Олень (СИ)

Вместе с тем, держать своеобразную блокаду хоть и целесообразно, но не выгодно и в некоторой степени вредно уже для будущей торговли. Такими методами очень легко помочь опасным для тебя людям заработать капитал, который после пойдёт тараном уже против тебя. Нейтральные страны всегда зарабатывают больше, чем стороны конфликта. А мне не просто хочется, а жизненно необходимо заработать как можно больше.
  
Тем временем под неспешную беседу настало время гвоздя сегодняшнего кулинарного шоу. Убрав всё лишнее со стола, перед нами поставили большое блюдо с ароматным пловом из баранины... по крайней мере, данное блюдо из риса было на него настолько похоже, насколько вообще возможно. Но мы ушли чуть дальше в плане «оформления» – сверху на плов были выложены большие куски всё той же баранины, которую жарили над открытым огнем распятую на вертеле, постоянно поливая соком лимона и апельсина, дабы образовалась поистине восхитительная карамельная корочка.
Явно находясь под впечатлением, Салладор потянулся к плову, проигнорировав столовые приборы (инстинктивно шарит, чёрт возьми), зачерпнул жменьку и мигом отправил в рот. Как я и надеялся, не заставил себя ждать восторг.
- Чудо. Чудо как вкусно, Ваша светлость! – Проговорил Саан, уже делая кусь запеченного барашка. – М-м-м, Ваш повар отмечен Богами! Я немедленно хочу увидеть этого человека и вознаградить. Такой талант нужно одаривать по-королевски!
- По-королевски? Интересно! – Я одарил собеседника в равной степени лисьей и довольной улыбкой. – Этот человек перед Вами, друг мой.
Довольная улыбка прочно закрепилась на моём лице. Всегда приятно, когда хвалят, да ещё так искренне твои кулинарные таланты. Приготовить вкусный плов это Вам не Высоцкого перепеть.
- Но не льстите мне так. Это просто плов, что пришёл к нам из дальнего востока, ничего необычного – лишь хорошее исполнение.
- Вздор! – Начал по-доброму, но всё же с запалом и ожесточенно спорить Салладор, не переставая потреблять пищу. – Ничего необычного? Ха! Большинство людей на этом свете и кусок мяса не в состоянии прилично пожарить, не то что... как Вы сказали? Плов?
- Верно.
- Превосходно! – Салладор, ничуть не заморачиваясь, вытер руки о свой халат и громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание своих слуг. – Что ж, теперь моя очередь удивлять.
К тапчану приблизились девушки, несущие в своих руках кувшины с вином. И, пожалуй, о них стоит сказать отдельно. За то время, что мы беседовали, дамы успели преобразиться, окончательно избавившись от походных элементов одежды и демонстрируя сейчас всё своё великолепие. Высокие и поджарые, с различными оттенками кожи и цвета волос – от нежно-бледнокожей рыженькой до жгучей шоколадки. Одеты они были в прозрачные шелка, а их движения выдавали опытных и отменно тренированных танцовщиц. Девушки, забравшись на топчан, ловко устроились у нас под боком, став мигом разливать вино, не забывая стрелять глазками, призывно улыбаться и хихикать.
Давос от подобного поплыл, покрывшись красными пятнами и переводя смущённый взгляд из стороны в сторону. Я же… ну а что я? Не переходя довольно размытых, но всё-таки существующих рамок, я улыбался и подмигивал в ответ, но руки слишком не распускал, отдавая должное чужой красоте и стараниям, но не теряя лицо. Салладор же по-хозяйски притянул к себе самую тёмную красу, разместив свою левую руку на её бедре.
- Старый ты Бес... – послышался громкий шёпот от Давоса, на который Саан только рассмеялся.
- Это прекрасное вино сделано из белого винограда, растущего на холмах в верховье матери Ройны. – Салладор показательно сделал глоток, после которого блаженно откинулся на подушки. – Вино, созданное как раз для таких блюд и жарких вечеров, как и девушки.
Послушав гостя, который легко нагнал в свой голос столько приправленного востоком артистизма, я почти что ожидал, что он всё это вывернет в какой-то тост. Но его не последовало, и я сам потянулся к кубку, сделав долгожданный глоток. На вкус… классический сухой рислинг с ярким виноградным ароматом. Вкусно и к месту. Действительно, это именно то, что надо под жирную пищу.
