Дезертир
Малек, мало интересуясь происходящим, отвернулся. Оттуда, сзади, могли появиться враги. В это время и в этом месте Малька больше всего пугали люди. А со строптивым носильщиком пускай Сафик разбирается, быстрее бы только.
– Там же радиация, ну мужики!.. – Стоять под наведенным на тебя стволом нелегко. – Ну как же так можно?
– А мы что, не идем туда? Одного тебя посылаем?! – Сафик, бешено вращая зрачками, опять щелкнул затвором. – Вперед! Или я тебя просто убью, мы время теряем, погань!
– Да и черт с вами…
Никита, проклиная свою трусость, взялся за отполированные рукояти тачки. Черт с вами? С кем? Черт с нами, он хотел сказать. С рядовым Нефедовым в том числе. Кому он такой нужен? Пусть сдохнет, трус. Чмо. Не выдержал близости Зоны, сломался и побежал прямо к ней. Зачем? Умирать, конечно. А тогда ни к чему и тянуть.
Малек между тем поравнялся с Сафиком:
– Он все врет.
– Я что – баран? Конечно, врет.
– Опасно.
– Пока тачку катит, пусть врет, – оскалился Сафик. – Дома Червь разберется. За спиной следи, не отвлекайся.
У странного столба улица пожарищ и руин заканчивалась. Площади никакой не было, по крайней мере строители городка ее не планировали. Однако имелся правильный круг диаметром примерно двести метров, идеально ровный, почти не замусоренный. Откуда он взялся, не знал никто.
Сафик подкатил свою тачку к Никите.
– Слушай, гад. Слушай и не переспрашивай. Я не знаю, кто ты и откуда, но тачку ты должен прокатить через Площадь! Попробуй только опрокинуть, я с тебя бритвенным лезвием шкуру сдеру! – Сафик схватил Никиту за плечо и встряхнул. – Бритвенным лезвием, клянусь, – тихо и внушительно повторил он. – Когда скажу, берешься за тачку и как можно быстрее катишь. Никуда не смотришь, только вперед! Я и Малек рядом, мы обо всяких тварях позаботимся. Не останавливайся и не оборачивайся, иначе…
Он приподнял клапан нагрудного кармана и показал Никите приколотую к ткани булавками блестящую полоску металла. Бритвенное лезвие для старых станков.
– Вот этим лезвием. Оно никогда не тупится.
Никита кивнул, стараясь выглядеть не испуганным, а просто равнодушным. Он еще не знал, что иногда в Зоне можно найти странные предметы. Например, никогда не тупящиеся бритвенные лезвия производства старой, всеми забытой советской фирмы.
«Скоро я умру, – подумал Никита. – Ну и пусть».
– Пошли! – бросил, словно плюнул, Сафик.
Глава 2
Никита
1В бинокль с крыши дома было видно, как два вертолета Коалиции раз за разом утюжат в поселке какой-то пятачок. Но какой? Что им понадобилось так близко к логову Червя?
– Чего там, Паля?
Рядом заерзал Хорс.
– Не тряси кусты. Далеко… Больница, что ли? А, все равно.
Паля, проводник, отдал армейский бинокль Хорсу и попятился к провалу в крыше, через который они сюда и выбрались. Куда бы ни палили вертолеты, интересует их вовсе не дом и не роща какая-нибудь.
У провала ждал Дурень: подхватил со всей вежливостью, чуть ли не нежно. Паля хотел было его послать, чтоб не лапал, но увидел в углу мрачного Червя. Надо же, сам на третий этаж забрался.
– Что ты думаешь?
– Чего тут думать? Там кто-то есть. Был.
Паля, прихрамывая, подошел, присел рядом на кучу мусора, вытянул ногу – ту, которой нет. Сегодня что-то донимали фантомные боли, будто протез вдруг обрел чувствительность и ноет, ноет. Дурень ушел, подчиняясь взгляду хозяина.
– Человек или твари?
– Ну с чего бы им тварей так долго расстреливать?.. – сухо засмеялся Паля, прикуривая. – Всех не перестреляешь. Пускай тогда к ЧАЭС летят, там их полно. Но не хотят отчего-то! Всё по краешку… Червь, не мудри. Там пытаются убить каких-то людей, причем убить наверняка, двенадцать раз подряд. Что за люди, куда шли – мне отсюда не рассмотреть. Думаю, что и с вертолета тоже!
Червь вздохнул. С укором посмотрел на сигарету в руке Пали – он ведь запретил курить наверху. Но, видать, мысленно плюнул и сам полез за портсигаром.
