Болиголов (СИ)

Белая птица закричала чайкой в красном, словно предзакатном небе, и Балда понял, что его зовут на волшебный остров. Он взмыл ввысь, оставив позади воспоминания, и полетел за птицей. Он взлетел выше облаков и, как и в прошлый раз, упустил птицу из виду. Но, кажется, направление не имело никакого значения, ему просто нужно было оторваться от прошлого и просто лететь, и он в любом случае доберется до нужного места. Облака были розоватого цвета, они то внезапно расползались в непроглядный туман, то вновь собирались, принимая продолговатые воздушные формы. С каждой новой волной облака становились все меньше и меньше, все более вытягивались в длину. В какой-то момент они начали изгибаться и подпрыгивать вверх-вниз. Балда пригляделся и увидел, что облака превратились в темно-розовых рыб, косяком несущихся в пустоту, и он был частью их огромной стаи. Полет или скорее даже заплыв доставлял огромное эмоциональное удовольствие. Вокруг была сплошная розовая пустота, на фоне которой выделялись более темные рыбы, и порой казалось, что они летят не вперед, а просто не спеша падают вниз. Балда даже пытался подражать рыбам и изгибаться как они, но не был уверен, что у него есть хоть какое-то тело.
Вдруг сбоку замаячило что-то полупрозрачное и блестящее. Любопытство взяло верх, и Балда полетел прямо на блики, лавируя между рыбинами-облаками. Странный предмет в форме шара был похож на большую каплю воды, ее поверхность волновалась, и вся капля пыталась распасться на части, но неуловимая магия не позволяла ей этого сделать. Балда протянул руку, чтобы попробовать, какая она на ощупь, и капля сразу прильнула к его руке, обволокла ее до запястья и замерзла в лед. Он дернул несколько раз в попытке высвободить руку, и его дернуло в ответ. Он полетел за ледяной каплей прямо под стаю куда-то вниз, словно кто-то тащил его. Так и было: за каплей тянулась тонкая магическая нить, ведущая к удочке, которую держал Вернер. Он лежал на цветущем маками лугу на небольшом, парящем недалеко под стаей островке. Балда упал прямо в густые заросли красных маков и совсем не ушибся. Лед снова стал водой и отпустил его руку. Балда увидел, что находится в своем теле, одетый в белые штаны и просторную рубашку. Он поднялся на ноги и подошел к Вернеру. Вокруг в траве трепыхалось несколько красных рыбин, хорошо маскирующихся в маках. Одна рыбина выбилась из сил, превратилась в розовый туман, и легкий ветерок сдул ее с поля.
— Привет, Балда! Рад тебя видеть, — Вернер посмотрел на него снизу-вверх. Он лежал в одних черных коротких штанах, заложив руку за голову, другой рукой он взмахнул удочкой и закинул водяной шар вверх, прямо в гущу пролетающей стаи.
— Привет! — Балда сел рядом с Вернером, откинулся на локти и стал наблюдать за рыбами. У него не возникло никаких вопросов по поводу происходящего. Ловить летящую по воздуху рыбу таким способом казалось довольно логичным: рыбы ведь любят воду и дышат в воде через жабры. И даже если эти рыбы сделаны из облаков, то им все равно нужна вода. Но эти рыбы почему-то совсем не замечали водяной шар Вернера.
— Тебе не кажется, что эти рыбы какие-то неправильные? Совершенно игнорируют воду. Вот несколько попалось, но и те случайно, — Вернер отвел свою приманку туда, где, как ему казалось, было больше рыбы. — Я уже и на червя пробовал, и на муху. Эти сумасшедшие рыбы вообще ни на что не реагируют. Вот, думаю, попробовать магической сетью.
— А что ты собираешься с ними делать, когда наловишь? — спросил Балда. — Кажется, все пойманные тобой уже превратились в туман и улетели.
— Подержи-ка! — Вернер отдал удочку Балде, вскочил на ноги и огляделся. Вокруг был только мак, — последняя оставшаяся рыбка пыталась отползти к краю острова. Вернер взял ее в руку, но она сразу же превратилась в дым. Вернер поднес уплывающий туман к лицу и успел его немного вдохнуть, пока ветер окончательно его не развеял. — Вкусно, но странно, до твоего появления с ними такого не случалось.
Он вернулся назад, лег и подложил руки под голову. Балда следил за водяным поплавком, который одиноко болтался среди обтекающей его стаи.
 
— Я хотел наловить их целую поляну, чтобы подарить их Блаж. Мы бы сели где-нибудь на песчаном берегу и вдыхали бы этих вкусных рыбок. Такое нашествие, знаешь ли, не каждый день бывает, — Вернер говорил так уверенно, что Балда даже не вздумал усомниться в его словах. Впрочем, в прошлый раз было много всего странного, почему бы этому странному не происходить и теперь.
