Предатель крови (СИ)

— Вот не может не выпендриться, — проворчала Джинни, хотя видно было, что это представление ей по вкусу. — Как это он умудряется?
Я только вздохнул, поскольку понятия не имел, что на этот раз отчудил Том.
Кого Том держит на руках, мы разобрали не сразу, а когда увидели… Я уронил с колен Миллисенту. Спасибо, она успела схватиться за мою шею, а то нехорошо бы вышло.
Волна откатилась, а Том сошел на берег по щупальцу гигантского кальмара (которое тут же убралось с глаз долой), словно знаменитость по ковровой дорожке. Ну, вспышек колдокамер было столько, что аналогия оказалась вполне подходящей!
  
— Сорок шесть и шесть, — произнес Риддл, поставив спасенного наземь и взглянув на водонепроницаемые часы. — Неплохой результат, не правда ли? А где мадам Помфри? Как бы Малфой не простыл! Я, конечно, согревал его своим теплом, но…
— Иди ты в задницу! — взорвался тот. С его мантии лило ручьем, и он заметно посинел от холода.
Да-да, из воды Том вынес именно Драко, и зрители попросту лишились дара речи. Сперва лишились, я имею в виду, а потом поднялся такой шум…
— Сам иди, — отреагировал Риддл, — в палатку, греться. Приду — проверю!
Драко сверкнул глазами, но его живо уволокли сушиться и переодеваться, пока Том позировал прессе. Теперь я его понимал — не очень-то приятно засветиться на колдографии в мокрых плавках! Под этими же трусами никаких деталей организма не разглядишь при всем желании… Есть все же в старой моде некие достоинства.
— Мистер де Линт, скажите же, чем вам так дорог Драко Малфой? — проворковала Рита Скитер, прорвавшись к Тому.
— Его папой, разумеется, — ответил он, лучезарно улыбнувшись в камеру. — По нынешним временам спонсоры — это большая редкость, а Малфои на дороге не валяются, вы же меня понимаете?
Скитер явно понимала, поскольку предпочла больше не задавать вопросов. Ну а Риддл, картинно запахнувшись в мантию, прошествовал в палатку.
— Ты что, уже не обижаешься? — встряхнул я Джинни.
— На что? — не поняла она.
— Да я про Тома! В задании же было сказано — спасти что-то, что дороже всего…
— Чушь собачья, — ответила сестренка. — У слова «дороже», братец, есть разные толкования, смекаешь? Я — одно, Малфой — совсем другое! Он ведь у нас в прямом смысле золотой мальчик, не в кавычках, как Поттер. Неужто не горько потерять такого… как там Том сказал? Спонсора! Малфой-то выгоды не упустит, будет держаться такого перспективного человека, как его папаша в свое время. Вот увидишь!
— А-а… — протянул я, глядя, как Крам выносит на берег Чо Чанг, на которую таращился весь последний месяц. — Вроде бы смекаю…
Делакур вынырнула одна, едва живая, и ею тут же на месте занялись медики — кажется, француженке здорово досталось от подводных жителей.
Ну а когда время почти истекло, на поверхности появился Поттер, который едва тащил Грейнджер и какую-то маленькую девочку, совсем еще маленькую. Судя по серебристым волосам и по тому, как кинулась к ней Делакур — мадам Максим едва удержала эту бешеную кошку, — это была ее младшая сестра или еще какая-то родственница.
— Ну, хотя бы все живы, — философски сказал Невилл, глядя, как Дамблдор увещевает разгневанных русалок.
Как мы поняли, по правилам можно было освобождать только «своего» пленника, что и сделал Том, а вот Гарри хотел было спасти всех, но ему не позволили русалки. Он дождался Крама, а когда понял, что за младшей Делакур никто не явится (я угадал, это была сестра Флёр), тогда решил выручать обеих… Как сам не утонул!
— Дамы и господа, — возвестил Бэгмен, посовещавшись с судьями, — мы приняли решение! Предводительница русалок рассказала нам в точности, что случилось на дне озера, и поэтому мы решили присудить очки, исходя из пятидесяти для каждого претендента, следующим образом…
Мы замерли в ожидании.
— Флёр Делакур, хотя она и продемонстрировала превосходное использование заклинания воздушного пузыря, была атакована гриндилоу на пути к цели и не сумела спасти своего заложника. Мы присуждаем ей двадцать пять очков.