– Дурень! Ты иди вниз на первый, не жди. Помоги Факеру с ящиками.
Все складывалось погано, очень погано. Мачо объявил войну, причем самым подлым способом: напал первым. Четверо, отправившиеся за грузом, не вернулись, а ведь с ними проводник. Если придется его списать, а к вечеру придется… Тогда останется только Паля. Без проводников бизнес невозможен.
– Паля, тебе надо обучить кого-нибудь. Не может быть, чтобы все ребята были обожжены до угольков.
– Кого? – пыхнул дымом Паля. – Я только про Ушастого иногда думал. Но он тоже… Нет.
– Факера возьми.
Червю тяжело дались эти слова: Факера он мысленно уже раз десять пристрелил. Надо же, до чего оборзел, сволочь! «В долг»! Но если не Факер, то кто? Остальные и подавно не годятся.
– Нет. Я же с ним ходил. Проводник должен быть сумасшедшим, Червь, ты ведь знаешь. Но не таким сумасшедшим, как остальные, другим. – Паля для наглядности постучал себя пальцем по лбу. – Не просто психом, как Факер, а сумасшедшим особого сорта. Он должен любить Зону.
– Сосо ненавидел Зону.
– От любви до ненависти один шаг. Что такое проводники? Работа, Червь. Просто работа. Назначь Факера, пожалуйста. Но обучить его я не смогу. Чему учить? Он и сам знает, где что растет. Просто боится.
– Они теряют голову, Паля. Вроде ничего не боятся, но теряют голову.
– Значит, боятся, – кивнул Паля. – Мы тоже боимся, и я, и Сафик, и Сосо, но мы… Мы готовы умереть. Может, в этом все дело. А может, и нет.
– Откуда ты взялся?
Проводник едва не выронил окурок. Вот так дело! Даже когда Паля, простреленный в трех местах, с перетянутой портупеей ногой выполз к Червю, никто не задал ему такого вопроса. Значит, близится катастрофа.
– Что молчишь? – Червь подался вперед, впился глазами в проводника. – От ЧАЭС, да? Ладно, не рассказывай. Ты скажи, как там люди живут? И зачем?
– А то ты не знаешь! – Паля негромко засмеялся. – Артефакты сто`ят риска, потому что сто`ят денег.
– Значит, от ЧАЭС легче выбраться за Кордон, чем отсюда? – Червь потер переносицу. – У меня нет информации, Паля, а вы все молчите… Я даже и не хочу много знать, честно говоря. Боюсь. Но… Что там? Кроме артефактов? Слухи, слухи!
– Иди и посмотри.
Лицо Пали превратилось в каменную маску. Червь сглотнул и мысленно выругался. Подонок! Ведь ест и спит вместе с Червем и его людьми, а откровенничать не хочет. Хотя что тебе скрывать, безногий? Тебе старые дружки уже не помогут. Сумасшедший.
– Слухов много, – внушительно повторил Червь. – Но я им, конечно, не верю… Паля, у нас скоро могут быть крупные неприятности.
– Я понимаю. Группа Сосо не принесла артефактов, Сафик потерялся с товаром. К тебе много претензий.
– К нам, – уточнил Червь.
– Да мне все равно. Я могу хоть сейчас к Мачо уковылять, пригожусь.
Червь долго отхаркивался, потом смачно, через всю комнату плюнул.
– Ты это зачем сказал?
– А зачем ты нарывался? Червь, мне терять нечего, я за Кордон никогда не выйду. Наплевать, когда и как умру. Так что, если хочешь что-то предложить, – давай, не тяни.
Хозяин логова встал, прошелся. За его спиной Паля беззаботно принялся напевать что-то по-украински.
– Я думаю, там убили человека, который шел ко мне, – сказал наконец Червь.
– Понятно. Теперь скажи, от кого шел этот человек.
– От Клоуна.
Червь обернулся. Паля не оцепенел, нет, спокойно тушил окурок о стену.
– Клоун тебя помнит.
– И ногу мою помнит, – кивнул проводник. – И я помню Клоуна. Хочешь, чтобы я туда пошел? Нет, Червь. Это не обсуждается. В те края я больше не хожу.
– Я…
Червь хотел было сказать, что все висит на волоске. Бизнес посредника, который кормил его несколько лет, полностью разрушен за считаные дни. С обеих сторон, и с ЧАЭС, и из-за Кордона, теперь находятся кредиторы, а товар погиб, и артефакты тоже. Он хотел сказать, что только Клоун, этот «запасной парашют», может теперь вытащить Червя из дерьма, а уж Червь прихватит с собой и Палю. Но не сказал – Паля и так все это знал.