Невеста решает бунтовать (СИ)

Надо выпроводить Кея и… навестить “Вегу”. Может быть, что-то прояснится на встрече с сеньором Поморро?
Зло хлопнув по подлокотнику, я скрываюсь в спальне. Моораца понимает мои намерения с полуслова, помогает переодеться, переодевается сама. Сверху мы надеваем привычные платья — я дневное, а она свою форму.
Когда я возвращаюсь в будуар, брат всё ещё упрямо сидит и таращится на пустую чашку из-под кофе. Так и хочется сказать, что напиток не имперский, а заморский. Чай, между прочим, в Вадоре тоже не растёт, но чувствую, что слишком утомлена для пустого спора.
— Иси?
Я прохожу мимо. Кей вскакивает. Я выхожу в коридор, оглядываюсь — слуг нет. Моораца выходит за мной, хлопает дверью, и, не сговариваясь, мы припускаем по коридору. Когда Кей появляется, нас уже нет в поле зрения.
На зов я не откликаюсь. Мы прячемся, и Кей, торопясь, проходит мимо.
Из дома я сбегаю тайком. Платья остаются в небольшом тайнике. Как оказалось, Моораца давно устроила, причём, подозреваю, далеко не один. Меня озноб пробирает от повеявшей в затылок смертельной опасности. Но прямо сейчас бояться нечего, мне следует сосредоточиться на более важных проблемах.
Сбегаю я, разумеется, не одна. Меня будет сопровождать Моораца. Прежде всего она телохранительница, а ещё, в отличии от меня, видевшей город из окна экипажа, она ориентируется в столице и меньше, чем за полчаса, по проулкам выводит на широкий проспект, где нанимает экипаж.
— Княжна, — обращается она ко мне, как только экипаж и вполовину не такой удобный, как я привыкла, трогается.
— Да?
— Если молодой князь не полюбит кофе, ему будет трудно, когда полуостров вернётся в состав империи.
— Наивность лечится болью, — пожимаю я плечами.
Когда-то я тоже была доверчивой дурочкой, да и сейчас от прошлой себя недалеко ушла. Чаще я думаю, что обратиться к господину послу и сеньору Поморро было гениальным решением, но время от времени я вспоминаю, что совершила глупость. Я совершила государственную измену и собираюсь пойти дальше.
На кого мне положиться? Уж точно не на Кея…
Вздохнув, я прикрываю глаза.
Может быть, прямо сейчас запросить у сеньора Поморро информацию по Аарону Кокбергу? Полуостров долгое время оставался под пятой чудовищ. По какой причине будущий первый Великий князь и его верные рыцари отправились сражаться? Легенда гласит, что Дарен Вадор во сне увидел страдания Белой богини и поклялся спасти, но в эту часть сказки я не верю.
И не только по легендарному предку. Из редких обмолвок следует, что нечто серьёзное произошло между императорским родом и Кокбергами. Но что это могло быть? И как с расколом связаны Вадоры? Ха… У меня начинает болеть голова, когда я обо всём этом думаю.
Экипаж останавливается.
Моораца первой выпрыгивает на мостовую, расплачивается. Я озираюсь. Почему-то Моораца не стала называть местом назначения ювелирны салон, выбрала ничем не примечательную улицу, выходящую на площадь, за которой начинается нужная нам Брегская.
Пройтись пешком тоже хорошо… Так я думаю, пока за поворотом не открывается зрелище, к которому я совершенно не готова. К небу поднимается чернильно-чёрный дым.
На Брегской улице каменные здания все, кроме одного.
Моораца равнодушно подтверждает мою догадку:
— Княжна, горит “Вега”.
Боль вспыхивает в ладонях, и, когда я опускаю взгляд, понимаю, что раню себя ногтями до крови. Усилием воли я разжимаю пальцы, выдыхаю.
То, что “Вега” горит… Дым слишком чёрный, чтобы принять его за случайный. Я помню пожар из прошлого, помню, что деревянное здание было нарочно пропитано горючими зельями, чтобы гарантированно уничтожить любые доказательства шпионской и диверсионной деятельности отделения скромной. Я сама предоставила сеньору Поморро сведения о раскрытии “Веги”. Ничего удивительного, что день пожара наступил. Но почему сейчас, сразу после гибели господина посла?
— Идём, — командую я.
