Венеция. Полная история города

Маска Чумного доктора, безусловно, выглядела устрашающе, что связано скорее с суевериями, чем с медициной. В то время ничего не было известно о микробах или вирусах, и считалось, что болезнь приносят духи, вызывающие расстройство настроения больного. Маска служила, с одной стороны, для предотвращения проникновения духов в тело врача по воздуху, а с другой – для их отпугивания.
Чумной доктор – самая тревожная из венецианских карнавальных масок. И, наверное, самая известная (популярность ей принес успех видеоигр, таких как Assassin’s Creed, и вселенной стимпанка). Благодаря такой популярности Чумной доктор, когда-то страшный символ смерти и отчаяния, теперь выбирается в качестве костюма для косплея или наряда на Хэллоуин.
Во вторник на Масленицу группы чумных врачей выходили на улицы в Венеции, напоминая прохожим о необходимости вернуться к посту после многих недель неуправляемого веселья. Своего рода memento mori в последний день карнавала.
Bauta или Moretta, Чумной доктор или Арлекин – все маски сохраняли инкогнито и позволяли играть в любые запретные игры как мужчинам, так и женщинам, и даже священникам и монахиням.
Плащ с пелериной, часть карнавального костюма, мог быть из шерсти или шелка – в зависимости от сезона, белый или синий, или алый для торжественных поводов, иногда украшенный оборками, бахромой и позументом.
Плащ не только накрывал, он и скрывал неблаговидные намерения, которые дополняло оружие – по обыкновению, шпага или кинжал. Венецианские власти выпустили множество указов, запрещавших носить оружие и маску. Тех, кого ловили на месте преступления, ждала казнь или два года тюрьмы, 18 месяцев на галерах в пользу Венецианской республики, и огромный штраф в 500 дукатов в пользу венецианского Совета Десяти. Как с тех пор изменились нравы, можно узнать из отчетов венецианских карабинеров: в предпандемийном 2019 году было взыскано 24 штрафа за попытки помочиться на исторический памятник. По 400 евро каждый. Кто сказал, что деньги не пахнут…
Запреты вообще шли с карнавалом рука об руку, время от времени вводился какой-нибудь новый. Так, было запрещено заходить в святые места в маске (этот запрет действует до сих пор), надевать на маскарад религиозную одежду, не разрешено заходить в маске в казино (что целесообразно – маской часто пользовались игроки, скрывавшиеся от кредиторов). В 1776 году был выпущен закон о защите «чести семьи» – девушкам на выданье и невестам также не велено было надевать маски.
С тех пор, как венецианская травестия разошлась эпидемией по миру, маска изменилась до неузнаваемости, а карнавал стал тематическим. В 1982 году он был посвящен Неаполю, что привело к встрече Арлекина и Пульчинеллы, двух масок комедии дель арте, двух характеров – неаполитанского и венецианского. В 1985 году также встретились Париж и Венеция, и, наверное, с тех пор на карнавале преобладают французы. В 1994 году темой маскарада были Восток и стиль шинуазри. В 1998 году он был посвящен Джакомо Казанове – так в Венеции отметили двухсотлетие смерти космополита и распутника. В 2003 году карнавал отдал честь Федерико Феллини. В 2024 он посвящен путешествию Марко Поло. Так или иначе в старом карнавале был свой стиль, но он был навсегда забыт с падением Венецианской республики.
В 1979 году Венецианский карнавал был возобновлен после более чем двухвекового перерыва, если отсчитывать от времени наполеоновской оккупации города в 1797 году. Важен и исторический контекст этого события – это эпоха Anni di Piombo («свинцовых лет»). В 1978 году произошло похищение и убийство боевиками Красных бригад [30] Альдо Моро, председателя христианско-демократической партии Италии. С июня 1978 года по декабрь 1981 года они устраивали засады, убийства и нападения. Статистика поражала: количество активных радикальных движений в Италии увеличилось с двух в 1969 году до 91 в 1977 году и до 269 в 1979 году. 1979 год стал рекордным – 659 нападений. 1980 год унес жизни 125 человек, включая 85 человек, погибших в теракте на Центральном вокзале Болоньи 2 августа.
  
