Олень (СИ)

На троне восседал Король Роберт из династии Баратеонов, первый своего имени, Король Андалов, Ройнаров и Первых людей, Лорд Семи Королевств, Защитник государства. Огромный, словно специально созданный для этого места, и широкоплечий. Растрепанная чёрная борода и шевелюра, поверх которой королевская корона в виде переплетения оленьих рогов из золота с драгоценными камнями, здоровенное пузо и оплывшее лицо. Ну здравствуй, братик.
  
— Мой король, — я опустился на одно колено, — ты звал, и я пришёл.
Рядом с троном, на высоких, оббитых тканью креслах, восседали королева и десница. По левую руку от Роберта сидел Джон Аррен, по правую же — Серсея Ланнистер. Что можно сказать о Серсее? Ну, она просто секс-бомба. Золотые длинные волосы, зелёные мерцающие глаза, белая кожа, стройная и грациозная, а прекрасное ало-золотое платье не в силах сдержать её бюст. А, ну да, ещё презрительно-насмешливый взгляд. Интересно, на всех или только на меня? Эх брат, я в тебе разочарован… такая жена, а ты по шлюхам шастаешь?! Вокруг трона выстроилась королевская гвардия в полном составе, а именно семь рыцарей, во главе которых знаменитый Барристан Селми, он же Барристан Отважный. Среди гвардейцев был и Джейме Ланнистер, державший рожу благородным кирпичом.
— Встань, мальчишка, — Роберт с живым интересом меня рассматривал. — Я, Король Роберт Баратеон, предлагаю тебе, Верховному лорду Штормовых земель Ренли Баратеону, пост мастера над законом в Малом Совете.
— Я принимаю это предложение, Ваше Величество.
— ХА-ХА-ХА!
Роберт густо и искренне засмеялся, пока некоторые в зале ловили удивление и смотрели на происходящее через призму своих интересов, интриг и «приличий». Роберт не обратил на них никакого внимания, как мне показалось.
— Ну хоть кто-то не строил из себя недотрогу, а сразу согласился! На закате, да будет пир, отпразднуем это!
 Глава 7 
— Милорд… — Тихий, сладкий шепот накрыл мое правое ухо, прерываемый нежным покусыванием оного… «бедное» моё ушко. — Милорд… — на этот раз голос был более настойчив, — там к Вам кто-то прибыл.
Вынужденный кое-как разлепить глаза, наконец оглянулся. И что тут сказать? Представший взору вид мне был более, чем по душе. Изысканно обставленная комната с мягкими диванчиками и низкими столиками, плотно уставленными всевозможными яствами и винами. Огромное овальное ложе с множеством маленьких подушечек и шёлковым одеялом, мной и тремя девушками с низкой социальной ответственностью.
Так уж получилось, что празднование в честь назначения меня любимого на новую должность слегка затянулось. Примерно на неделю. С небольшими перерывами, конечно, ведь я всё-таки не железный, иногда и отдыхать надо бы. Завершающим аккордом этой мега-гулянки стало очередное посещение борделя. Признаться, понятия не имею о том, какого точно, и как именно здесь оказался.
Будила меня очаровательная пташка со светлыми волосами, голубыми глазками и губками, которые можно было бы охарактеризовать только как «сладкие». Мммммм…
Соблазн оказался слишком велик и все дела грядущего дня, а также неизвестный пока ещё посетитель были отложены на потом, в пользу жаркого, с лёгкой ноткой перегара поцелуя. Последний был вскоре прерван шумом за дверью, окончательно разбудившим двух оставшихся птичек, которые моментально стали наигранно капризничать, что я с их «соратницей», продолжили без них. Но как бы мне ни хотелось и не моглось, а шум и ругань за дверью стали раздражать.
— Ладно, девочки, на сегодня пока что достаточно! Продолжим в другой раз, — потянувшись, нашарил в ворохе своей одежды кошель, который, к чести этого заведения, оставался нетронутым кем-то кроме меня, — это лично вам, отдыхайте.
Воодушевленные девушки отблагодарили меня, прильнув да осыпав быстрыми поцелуйчиками, подхватили свои скромные (а если точнее, то совсем не скромные) одежки и со звонкими смешками выбежали прочь из комнаты.
Покряхтывая, встал с кровати, которая из-за навязанного пробуждения казалась самым мягким и прекрасным местом на земле, надел штаны и набросил цветастый халат.
