Гнездо (СИ)

Маккослиб провел министров, лордов и их женщин в зубоподобные скалы, а сам вернулся на «Пост Лефора». Как опытный человек он знал, что все расчеты являются лишь расчетами. Ланс занял кресло дежурного в подземном бункере. Персонал поста поделился с генералом синтетическим кофе. Прихлебывая горячую бурду, он наблюдал за кратером. На панели, куда выводились данные орбитального мониторинга, руководитель Кризисной службы мог видеть, как в горных ущельях клубятся стаи Адельм, как вспыхивают там и здесь огоньки шаровых молний.
«Чем они там питаются? - удивлялся Ланс. - Пещерных полипов Libasta siphonophora должно хватить такой армаде суток на трое, не больше. Но они клубятся в этих пещерах годами. Может, они умеют культивировать какие-то примитивные жизненные формы? Создавать подземные плантации?»
Вдруг со стороны входа началось суетливое движение. В дежурную комнату забежал сержант и доложил:
- Сир, прибыл имперский комиссар по особо важным делам, генерал-лейтенант Рене Марков!
«Сюрприз! - сказал себе Ланс. - Наконец я увижу вживую этого легендарного сыщика».
Он поднялся навстречу комиссару. По негласной иерархии имперский генерал считался выше рангом аврелианского. Но Лансу эта традиция показалась неактуальной, и он не поздравил Маркова первым. К его удивлению, тирониец не заметил нарушения субординации. Он вполне демократично пожал Лансу руку и спросил:
- Когда начнут бомбить?
- Я - генерал-полковник Маккослиб, - решил представиться Ланс. - Руковожу местной Кризисной службой, - он посмотрел на таймер. - начнут бомбить через восемь минут.
- Маккослиб? - Ланс показалось, что Марков проснулся в тот момент, когда услышал его фамилию. - Вы человек баронессы Вэй?
- Уже двадцать шестой год.
- Очень рад, очень рад! - улыбка комиссара была искренней настолько, насколько можно было ожидать от человека, каждая мышца которого стонала от непривычной аврелианской силы тяжести. - Мы с вашей женой на Кидронии попали в такие приключения! Эта проклятая Шерм поводила-таки нас за хвост… [49]
- Да вы тот самый Рене Марков?
- Да. Разве в нашей Империи ещё какие-то не «те самые» генералы с фамилией Марков? Один я такой, - полицейский стряхнул несуществующую пыль с генеральского шеврона, старая тиронийская борзая… Провожу на Аврелии специальное расследование по поручению нашего уважаемого монарха.
- Высокочтимого.
- …?
- На Аврелии говорят или «нашего любимого монарха», или «нашего высокочтимого монарха».
- И давно вы стали знатоком аврелианских верноподданнических формул?
- Несколько недель назад. Пообщаетесь с местными лордами - и сами станете знатоком формул.
- Все может быть, - кивнул тирониец. - Впрочем, специфика моего расследования предполагает общение со здешней аристократией.
- Мне докладывали о ваших поисках… А в этой глуши вы по какому случаю?
- Пилот дискоида убедил меня, что у скалы опасно.
- Прав… Хотите посмотреть на ядерные взрывы?
- Если честно, то хочу. Никогда такого не видел. А вы?
- Однажды на Бальсан, - Ланс жестом предложил Маркову кресло за пультом. - Но это было давно. Двадцать три года назад.
- Будем смотреть отсюда? - Марков облегченно выдохнул, когда гидроподушки приняли на себя вес его тела, затем скептически осмотрел обшарпанные стены бункера. - Может, выйдем на поверхность?
- Лучше не рисковать, - улыбнулся Ланс, а про себя подумал: «Смотри, чуть ползает, а не против побегать по брустверам».
- Неужели действительно существует риск? Но всё правительство собралось около скалы. Кажется, они там даже бруствером не защищены.
- Нет, но двадцать три года назад, на Бальсан, нам также говорили, что на расстоянии ядерный взрыв не вреден.
- И что?
- Лучевая болезнь. Почти у всех, кто был тогда на станции «Скарла». Я, к счастью, отделался легкой формой. А вот Гвен долго болела.
- Я не знал.
- Чего вы не знали?
- Что баронесса в молодости претерпела облучение.
- Она об этом не любит вспоминать. А в официальной медицинской истории Гвен тот случай не записали. Никто не желал утечки информации.
 