- Вино превосходно, достопочтенный Саан. – Не стал скупиться на похвалу. – А перепробовал я его совсем немало…
- Разумеется, – Важно покивал лисениец, – и очень редкое. Возделывать виноградники на Ройне – дело рискованное. Дотракийцы в степях, горцы в горах, пираты на реках. Каждый встречный стремится либо убить, либо пленить и затем продать в рабство.
- Грубый век, – отчего-то меня начало пробивать на ностальгию, – грубые нравы, романтизма нет. Не дают человеку спокойно жить.
- Вы смотрите в саму суть, лорд Баратеон. – Грустно покачал головой собеседник.
«Суть, господин Саан, в песок» – так и хотелось ляпнуть на, как выяснилось, ещё не позабытом языке, но погружение в пучину ностальгии и мыслей предотвратило на какое-то время любые реплики. Так момент и застыл. Давос немного расслабился, оказавшись в компании прильнувшей к нему сбоку прелестницы, которая и не игралась с ним (не требовала, таким образом, какой-то активности от сдержанного и чувствующего в первую очередь важность этих переговоров рыцаря), и позволяла не быть унылой белой вороной в подобных компании и обстоятельств… умная девочка. Что до нас с Сааном – мы оба оказались ненадолго где-то в другом месте, словно тяжесть путешествия, пищи и вина на время придавили наши тела и позволили духу ненадолго уйти в короткое плаванье.
Момент этот, конечно же, продлился недолго. Почти одновременно мы с Саладором вернулись в реальность и посмотрели друг на друга. Никакого неудобства эта сцена нам не доставила. Меня это умиротворение подкупило, а Саладора, кажется, ещё и начало чем-то веселить.
- Бва-ха-ха-ха-ха! – Обрызгав вином девушку, засмеялся этот почтенный пират. – Видят Боги, лорд Баратеон! Вы мне нравитесь!
В следующий момент он уже смотрел на рыжеволосую девушку, что подливала мне вино.
- Как я погляжу, Мириам тоже. - И правда, девушка показательно ластилась, уже выпрашивая ответную ласку и внимание. – Одна из моих лучших рабынь! С малых лет обучалась искусству семи вздохов и шестнадцати поз удовольствия. Она знаменита во всем Лисе, и предлагаю я её только самым уважаемым мною друзьям. Салладор Саан оставляет вам её на одну ночь, как проявление моего наивысшего уважения.
- Ваша щедрость не знает границ, – вежливо улыбаясь, я всё же снимаю руку девушки со своего паха, – но вам хорошо известно, господин Саан, что я помолвлен. В большинстве случаев это не является препятствием, но моя будущая жена может не разделить подобного отношения. Особенно, учитывая, как ловко она метает топоры.
- А Вы знаете толк в женщинах, лорд Баратеон. – Дав девушке, продолжавшей сидеть у него на коленях, вылизать свою руку от плова, Саан по-щегольски оправил ус. – Я сразу это увидел. И моё сердце обливается кровью от чувства предательства своего друга...
Давос от такого поперхнулся пловом и возмущённо посмотрел на Саана.
- ... который ни одним словом не предупредил меня, что Вы были в поисках невесты. Мы бы выбрали вам лучшую жену из моих дочерей. Самую красивую, самую умелую и самую богатую.
На последнем слове Салладор рассмеялся, поддерживаемый хихиканьем своих рабынь и моей улыбкой. Улыбкой человека, оценившего «шутку», которая шуткой-то как раз и не была.
- Вы бы отдали приданым свой флот, господин Саан? – Задал вопрос как ни в чём не бывало, но только в глазах гостя всё равно промелькнула настороженность. Мало кто любит, когда их ловят на слове.
- Сааны известны своей щедростью. Поверьте мне, Вы нисколько бы не жалели о приданом, забыв что такое нужда. Мы, лисенийцы, не скупые западные лорды и умеем быть благодарными и верными. Эх-х... – Допив вино в кубке и оправив бороду, Салладор продолжил возмущённым тонном. – Вот мой добрый друг и партнёр, который взял в жены эту вашу из высокой башни. Он привёл её в свой дом, дал свой кров, поднял из нищеты, а её отец, лорд Старого города, никоим образом не отблагодарил моего друга.