Этот огонь - мой (СИ)

Она ушла в раздевалку, надела тёплые брюки, быстро накинула шаль и пуховик, сменила туфли на валенки.
— Застегни куртку, Егор! Шапка где? Всё, пойдём.
Он поднялся. И точно метр девяносто, не меньше. Вера со своими вполне средними метром шестьюдесятью почувствовала себя пигмеем. И плечи у него достаточно широкие.
Шёл очень нетвёрдо.
— Обопрись на мои плечи, — сказала Вера. Он послушался. Они вышли в резкий холод и метель.
  
— Когда у тебя самолёт?
— Чёрт его знает, не купил ещё билет.
— А где живёшь?
Он назвал город. Вера не слышала о таком.
— Это Урал, Пермский край. А ты? Девочка с Севера?
— Ага.
— Девочка с Севера, девочка ниоткуда, — пропел Егор.
— Вот-вот, — пробормотала Вера, таща его, как медсестра раненого бойца.
— А мне больше другая песня подходит, — усмехнулся он. И прочитал, как стихи: — И больше незачем звонить, закрыты двери. Ты встречаешь Новый год в своей постели…
— У тебя будет всё хорошо, Егор! Ты вон какой видный парень.
— Спасибо, — он посильнее сжал ладонью её плечо.
Наконец они подошли к гостинице. К счастью, Егор жил на втором этаже. Они поднялись в лифте.
— Всё, — сказала Вера, когда они остановились у его двери. — Ложись сразу спать.
— Спасибо, Вера! Глаза у тебя добрые… И цвет глаз красивый. У моей бабушки такая фиалка была: и не серые, и не голубые. И то, и то.
Он открыл двери, включил свет в номере.
— Запирайся, Егор! — она подождала, пока он закроется в номере. Быстро зашагала по коридору, а потом побежала бегом по морозу и метели. Её общага была неподалёку.
  