Французский сектор зааплодировал, а Флёр только сжала губы, обнимая сестренку.
— Виктор Крам использовал неполную форму трансфигурации, которая, тем не менее, оказалась эффективной, и вернулся с заложником. Мы присуждаем ему сорок семь очков!
Тут захлопали и наши, и болгары.
— Томас де Линт первым вернулся со своим заложником, не выйдя за временные рамки, так же, вероятно, воспользовался воздушным пузырем и вдобавок привлек на помощь гигантского кальмара, поэтому мы присуждаем ему пятьдесят очков!
Наш сектор взорвался аплодисментами и воплями, болгары поддержали.
— Гарри Поттер использовал жабросли, — продолжал Бэгмен. — Он возвратился последним и намного превысил часовой лимит. Однако предводительница русалок утверждает, что мистер Поттер достиг цели вторым, и что его задержка при возвращении была вызвана намерением спасти всех заложников, а не только своего собственного.
Том, успевший перебраться к нам и пересадивший Джинни к себе на колени, довольно ухмыльнулся.
— Большинство судей, — тут Бэгмен покосился на Каркарова, — считают, что это доказывает высокие моральные качества и заслуживает высшей оценки. Однако… Счёт мистера Поттера — сорок семь очков.
— Неплохо, теперь он делит второе место с Крамом, — ухмыльнулся Том.
— Третье и заключительное испытание состоится в конце июня, — продолжил Бэгмен. — Участники будут уведомлены о том, что их ожидает, ровно за месяц. Спасибо всем за поддержку!
— Времени — хоть… гм… ложкой ешь, — высказался Риддл и встал. — Пошли, отпразднуем мой триумф, а то жрать охота!
— Том, сознайся, ты тоже ел жабросли? — спросил я по пути. — Что-то не заметил я пузыря…
— Ага.
— И почему никто ничего не заметил?
— Потому, что я могу задержать дыхание на пару минут и проглотить эту мерзость уже под водой, — пояснил Том. — Рональд, это же шоу, зачем раскрывать секреты сразу же?
— А кальмар? — с интересом спросила Джинни.
— Ну… С ним я договорился заранее, — ответил он. — Вернее, предъявил ультиматум: помощь или жизнь. Его жизнь, я имею в виду… Яда-то у нас хоть залейся, и ножичек складной я им заранее обработал и в карман положил.
— Бедный кальмар… — пробормотала Миллисента.
— Я его даже пальцем не тронул! — возмутился Том. — Ну так… пригрозил. Что ему стоило щупальце протянуть? Вот именно, ничего… Всякую мелочь я и сам разогнал, это не сложно, русалки не препятствовали, а вышло, согласитесь, зрелищно!
— Крам, по-моему, обзавидовался, — честно сказал Невилл.
— Я тоже его трансформации позавидовал, так что мы квиты. Я так пока не умею.
— Сказали же, неполная она, — напомнил я.
— А это даже интереснее, — задумчиво произнес Том, полез в карман за тетрадкой и принялся черкать в ней. — Какой смысл становиться, скажем, волком целиком? Превратил только голову: зубами вцепился, руками придушил… Вот это интересная тема, нужно будет ее развить!
«Маньяк», — читалось в глазах Невилла.
«Гений», — улыбалась Джинни.
«На кой я с ним связался?» — думал я.
  
 Глава 52. Допрос с пристрастием 
 
— Подъем! — услышал я с утра и со стоном зарылся головой в подушку.
Не помогло: Том привычно содрал с нас одеяла, спихнул на холодный пол, а потом выпнул умываться. Глаза его горели энтузиазмом, а это не сулило ничего хорошего.
— Пока вы дрыхли, — сказал он, когда мы одевались, — я составил план, поэтому сейчас мы позавтракаем, и мы все вместе пойдем домогаться привидения…
— Что делать?.. — опешил Невилл.
— Я говорю — Рональд возьмет сестру, ты позовешь Луну, и мы будем искать Серую даму. Нет, я мог бы отправиться на дело один, но подумал, что вы захотите принять участие!
— А Серая дама-то при чем?
— Это же Елена Рейвенкло, бестолочь, — беззлобно сказал Том. — Читай книги хоть иногда… Она может знать, куда запропастилась диадема ее матери, ну или хоть подсказку даст! Живее собирайтесь!..