Так, — отчеканил он, — мистер де Линт, извольте продемонстрировать мне ваш самогонный аппарат!
— Во-первых, сэр, не мой, а общественный, — занудным тоном начал Том, — во вторых, его уже нет. Только змеевик остался. Кстати, ваш, извините, я взял из лаборатории без спросу, он все равно бесхозным валялся…
— Де Линт, у меня в лаборатории ничего не валяется, а…
— Он оставался невостребованным в течение столь долгого времени, сэр, что покрылся густым слоем пыли, — поправился тот. — Еще раз прошу извинить, сэр, утром я верну его на место.
— Надеюсь, хотя бы детей вы этим пойлом не угощали? — чуть смягчился Снейп.
— Никак нет, сэр!
— Самим мало, — добавил Флинт с хорошим чувством момента и сдержанно икнул.
— И это Слизерин… — посетовал декан и снова пригубил огневиски. То есть самогон. — М-да, тройная очистка этой сивухе не помешала бы…
— Не успели, сэр, — широко улыбнулся Том. — А не поделитесь ли секретами?
— Чтобы вы споили весь факультет? Нет уж, увольте!
— Можно подумать, факультет не найдет, где выпить, и без моего участия, — нагло сказал Риддл. — Да и потом, я ведь сказал, что аппарат уничтожил, сэр. Это был всего лишь натурный эксперимент, если изволите.
— А зачем вам тогда… хм… секреты? — подозрительно спросил Снейп.
— На будущее, — пожал он плечами. — У нас в семье коллекционируют всевозможные рецепты. Вот если бы можно было раздобыть тут агаву, я, пожалуй, сумел бы приготовить текилу…
— Вот когда окончите школу, де Линт, — профессор отставил стакан и поднялся на ноги, — тогда готовьте, что угодно. Сегодня я, так и быть, закрою глаза на это безобразие, благо повод для празднества имеется. Но если завтра кто-нибудь осмелится дышать перегаром на меня и тем паче профессора МакГонаггал, пощады не ждите!
— А на профессора Трелони можно? — улыбнулся Том. Все знали, что прорицательница любит глотнуть горячительного.
— Нельзя, — мрачно ответил Снейп. — А то она напророчит гибель еще кому-нибудь!
С этими словами он развернулся, картинно взмахнув длинной мантией, и вышел.
Притихшие было старшекурсники снова зазвенели бутылками, но уже через четверть часа (как раз пробило полночь) Флинт с Риддлом погнали всех спать.
— Значит, говоришь, ты напророчил смерть, но не свою? В виде снитча? — спросил Невилл, когда мы улеглись и потушили свет.
— Ага, — зевнув, ответил Том.
— Врешь ведь, — уверенно сказал я. — Ты что-то знал наверняка. Ты же… в смысле, второй ты очень даже верил в пророчества, иначе не напал бы на Поттеров! Помнишь, я рассказывал?
Я в самом деле пересказывал ему те крупицы, которые мне удалось подслушать у папочки с мамочкой, а Невилл дополнял тем, что нехотя рассказывала ему бабушка. В целом суть была проста: кто-то предсказал, что Волдеморт погибнет от руки (или из-за) ребенка, рожденного на исходе седьмого месяца. Таких было двое — Невилл и Гарри. Почему-то Волдеморт выбрал Поттера…
— Второй я, может, и верил, — серьезно сказал Риддл. — А я… отчасти. Бывают дни, когда нужно прислушиваться к своей интуиции. Ну, знаете, встал не с той ноги, споткнулся на лестнице, чай разлил, пересолил суп, сделал глупую ошибку в контрольной… Тут-то и гляди в оба да вспоминай, что творилось вокруг в последние дни: тебе намекают — дело неладно!
— Это кто тебя такому научил? — с интересом спросил я.
— Да так… — он вздохнул. — Подслушал, как кухарка в приюте с кем-то разговаривала. Дескать, день не заладился: сперва чуть не ошпарилась, потом каша пригорела, подметка у башмака прохудилась… быть беде! И правда, вечером сажа в дымоходе загорелась, если б миссис Джонс не была на взводе и не проверила печь, так и полыхнул бы приют, и мы с ним вместе…
— Том, судя по твоему тону, есть еще какое-то «но», — сказал Невилл задумчиво.
— Есть, — хмыкнул тот. — Я говорил вам обоим, что Поттер смертельно боится дементоров. Дементоров вокруг полным-полно. Стадион битком набит азартными школьниками, эмоции хлещут через край… Дальше объяснять?
— Да вроде понятно, что они подтянулись к источнику… э-э-э… питания, — нашелся я. — Но почему с метлы грохнулся только Поттер, а не Джонсон, например, не Флинт, не мои братцы?
— Поттер свалился от страха, — пояснил Том. — Наверно, будь там одни дементоры, он еще сумел бы как-то перебороть себя, тем более, они еще только намечали жертв. Ну, как боггарт: если объектов слишком много, он не может сходу решить, во что превратиться. Так и они: пока-а-а выберут из сотни зрителей самого вкусного…
Он помолчал. Мы тоже молчали, но наконец я не выдержал:
— Так кого же еще испугался Поттер?
— Грима, — без промедления ответил Риддл. — Грим был на стадионе. Громадный черный пес стоял на самом верху трибуны, его хорошо было видно на фоне неба.
— Так может, Гарри почудилось? — подал голос Невилл. — Это ты в его воспоминании увидел?
— Не-ет, — протянул Том и, судя по звуку, с наслаждением потянулся. — Я видел этого пса своими глазами, аккурат перед тем, как Поттер навернулся… Потом стало не до него, а когда я поймал парня и посмотрел в ту сторону, пса уже не было. И нет, друзья мои, мне не померещилось. Я нервными припадками на мистической почве не страдаю! На материалистической, кстати, тоже, вам ли не знать!