Глава вторая
 
На следующий день у Веры был выходной. Через день она вновь работала.
Ближе к вечеру в кафе появился Егор, сел за столик в её секторе. Вера была уверена, что он улетел еще вчера. В любом случае, вряд ли он помнит что-либо.
Она подошла с блокнотом к его столу, поздоровалась.
— Привет, Вера! — улыбнулся он. И видя её удивлённый взгляд, продолжил: — Представь себе, я всё помню.
Он заказал салат, горячее и чай.
Когда Вера принесла салфетку и приборы, Егор вновь обратился к ней.
— Раскладывай всё помедленнее, поговорить нужно. Я вчера вечером приходил, когда отлежался. Тебя тут не было, только сердитый бармен, твой поклонник. Сегодня другой. Я поблагодарить тебя хотел. Спасибо тебе огромное, что не бросила меня пропадать, Вера! Ты человечище! Я не мальчик-одуванчик, конечно, но не привык так бухать. Спасибо!
— На здоровье, — Вера отошла. Её ждали за другими столами.
— Думала, ты улетел, — сказала она, когда принесла салат и хлеб.
— А куда мне спешить? — усмехнулся он. — Из-за тебя остался. Когда у тебя выходной?
— Завтра.
— Давай погуляем? В кино сходим, в кафе, только в другое, чтобы не на твою работу. Город мне покажешь.
Вера вновь отошла. Когда вернулась с горячим и чаем, Егор поднял на неё глаза.
— Что решила, Вера?
— Ну давай. Встретимся в два у твоей гостиницы. Мне проще прийти, чем тебе объяснять, где моя общага.
— Хорошо! Я буду ждать, Вера! — улыбнулся он.
Они сидели в кафе, — в другом, чтобы не на работе у Веры, — и разговаривали уже больше часа.
Егор рассказывал о том, как поступил учиться, потом ушёл в армию. Потом вернулся, и окончил учёбу заочно. Оказалось, он программист, и учился на электротехе. Работал на заводе токарем. Бывшая невеста у него парикмахер, работает в лучшем салоне их городка. Вера поняла, откуда высветленные пряди и серьга в ухе. Это мало вязалось со службой в десанте в понимании Веры, но ей нравилось, вот хоть что ты делай. И пряди, и серьга. Немного богемный вид не портил образ Егора и не нарушал его мужественность ни в коем случае.
— Мама моя нормировщик, а отец токарь, я у него и учился. Есть ещё сеструха, ей десять лет. Ну а мне в конце февраля будет двадцать пять. А ты? Расскажи о себе?
— Мне пока девятнадцать, но в начале января будет двадцать. Родилась и до окончания девятого класса жила в Пыть-Яхе, потом приехала сюда, окончила колледж. Училась на бухгалтера. Только вышки пока нет. Не хочу по этой профессии развиваться. Мечтаю быть дизайнером. Ну а пока работаю там, где платят.
— Тяжёлая работа у тебя, Вера! И неблагодарная. А семья?
— Мама в Пыть-Яхе. У неё своя жизнь. У меня есть два брата-близнеца, им почти четыре, но я не видела их ещё. С отчимом не сложились отношения.
— Приставал? — прищурился Егор.
Вера сделала неопределенный жест плечами и бровями. Пусть домысливает сам.
Он очень нравился ей. Она привыкла к грубым мужественным вахтовикам с обветренными лицами, в толстых свитерах, суровым, часто изрядно выпивающим, но по выходным. Иначе быстро с работы слетишь. Этот был другой. Вроде, в толстом свитере, и мужественный, и с низким голосом. Таких красивых синих глаз она не видела раньше. Брови чёрные, прямые, ресницы недлинные, но ярко-чёрные. Прямой, достаточно крупный нос, но красивой формы. Раздвоенный подбородок. Кого там нашла его невеста? Человек на заработки уехал, да ещё красивый такой. Кто там у неё новый жених? Принц благородных кровей?
— А этот бармен, который тогда хотел тебя до общаги подбросить…жених твой?
— Денис? Нет, работаем вместе просто.
— Ну-ну, — усмехнулся Егор. Не хочет говорить, ну и ладно. Интересная она, хотя простая, вроде. Среднего роста, немного пухленькая. Есть, за что подержаться, скажем так. Волосы до плеч, прямые, гладкие, пепельного цвета; чёлка. Кожа смуглая, ровная, чистая, никакой косметики. Глаза серо-голубые; брови и ресницы очень тёмные. Небольшой прямой нос. Губы… Губы — отдельная история. Красивые, яркие, пухлые, хотя рот небольшой. И родинка над верхней губой. Вот эти губы и родинка не давали ему покоя.
— Ну что, немного погуляем, и в кино?
— Да, давай. Что там? "Ирония судьбы. Продолжение"?
— Да. Все просто помешались на этом фильме. Вот и мы посмотрим, — улыбнулся он.
Они немного погуляли по улицам, вдоль реки. Быстро замёрзли и пошли в кино, греться.
Народу на сеансе было немного — будний день.
— В зале полтора Ивана. Пойдём на последний ряд, — Егор взял Веру за локоть и повёл.
Вере фильм нравился, но ей всё время было жаль героя Сергея Безрукова. Ей казалось, героиня его недооценивает.
Засмотревшись, она не сразу заметила, как Егор положил руку на спинку её кресла и придвинулся ближе. Зря что ли он затащил её на последний ряд?
Потом до Веры внезапно дошло. Она удивлённо смотрела, как Егор наклоняется к ней.
Вера никогда ещё не ходила в кино вдвоём с представителем мужского пола. Только в компании. Она четыре года прожила в общаге, оставшись нетронутой. Вера была твёрдо убеждена, что пока ты сама не захочешь, тебя можно взять только силой. Слава богу, охотников брать её силой не нашлось: всегда находились девушки более доступные, более интересные, более красивые, более опытные…
Егор легко коснулся губами её губ, и у Веры перехватило дыхание.
— Вера, ты что, нецелованная? — удивлённо спросил он.
Она молча смотрела на него. Глаза блестели в темноте.
— Ясно, — улыбнулся приятно удивлённый Егор. — Значит, будем учиться. Только глаза закрой.
Он мягко провёл ладонью по волосам Веры, уху, шее, притянул её лицо к своему…
Через полчаса Вера сидела у него на коленях, они всё целовались и целовались. Мастер — класс прошёл с большим успехом, Вера уже целовалась очень сладко, запускала ладони в его шевелюру, стискивала плечи. Егор понял, что по своей воле он сегодня не остановится ни за что. Лишь бы она согласилась… Только бы она согласилась!
…Кино она так и не досмотрела. Слышала лишь песню про метель, и эта песня, в свете последних событий, врезалась в память Веры навечно.
  
Вера забыла все клятвы, которые давала сама себе. Она зареклась связываться с вахтовиками, но нарушила все свои принципы, едва Егор горячо зашептал:
— Поедем ко мне в гостиницу, Вера. Пожалуйста!