Короли локдауна (ЛП)

— Ребекка придет и разберется с этим местом утром, пока тебя не будет, — объявил Сэйнт, выходя из ванной и засовывая мобильный телефон в карман. — Я сказал ей, что здесь нужна глобальная уборка, поэтому она, вероятно, пробудет здесь несколько часов, но в будущем она будет просто приходить и уходить ежедневно, чтобы поддерживать все в чистоте.
— Кто, черт возьми, такая Ребекка? — Спросил я в замешательстве.
— Призрак, который убирает Храм, — подсказала Татум. — Ее никогда не видели, но ходят слухи, что, если ты оставишь на ночь блюдце с отбеливателем, к утру оно исчезнет, и твоя ванная будет сверх чистой, что бы можно было есть со всех поверхностей.
Сэйнт улыбнулся, окинув оценивающим взглядом ее платье, и мне пришлось задуматься, не он ли его выбрал. Если да, то у него был хороший вкус, что чертовски бесило.
— Хорошие помощники спокойны и скрупулезны. Они выполняют работу, в которой ты нуждался, еще до того, как ты бы успел об этом сказать, и их можно увидеть даже реже, чем услышать. И Ребекка — лучшая.
— Мне не нужна уборщица, — начал я, но Сэйнт отмахнулся от меня, закатив глаза.
— Тот факт, что ты думаешь, что она тебе не нужна, только подчеркивает ужасное состояние, в котором ты находишься. Но не волнуйся, дело сделано, ты даже не узнаешь, что она была здесь. Если не учитывать чистоту в помещении.
Мои губы приоткрылись для очередного аргумента, когда этот титулованный маленький придурок просто щелкнул пальцами и принял решение о том, как я должен содержать свой собственный дом в чистоте, но Татум протянула руку, чтобы коснуться моей руки, коротким покачиванием головы сказав мне прекратить это.
— Просто позволь ему пригласить Ребекку, — настаивала она. — В противном случае он в конечном итоге придет сюда сам и сам все отскребет.
— Да, Барби понравилось, как я делаю это в Храме, — согласился Сэйнт. — Я просто не решил, потому ли это, что ей нравилось, когда я ползал на четвереньках и отскребал, или она просто хотела видеть меня под собой.
— И то, и другое, — легко ответила Татум, и я ухмыльнулся ей, вытаскивая еще одну банку пива из упаковки и протягивая ее Сэйнту. У меня к горлу подступила желчь от того, что я вел себя так, будто мы друзья, после всего, что его семья сделала с моей, но мне нужно было завоевать его доверие, узнать его привычки, его секреты.
Хотя мне не нужно было беспокоиться о том, что я поделюсь своим пивом с дьяволом. Банка попала ему в грудь, поскольку он не сделал попытки поймать ее и с глухим стуком упала на ковер, когда у него заскрежетала челюсть.
— Я пью только из стакана, — сказал он, глядя на упавшее пиво так, словно оно лично оскорбило его. — Я возьму водку, если у тебя есть, или любой другой алкоголь, если нет. В любом случае я буду пить чистый.
— У меня есть ром, — сказал я, стараясь не зарычать, поднимая банку с пола и ставя ее на стойку.
Сэйнт вздрогнул.
— Если подумать, я не хочу пить. Кроме того, нам действительно не стоит оставаться. Мы просто зашли доставить Барби, и мне нужно размяться перед сном.
— Послушай, я понимаю, что таковы правила или что-то в этом роде, но я действительно не думаю, что она должна спать здесь, — начал я речь, которую весь день репетировал в уме. — Она моя ученица, и если…
— Тогда не трахай ее, — протянул Сэйнт. — Но вечеринка с ночевкой обсуждению не подлежит. Правила не подчиняются ни одному мужчине. Они выкованы в драконьем огне и сохраняют прочность благодаря солнечному жару.
— Это всего лишь кое-что, что ты нацарапал на клочке бумаги, — указала Татум.
— Уверяю тебя, Барби, это прутья моей клетки. Ты должна быть рада, что они у тебя есть, потому что они дают тебе некоторые гарантии того, что на мне намордник. Кто знает, что я мог бы сделать без правил, которые держали бы меня в узде? — Сэйнт улыбнулся, как хищник, и я переместился на дюйм влево, чтобы оказаться между ним и Татум.
Киан лающе рассмеялся, глядя на нас со своего места на диване.