— Ты не думал, что это маковое поле на тебя так влияет? — спросил Балда. — Я слышал, что маки могут одурманить человека, и он начнет видеть то, чего на самом деле нет.
Балда совсем не подумал, что увидел этот летящий в небе косяк красных рыб-облаков еще до того, как приземлился на парящий маковый островок. Вернер повернул к нему голову и посмотрел на него веселыми глазами.
— Точно, это все маки. А то Блаж упрямо твердит, что это какие-то винные пары. Где она здесь видит вино или хотя бы виноград? Женщина! Не переспоришь! — Балда сразу же вспомнил день и ночь, проведенные в трактире и осторожно промолчал. Ему не хотелось разочаровывать Вернера, потому что Блаж была абсолютно права. Вернер забрал у Балды удочку и выбросил с острова. — Так мы неделю будем ловить. Попробуем сетью.
Он прижал руки к груди и выбросил вперед, раскинув пальцы веером. Из его ладоней широким кругом вылетела разрастающаяся магическая сеть, похожая на паучью, и понеслась прямо вверх. Сеть накрыла стаю. Рыбы стали застревать в ней, а сеть начала светиться искрящимся светом, — зрелище завораживало.
— Вот это будет улов. Хо-хо! — радостно воскликнул Вернер.
— А где сама Блаж? — мимоходом спросил Балда.
— А? — Вернер на мгновение повернул голову. — Где-то внизу копается. Хочет сделать красивый стол из какого-то красного камня. Можешь ей помочь? А я пока вытяну наш улов.
— И как мне до нее добраться? — Балда подошел к краю острова, заглянул вниз, но ничего не увидел, кроме равномерно розового фона.
— Есть только один способ, — удерживая одной рукой сеть, Вернер подошел сзади, столкнул Балду с острова и крикнул вдогонку: — Там будет сложно промахнуться, но если что — подплывешь.
Никакого страха от полета не было, потому что никакого полета не было, зато было очень быстрое падение, а вот страх от падения немного отрезвлял. Но пугаться пришлось недолго. Розовый, как разбавленное водой вино, океан внезапно встретил тело Балды. Попавшая в рот вода отдавала привкусом легкого вина, и запах был соответствующий. До самого момента столкновения с океаном казалось, что это все сплошной розовый туман. Балда вынырнул, отдышался и огляделся. Невдалеке он заметил еще один островок, на этот раз более привычный человеческому глазу, хотя Балда и видел такой остров всего второй раз и тоже во сне. Он не умел плавать, и когда-то даже чуть не утонул, став причиной смерти собственной матери. Но здесь во сне — а то, что это был сон, он уже начал потихоньку осознавать — он быстро освоился в воде и легко доплыл до места, где вода доходила ему до груди. Берег острова был очень пологий, — еще несколько минут пришлось медленно идти пешком, рассекая воду всем телом, затем продавливать ее одними ногами, и уже в самом конце Балда высоко поднимал ноги, чтобы легче было шагать. Островок был небольшим и песчаным, на нем спонтанно росли красивые высокие деревья с широкими ветвями у самой верхушки. В середине острова торчал большой и гладкий красный камень овальной формы. Вокруг камня с пилой в руке бегала Блаж. Она была одета в рабочую крестьянскую робу и нисколько ее не стеснялась. Волосы ее, как и в прошлый раз, были стянуты сзади в черный хвост и открывали все такое же прекрасное лицо.
— О, ты вовремя! — она даже не поприветствовала своего недавнего знакомого. — Держи камень с той стороны, пока я буду спиливать его верхушку, а то он все время норовит сместиться или еще глубже зарыться в песок.
Балда не стал ничего спрашивать и говорить, хотя вопросики уже начали появляться. Он подошел к камню, и все, что смог сделать, так это стать на колени и обхватить ближний к нему край руками. Выглядело это так, будто он просто на него прилег, раскинув руки в стороны. Блаж это, по-видимому, вполне устроило, и она, придерживая камень сверху рукой, начала елозить пилой, безуспешно пытаясь спилить гладкую верхушку. Разумеется, кроме раздражающего скрипа у нее ничего не получалось, и пила все время соскальзывала. Она скривила гримасу неудовольствия и стала водить пилой сильнее — камень внезапно сдвинулся вбок и еще глубже ушел под землю. Балда не смог удержать скользкий камень и повалился на землю. Пила соскочила Блаж прямо по пальцам, но прошла сквозь них, словно они были бестелесными. Она положила подбородок на ладонь и стала стучать верхними пальцами по верхней губе в раздумьях. Рука с пилой подпирала опорную руку, глаза были устремлены вверх.