На возобновленном карнавале царила атмосфера «конца света». Накладные носы, клоунский грим должны были помочь забыть о мясорубке истории, работавшей без остановки. Еще одной особенностью этого карнавала была его подлинность: простые маски, самодельные костюмы и его настоящее венецианское происхождение, а не туристическое. И только в конце 1970-х годов власти Венеции, чуткие к потенциальной возможности заработать, решили возродить карнавальные празднества, теперь, естественно, несопоставимо более краткие и китчевые по изобразительному языку. Тогда же был придуман новый стандарт карнавальной маски – белый овал лица с яркими губами, распространившийся так широко, что даже наградной знак российской «Золотой маски» был сделан по этому образцу.
Венеция – город очень маленький, и ему некуда расти – вода ограничивает его территорию естественным образом. Сегодня он физически не может вместить в себя столько народу, сколько съезжается сюда каждый февраль. И атмосфера современного карнавала – нечто трудноуловимое, как туман над лагуной: никаких историй в духе «плаща и кинжала», только ряженые в пластиковые маски туристы. Перепившие пива бритты – как перепившие бритты. Это не зазорно, на то и карнавал, чтобы народно-праздничная жизнь, бурля и пенясь, переливалась за границы обыденного. Но чаще всего карнавал – это специально поставленные представления в специально отведенных для этого местах: фотосессии или платные вечера с балами и ужином.
На кампо Санто Стефано разбит палаточный лагерь, где венецианские мастерские предлагают заезжим гостям наряд на скорую руку: плащ, треуголку и маску.
Кажется, что карнавал слишком ярок для Венеции: перья, бархат и муар выглядят вызывающе на фоне выцветших венецианских стен и тусклой февральской воды лагуны. Полиции тоже стало больше.
И для современных зрителей выдерживать напряжение карнавала тяжело. Но для Масок карнавал – что-то вроде неизлечимой склонности. Есть множество людей, приезжающих в Венецию каждый год, много лет подряд, и пропустить карнавал для них – настоящая драма. Они так любят Венецию и себя в ее роскошных декорациях, что готовы приезжать сюда, не считаясь ни с тратами, ни со временем, убитым на подготовку костюмов.
Участники карнавала – это плотно сбитое сообщество, внутри которого есть непересекающиеся группировки, часто враждебные друг другу. Сами себя они разделяют на Вольных Масок и Исторические Костюмы.
Вольные Венецианские Маски – это в массе своей бескорыстные энтузиасты, тиффози Венецианского карнавала со всего мира. Много Масок приезжает из Франции, Германии, много скандинавов, мало итальянцев и уж совсем мало собственно венецианцев. Быть Маской нелегко – она меняет характер человека, «прирастает к лицу». Время карнавала – законный способ перестать быть собой, перевоплотиться. «Прививкой от уныния» называл его писатель Петр Вайль:
 
В карнавальные дни торопливо вмещался противовес грядущей аскезе. Карнавал выступал не рядовым праздником, а целой жизнью, проживаемой в сжатые сроки,– параллельной жизнью, в которой все наоборот. Дело не в протесте, а в альтернативе: проба иного варианта бытия с заменой плюса на минус, верха на низ, добра на зло. Шуты становятся королями, дураки – мудрецами: посмотрим, как получится. Можно сказать, что и в обычной жизни такое – сплошь и рядом.
 
Сегодня быть Маской – это часть игры в перевоплощение. Костюм Маски должен быть сконструирован так, чтобы не было видно ни кусочка тела: на голове капюшон, плотно прилегающий к маске, на руках перчатки. По негласному уставу разговаривать Маска не имеет права, всё, что она хочет выразить, нужно суметь «сказать» жестами и костюмом.