— Она спит по очереди в наших кроватях, — продолжил Сэйнт. — Сегодня твоя ночь, так что она с тобой. Она должна спать в твоей постели.
 
— Или что? — Спросил я, твердо намереваясь нарушить его гребаные правила и сказать ему, куда их засунуть. Все это было безумием. Но когда его взгляд потемнел, я понял, что все будет не так просто.
— В противном случае ее накажут за нарушение правила. И у меня есть несколько мыслей — я просто жду, когда она даст мне повод.
У меня внутри все сжалось от его слов, и я посмотрел на Татум рядом со мной. Она даже не казалась шокированной, просто смирилась с тем, что он говорил. Это было так хреново. Я не знал, к чему все это приведет, заявляя о своих правах на нее, но я собирался сделать своей миссией ее освобождение.
— Прекрасно, — выдавил я. — Но у меня был долгий день, и я хочу поскорее лечь спать.
— Отлично, тогда мы вас не задержим, — согласился Сэйнт.
— Мы уже уходим? — Блейк надулся, как капризный ребенок.
— Я собрал для нее сумку, — сказал Сэйнт, игнорируя Блейка и указывая на сумку, которую Киан бросил на кофейный столик. — Ты должен выбрать, что она наденет в постель, поэтому я дал тебе варианты. Если там нет ничего по твоему вкусу, ты всегда можешь прийти в Храм и выбрать альтернативу или смириться с этим на вечер, затем пришли мне несколько идей о том, что тебе нравится, и я закажу это на следующий раз.
Я открыл рот, чтобы сказать ему, что не буду подбирать для нее гребаную одежду, как контролирующий психопат, но она поймала мой взгляд и бросила на меня предупреждающий взгляд, прося меня не комментировать.
— Ладно, прекрасно, — пробормотал я.
У меня были гораздо более серьезные причины хотеть увидеть страдания Сэйнта, но прямо сейчас я жаждал его крови ради девушки рядом со мной, и мои пальцы подергивались от желания обхватить его горло.
Ухмылка, которой он одарил меня, говорила о том, что он видел это желание во мне, хотя я точно знал, что моему бесстрастному выражению лица нет равных.
— Давайте, придурки, мы уходим, — объявил Сэйнт, и двое других встали, ворча жалобы на то, что проделали весь этот путь впустую, когда они приблизились к нам.
Киан смял пустую банку из-под пива в кулаке и швырнул ее в мусорное ведро, где она отскочила на пол. Сэйнт стиснул зубы, забирая банку Блейка и выбрасывая ее, когда двинулся за банкой Киана. Я не мог сказать, что мне было неприятно видеть, как он вот так убирается в моем доме.
— Увидимся завтра, Золушка, — сказал Блейк, наклоняясь, чтобы поцеловать Татум в щеку.
Киан оттолкнул его плечом и притянул ее в свои объятия, сжимая ее задницу обеими руками, пока он что-то шептал ей на ухо, в том числе что-то вроде того, что он снова попробует ее на вкус и примет за это наказание с улыбкой на лице.
Она выругалась, оттолкнув его на шаг назад, и он громко рассмеялся, отпуская ее.
Сэйнт раздраженно фыркнул, шагнув вперед, чтобы попрощаться с ней в последний раз, но не попытался обнять или поцеловать ее. Вместо этого он провел пальцами по ее длинным волосам, аккуратно укладывая их и критически оглядывая ее платье. Она надулась, но ему, казалось, было все равно, он даже распустил узел, удерживающий ее платье, прежде чем снова тщательно завязать его, чтобы оно сидело идеально.
Закончив, он отступил назад, его глаза жадно загорелись, когда он окинул ее взглядом.
— Красавица, — объявил он, и, хотя я был с ним согласен, мне не понравился тон его голоса. Как будто он брал на себя какую-то ответственность за то, что она так выглядит.
— Присмотри за нашей девочкой сегодня вечером, Нэш, — предупредил Блейк, направляясь к двери.
— Мы доверяем тебе, — добавил Сэйнт, и это прозвучало как угроза.
— Пока она со мной, с ней ничего не случится, — мрачно сказал я. Если и было что-то, в чем мы все могли согласиться, так это в этом. Татум Риверс стоила того, чтобы за нее убить. Ее определенно стоило защищать. Я просто намеревался защитить ее и от них тоже.