Совершенство (СИ)

И тогда я, одернув руку, всё же срываюсь на бег. Попадаю каблуком в выбоину асфальта и чуть не падаю. Не уверена, что за мной кто-то гонится, но все же добегаю до такси и стрелой влетаю на заднее пассажирское сиденье.
— Дверью не хлопайте, — ворчит таксист. — Не холодильник же!
— Поехали уже, — с трудом выговариваю я, восстанавливая сбившееся от бега дыхание.
Да уж, живя в этом доме точно не соскучишься. А я бы предпочла соскучиться, если честно.
Постояв в пути сразу в двух дорожных пробках, в «Ложь» приезжаю позже, чем планировала. Мерещится, что от меня до сих пор воняет гарью и какое-то время я провожу перед зеркалом в уборной, приводя себя в порядок. А когда выхожу, в клуб уже прибывают первые посетители.
— Мила, ты где ходишь? — торопит Окси. — Третий столик взять можешь? И шестой ещё, а то народу много, я не успеваю!
Взяв на столике у бара стопку меню, направляюсь к третьему. Приветливо улыбаюсь двум сидящим за ним гостям. Спрашиваю, не желают ли они заказать что-то сразу, но получаю отрицательный ответ.
— А ты новенькая? — спрашивает один из мужчин, проходясь по моей фигуре масляным взглядом. — Не видел тебя здесь раньше.
Киваю и говорю, что подойду к ним позже. Направляюсь к шестому, расположенному в углу зала. Там уже ждет большая компания мужчин с парочкой сопровождающих их девиц.
— Эй, официантка! — зовет одна из них, и я морщусь, не понимая причин ее вопля, поскольку всё равно и так к ним иду.
Внезапно будто что-то рвется внутри, а сердце сбивается с привычного ритма. И я сначала интуитивно чувствую присутствие Нестерова, ещё до того, как увидеть его за тем самым шестым столиком в компании Лауры.
Марк не сводит с меня тяжелого пристального взгляда. В отличие от меня, не сразу различившей его среди других в полумраке, он явно заметил меня давно.
Хочется провалиться сквозь землю или, как минимум, придумать какой-нибудь предлог, чтобы прямо сейчас развернуться и, плюнув на невежливый окрик девушки из их компании, уйти в противоположном направлении.
Но Нестеров в любом случае меня уже разглядел, и нельзя позволить себе позорного бегства. Гордо выпрямляю спину и растягиваю губы в столь ослепительной улыбке, что способна, наверное, осветить интимный полумрак вокруг.
— Здравствуйте, меня зовут Милана, и я ваш официант на сегодняшний вечер! — объявляю я заученную фразу. — Вы готовы сделать заказ или вам нужно время, чтобы определиться?
Стараюсь не смотреть на Нестерова, хотя сама кожей чувствую его взгляд. Увидев Марка здесь, я не слишком удивлена, всё же он взрослый мужчина и вполне может позволить себе появляться в подобных местах, даже не смотря на свое «правильное» амплуа. Но то, что он приехал сюда в компании Лауры, вызывает внутри глухую досаду и моя приклеенная улыбка несколько меркнет.
— А я вас знаю! — восхищенно выдает блондинка, которая только что меня звала. — Вы Милана Аверина, да?
А потом вдруг ойкает, удивленно уставившись на помощницу Нестерова, которая, кажется, только что пнула её под столом ногой.
— Вы обознались, — всё так же широко улыбаясь вру я. В конце концов я сотрудник клуба под названием «Ложь», мне можно. — Так что насчет заказа?
Подруга Лауры просит для них пару бокалов Мартини Асти. Мужчины заказывают на всех виски Гленморанджи, сырную и фруктовую тарелки.
— А что есть из десертов? — театрально-невинным тоном спрашивает помощница Нестерова, и мне приходится повернуться к ней, чтобы увидеть, как она демонстративно кладет свою руку на ладонь Марка, лежащую на столе.
Хочется что-нибудь съязвить, но я старательно держусь с достоинством. Предлагаю:
— Могу порекомендовать ягодный чизкейк или тирамису. Ещё есть тарты: лимонный и шоколадно-ореховый.
— И всё?
Она просто наслаждается моим подневольным положением и никак не желает опускать. Хочет, чтобы и Нестеров полюбовался, её превосходством надо мной. И он, судя по всему, не отказывает себе в удовольствии. Чувствую его пронизывающий пристальный взгляд, но посмотреть в ответ не решаюсь. Боюсь, что, если увижу там осуждение или брезгливость — растеряю всё свое самообладание.