— Ну, кто там меня хочет?!
В комнату, несколько помедлив, зашли двое. Уже ставший мне правой рукой, а может уже и другом, Роджерс с постной, как и всегда, миной, облаченный в доспехи, и молодой мужчина с возмущённо задранным подбородком. Последний щеголял в богато расшитом бело-голубом камзоле с гербом Арренов.
Бенедикт взялся за мою охрану спокойно и расчётливо, при мне постоянно находилось до десяти человек, регулярно сменявших друг друга. Бедняжки, тяжело им, наверное, охранять лорда в борделе… премию, что ли, выписать? Ну и сам Бенедикт держится постоянно рядом, да и ещё в латах. Как их вообще можно носить на постоянной основе — ума не приложу.
— Милорд, — первым заговорил человек Аррена, опередив Бенедикта, — лорд-десница желает видеть Вас.
— Странно даже, что из всех людей в этом борделе лорд Аррен желает видеть только меня.
Не обращая внимания на закипающего (о, это может быть весело), дерзкого юношу, наливаю два бокала дорнийского. Сладкое и лёгкое вино, отличающееся насыщенным сливовым ароматом. Молча протягиваю бокал Бенедикту, который, коротко кивнув, безропотно его принял.
— Сир… как Вас там?
— Просто Хью, милорд. Я оруженосец лорда-десницы. — Мда, привык паренёк, к статусу адъютанта «премьер-министра»… всеобщая любовь и уважение.
— Так вот, Просто Хью, передай лорду-деснице, что я буду через, допустим, три часа.
— Это решительно невозможно, милорд, — выдал после короткой паузы парень, возмущенно задёргав головушкой и нервно растопырив пару раз пальцы на руках, — лорд Аррен дал мне чёткое указание, доставить Вас как можно скорее.
Подобная предъява расшевелила даже Роджерса, о чем свидетельствовала приподнятая в возмущении левая бровь.
— Ну, — картинно развожу руками, — если сам лорд-десница приказывает, то кто я такой, чтобы противиться его воле? Отправляемся сейчас же!
— Милорд… в таком виде?
— Нет, конечно, куда я без сапог?
***
Шок и трепет. Именно это читалось на лице Джона Аррена при моем появлении, шок — точно, трепет… может быть. Благо климат и фигура позволяет разгуливать в шелковом прозрачном халате. Ух, сколько будет слухов и сплетен, будет интересно послушать.
Апартаменты у Джона чудесные. Глаз радовали просторный большой зал с рабочим столом, широкие окна с видом на залив, балкон. Зал обставлен со вкусом, красивая мебель, дорогие ковры, всевозможные бумаги и записи аккуратно сложены на длинном рабочем столе, не создавая тени беспорядка даже там, где это было бы простительно.
— Милорд, — слегка наклонился, приветствуя старика, — вторжение? Эпидемия? Драконы?
— Здравствуй, Ренли. — в голосе десницы была плохо скрываемая растерянность, — прости… что?
Без спешки подхожу к столу, за которым сидел Джон, и на котором уже ждали своего часа стеклянный графин с вином и лёгкой закуской. Не спрашивая разрешения, устраиваюсь поудобнее прямо напротив так желавшего нашей встречи старикана и наполняю наши кубки. Хью так и остался у двери.
— Ну, я как как-то не могу придумать других причин вламываться ко мне, в то время, когда я наслаждался беседой о высоком с тремя прекрасными нимфами. Вламываться и тащить меня сюда.
Аррен медленно, словно линкор, ворочающий башнями главного калибра, повернул голову в сторону своего оруженосца.
— Свободен.
Столько льда нагнать в одно слово — редкий дар и ценный навык. Ух, это действительно уметь ещё надо. Хью выскочил словно ошпаренный, но всё же смог вовремя опомниться и аккуратно прикрыл двери.
— Прости его, — уже обращаясь ко мне, — юн и глуп…
— В следующий раз присылай старого и умного, — сделав хороший такой глоток вина, продолжил. — Юность и глупость, эта сладкая парочка, всегда идут рука об руку.
— Мда, — старик принял свой кубок с вином, сделав легкий глоток, — чего не скажешь о тебе. И да, слухов о тебе уже в ближайшее время точно станет в два раза больше.