Здание пусть горит, мне нужны люди, и я уверена, что о моём приближении сеньор Поморро уже знает, его соглядатай наверняка побежал вперёд и предупредил.
 
Я совершенно не удивляюсь, когда в ювелирном салоне знакомый мальчик приглашает меня в одну из переговорных. Я удивляюсь, увидев напротив себя не сеньора Поморро.
— Княжна.
— Манс, — здороваюсь я также скупо.
— Чем могу вам помочь, княжна?
Манс вежлив, однако кофе не предлагает.
— Я бы хотела обсудить некоторые детали с сеньором Поморро.
В груди поселяется нехорошее предчувствие.
Манс разводит руками:
— Сожалею, княжна. Это невозможно. Сеньор Поморро ещё вчера направился в империю. “Вега” преимущественно выполнила свою задачу и, как видите, ликвидирована. Я здесь, чтобы завершить некоторые незначительные дела и помочь новому дипломатическому посланцу империи, если наши страны продолжат переговоры.
Когда начнётся война?
Нет, мне хватает ума не задавать глупых вопросов вслух. Всё изменилось… Думаю, до начала вторжения не больше месяца. Хах, возможно, имперцы пересекут границу уже завтра.
— Вот как…, — Манс всего лишь доверенный помощник. На многие вопросы он просто не ответит.
— Чем я могу вам помочь, княжна? Кстати, впредь ищите меня в книжном на проспекте Вито.
Стоит ли посвящать Манса в историю моей семьи? Я ведь не представляю, какие тайны могут всплыть…
— Вы располагаете информацией, что именно случилось на охоте? Почему, будучи предупреждённым, господин посол не смог избежать опасности?
— Княжна… Простите за грубость, но, боюсь, вы не представляете, кто такие виверны.
— Не представляю, — соглашаюсь я.
Когда-то я читала о чудовищах в Бестиарии. Вивернам, как и прочим видам тварей, отводилась пара страниц, причём одна — под гравюру.
— Прежде всего виверны опасны полной устойчивостью к магии, а взрослые особи и вовсе подавляют магию вокруг себя. Чтобы победить виверну, нужно, как минимум, не уступать ей в ловкости и скорости.
— Для человека подобное невозможно.
В Бестиарии упоминалось, что против одиночной виверны выходили армии и несли колоссальные потери… На самом деле, в этом свете победа господина посла выглядит абсурдной, особенно первая.
На крошечный миг Манс позволяет улыбке появиться. Нет, не улыбка. Это и насмешка, и оскал хищника одновременно. Я вспоминаю, что добровольно вошла в тигриное логово, хозяин которого вёл себя как котёнок, всё это время оставаясь тигром.
Намёк Манса я понимаю.
Если в Вадоре живут люди, то Таэль приветствует все расы без исключения. Про императора шепчутся, что он демон…
Господин посол победил виверн потому что… Кей бы сказал: “Потому что он сам чудовище”.
— Верно, княжна. Для человека подобное невозможно.
Я знаю только одну расу, представители которой способны сражаться с виверной на равных — демоны. Но разве господин посол был демоном или хотя бы полукровкой? Я не замечала отличий от человека. Разве что с гончей он справился подозрительно ловко, будто не с тварью сражался, а от козявки отмахнулся. Качественная маскировка? Хах, какая теперь разница?
Манс пристально наблюдает за выражением моего лица. Я пожимаю плечами — мне надо сосредоточиться на своих проблемах, а не вникать, как демон, которых в империи единицы, мог оказаться в роли посла.
Я прощаюсь с Мансом и выхожу из приёмной. В задумчивости, я просто позволяю Моораце увести себя.
Меня никак не отпускает ещё одна странность. По правде, она захватывает меня полностью — сеньор Поморро исчез тогда же, когда погиб господин посол. “Задача решена”, — звучит неправдоподобно. С одной стороны. А с другой… Сеньор Поморро скрывал своё лицо и пах кофе точь-в-точь как господин посол.
Сеньора Поморро… его тоже больше нет?!
Нет-нет, я должна сосредоточиться на своих проблемах…
— Госпожа, мы вернулись, — окликает меня Моораца.
Так быстро?
Моораца только головой качнула. В глубине её глаз появляется непонятное сочувствие. Она помогает мне надеть платье, сама переодевается в форму горничной.