- Ну, конечно… Там также бомбили гнёзда ксеноморфов?
- Что-то на манер того…
- А знаете, Маккослиб, в моем списке аврелианцев, с которыми у меня запланированы беседы, есть и ваша фамилия.
- И под каким номером?
- А что?
- Да, в молодости увлекался нумерологией… - Ланс внимательнее присмотрелся к картинке, которую транслировали с орбитального аппарата. - Смотрите, генерал, твари то предчувствуют!
- Это Адельмы? - Марков прищурился на экран, где происходили странные сдвиги. От гнёзд ксеноморфов побежали концентрические волны. Орда Адельм начала разбегаться ущельями, оставляя окраины гнездилища.
- Менее чем три минуты до удара, - констатировал Маккослиб, бросив взгляд на таймер. - не убегут.
- А каким образом они смогли почувствовать наши намерения?
- Они не намерения почувствовали… - Ланс посмотрел на боковую панель демонстратора. - Они другое почувствовали… Несколько минут назад «Ригуело» сбросил первую бомбу.
- То есть вы хотите сказать, что местные скорпионы чувствуют то, что происходит на орбите Аврелии, на высоте четыреста километров?
- Триста десять километров в момент сброса, - уточнил Ланс. - Сейчас бомба тормозит в верхних слоях атмосферы. Через тридцать шесть секунд включатся её корректирующие двигатели.
- А ведь у скорпионов нет телескопов.
- Телескопов у тварей нет, вы правы, генерал… А вот чуйка есть, - Ланс увеличил изображение на центральной панели. - Нам бы такую… Смотрите, как убегают. С максимальной для данной ксеноформы скоростью.
Зрелище действительно поражало. Орда Адельм покрыла горные склоны, как пёстрое подвижное одеяло. Из гнездилища живой рекой вытекали все новые и новые потоки монстров, бежали и бежали по скалам и по спинам сородичей. Сотни тысяч ксеноморфов разбегались точно от того места, которое было определено, как точка ядерного взрыва.
- Не нравится мне все это… - пробормотал Ланс. Он включил канал связи с главной обсерваторией планеты и спросил:
- Это Маккослиб с Кризисной службы. Какая сейчас ситуация в районе цирка Мефистофель?
- По каким параметрам, сир? - уточнил голос дальнего оператора.
- По всем параметрам.
- Интенсивная магнитная буря, сир, ионизация атмосферы превышает средние показатели в три раза. В ку-диапазоне наблюдается локальный всплеск общей мощностью в несколько гига-джоулей. В бета-диапазоне также всплеск.
- Турбанс, - подсказал Марков.
- …?
- Такие утечки энергии называются турбансами. Специфические проявления червоточины со смещённой мерностью.
- Вы разбираетесь в планетарной физике?
- Это не планетарная физика, Маккослибе, это физика наведённой сингулярности.
- Я, генерал, честно говоря, в этом ничего не понимаю… - Ланс снова посмотрел на таймер. - Внимание! Осталось десять секунд.
Генералы молча вместе с таймером считали последние секунды до падения бомбы. В центре демонстрационной панели вдруг что-то блеснуло, поднялась жёлтая туча пыли.
- Это и есть ядерный взрыв? - разочарованно хмыкнул Марков.
- Нет, генерал, это не ядерный взрыв… Судя по всему, взорвалась только имплозийная линза бомбы, - сказал Ланс. - Вы наверняка знаете, это такая штука, которая подрывает ядерный заряд. А вот сам заряд не взорвался. Цупс!
- И такое может быть?
- Не должно, однако, как видим, имеет место быть, - Маккослиб переключил канал TVC на командный пост «Ригуело». На экране возникло растерянное лицо командира боевой части рейдера.
- Можете дать объяснение?
- Нет, генерал. Мы ничего не понимаем.
 
- Какая объективная картина?
- Бомба попала точно в цель, сир. Отклонение составило всего полтора метра. Подрывной заряд сработал, но активации оболочек первой степени не произошло. Гнездо ксеноморфов «a-четыре» не уничтожено. Причины выясняем.