 
— Насколько я знаю, да, — сухо отвечаю я, желая уйти поскорее. — Если нужно, уточню на кухне по наличию.
— Да уж уточните, будьте так добры.
В её тоне неприкрытая язвительность и вместо того, чтобы спросить, требуется ли им что-нибудь ещё, просто киваю и ухожу. Перед этим, не удержавшись, всё же скольжу взглядом по Нестерову, но понять его эмоции, не получается. Опасный блеск темно-зеленых глаз, кажущихся в полумраке почти черными, свидетельствует, скорее, о злости, нежели о брезгливости. Марк явно не рад нашей встрече. Но не рад видеть именно меня или не рад видеть меня именно здесь?
Возвращаюсь к третьему столику, где мужчины готовы сделать заказ. Помечаю в блокноте, чтобы не забыть: два бокала темного пива, кольца кальмара и тарелку с закусками. Получаю от одного из них сомнительный комплимент:
— А ты красивее, чем Окси. Посидишь с нами?
— Мне нужно работать, — отзываюсь я, выдавливая улыбку.
— Брось, крошка, я знаю, что Мари не будет против. А если и будет, обещаю: я договорюсь.
— Прошу прощения, мне нужно идти.
Успеваю ретироваться до того, как придется придумывать новые аргументы для отказа. Передаю заказы на кухню и в бар, когда в зале начинается шоу. Музыка становится громче, а свет, наоборот — приглушенней. Люси, Тэйси и Анэтт выходят на сцену и начинают соблазнительно покачиваться под музыку, бросая на зрителей томные взгляды.
— С третьим осторожнее, Мил, — предупреждает Окси, тоже забегая на кухню, чтобы передать заказ. — Мужик в серой рубашке поло — очень конфликтный и задиристый.
Легко сказать «осторожнее», когда именно этот человек уже вознамерился усадить меня за их стол.
— А ты не можешь его взять? — спрашиваю я, не слишком надеясь на успех.
— Не, Милаш, я сама его боюсь. Он однажды уехал вместе с Тэйси, так она рассказывала, что он… — Оксана начинает, но быстро отмахивается. — В общем, ей не понравилось. Теперь к его столику даже танцовщицы не подойдут, вот увидишь.
Что ж, ясно. Танцовщицы не подойдут, а мне придется. Охрана стоит на входе и вряд ли станет вмешиваться до тех пор, пока мне не причинят вреда. А любой скандал повлечет штраф в половину моей зарплаты, об этом Мари меня ещё вчера предупредила.
— Но может шестой возьмешь? — в последний раз тяну я удачу за хвост.
— Шестой? А эти тебе чем не угодили?
— Знакомые, — объясняю я, поджав губы. — Не хочу их обслуживать.
К счастью, на это Оксана легко соглашается:
— Ладно. Тогда меняемся на второй. Там девушке кофе и чизкейк, а мужчинам бутылку Егермейстера и мясную нарезку, они уже готовы.
Благодарю официантку и, предупредив её напоследок о требовательности цербера-Лауры, беру подготовленные для второго столика блюда и напитки. Аккуратно расставляю на серебристом подносе. Несу, удерживая равновесие, чтобы не уронить.
Нужный столик находится в противоположной части зала и работа с ним не вызывает сложностей.
Спустившиеся в зал, танцовщицы принимаются расхаживать между креслами, приветствуя завсегдатаев. Некоторые любимчики удостаиваются чести выпить с ними, а Тэйси, на которой остались лишь кружевные трусики и туфли, обосновывается у одного из гостей на коленях. И, как и предупреждала Оксана, все они предусмотрительно обходят опасный третий столик стороной.
Мне же нужно отнести туда заказанное пиво, которое бармен уже подготовил. Ставлю высокие стаканы с пенящимся напитком на поднос, водружаю рядом тарелку с закусками и направляюсь к тому самому мужчине в серой рубашке поло, чувствуя себя агнцем, который добровольно тащится на заклание.
— С возвращением, крошка, — радуется моему присутствию «серый поло», а его ухмылка не сулит мне абсолютно ничего хорошего. — Я же говорил, что ты передумаешь.
Отвечаю, стараясь, чтобы мой голос звучал твердо: