Она принадлежит мне (СИ)

Бинго. Кажется я поняла.
— Может вернемся в постель? Простынешь ведь. — аккуратно спросил меня мужской голос.
Я молча повиновалась.
— Когда ты меня нашёл, возле меня были какие-то мои вещи?
— Нет, но если честно, я не смотрел особо. В следующий раз когда выйду в лес, осмотрю участок.
Мне осталось лишь улыбнуться в благодарность.
Окно всё ещё было открыто. Мне нравились звуки природы и то, какими успокаивающими они были. Достаточно было сделать один долгий вздох и твою голову кружило от такого количества свежего воздуха.
Айзек ушел переодеваться, и я вновь осталась одна. Он пугал меня и поэтому расслабиться рядом с ним мне было сложно. А с другой стороны, я никогда не была одна. В детдоме рядом всегда были другие дети, всегда было с кем поговорить или поиграть. Но теперь, в этом необузданном месте с незнакомцем, который спас мне жизнь, я была предоставлена своим собственным мыслям.
Я постоянно думала, как я оказалась в такой ситуации. Как я могла заблудиться в лесу? Кто-то оставил меня там? Неужели я сбежала? Воспоминания были расплывчатыми, и у меня начинала болеть голова, когда я пыталась копать глубже.
Я посмотрела на Айзека, который вернулся и сел напротив меня возле камина и что-то усердно писал на компьютере. Это было его утренним ритуалом.
Мне оставалось лишь наблюдать за ним. Его сильные и мужественные черты были подчеркнуты мерцающим пламенем, и на мгновение я потерялась в неком трансе, осматривая его.
То, как он двигается, то, как он говорит, — все это так завораживает. Его присутствие одновременно было как волнующее, так и приятное. Каждый раз, когда он рядом со мной, я чувствую, как колотится моё сердце и потеют ладони, несмотря на это то, что я не чувствовала прямой угрозы от него.
Я никогда раньше не встречала такого человека, как он, того, кто излучает такой уверенностью и силой. И всё же в нем есть некая нежность, которая так подкупает. Он терпелив со мной, и пытаются сделать всё для меня, что только можно.
Это странное чувство: испытывать такое влечение к кому-то, кто до сих пор остается для меня полной загадкой. Но я не могу отрицать того, как мое тело реагирует на него.
Каково это — быть рядом с ним, чувствовать его сильные руки, раствориться в интенсивности его взгляда.
Опасная мысль.
Но иногда я ничего не могу поделать со своими чувствами.
Айзек слишком добрый и понимающий, и это заставляет меня усомниться в его намерениях. Как будто он ждет, что я совершу ошибку или оступлюсь, и тогда он набросится на меня.
Может быть, у меня просто паранойя, но я ничего не могу с этим поделать. Я знала, что должна быть настороже, что я не могла ослабить бдительность рядом с ним. Потому что в этом странном и незнакомом месте могло случиться все, что угодно.
Но, с другой стороны, могу ли я вообще доверять себе?
Погрузившись в свои мысли, я вдруг почувствовала на себе его взгляд. Я подняла глаза, и наши глаза встретились. Я быстро отвернулась, почувствовав прилив нервозности.
— Все в порядке? — спросил он мягким и нежным голосом.
Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Он продолжал смотреть на меня ещё несколько секунд, затем снова повернулся к своему компьютеру.
Я глубоко выдохнула и попыталась успокоиться. Может быть, я просто слишком много думаю. Он был исключительно добр ко мне с тех пор, как я тут, и не было никаких причин подозревать его в чем-либо.
Но все же в нем было что-то такое, что заставляло меня чувствовать себя неловко. Может быть, дело было в том, что он, казалось, знал обо мне все, хотя мы только что познакомились. Или, может быть, это был способ, которым он мог заставить меня чувствовать себя такой комфортней.
И в то же время такой уязвимой.
Айзек встал со своего места и подошел ко мне. Я почувствовала прилив паники, задаваясь вопросом, почувствовал ли он мой дискомфорт и собирается ли противостоять мне по этому поводу. Но вместо этого он просто взял с полки книгу и протянул её мне.
— Я подумал, что тебе это может понравиться, — сказал он, тепло улыбаясь.
 
Я взяла у него книгу, мои руки слегка дрожали.
— Спасибо тебе, — прошептала я.
Он кивнул и вернулся на свое место, снова оставив меня наедине с моими мыслями. Я открыла книгу, но мой разум был слишком отвлечен, чтобы сосредоточиться на словах. Я не мог избавиться от ощущения, что что-то было не так, но я не знала, что с этим делать.
Возможно это просто моя травма и лекарства.
Через некоторое время он закончил своё занятие и сел рядом со мной.
— Что что-то вспомнила? — спросил Айзек.
— Ничего, что помогло бы мне понять, что со мной случилось.
Он понимающе кивнул и посмотрел в сторону о чём-то размышляя. Я попыталась прочитать его выражение лица, но это было бесполезно.
— Ты сказала, что жила в детдоме. Как давно ты там находилась?
Я почувствовала комок в горле, когда он задал мне этот вопрос. Я знала, что должна ответить честно, но насколько я могу доверять незнакомцу.
— Достаточно долго, — ответила я, пожав плечами, стараясь говорить небрежным тоном.
Выражение лица Айзека оставалось нейтральным, но я чувствовала, как его глаза ищут в моих большего. Я отвела взгляд, внезапно почувствовав себя незащищенной под его пристальным взглядом.
Я попытался взять себя в руки и спросил небрежным тоном:
— Когда я это сказала?
Он на мгновение заколебался, прежде чем ответить:
— Э-э, я думаю, это было позапрошлой ночью. Ты разговаривала во сне.
По моей спине пробежала дрожь. У меня не было никаких воспоминаний об этом.
Что ещё я могла сказать неосознанно?
— Должно быть, это было тяжело, — сказал он, прерывая молчание. — Жить в детском доме.
Я кивнула, благодарная за смену темы. Я не хотела больше копаться в своем прошлом. Это была темная и болезненная глава моей жизни, которую я хотела бы держать под замком.
Айзек, казалось, понял мое нежелание говорить об этом и не стал настаивать на этом. Вместо этого мы погрузились в уютную тишину, единственным звуком в комнате было тихое потрескивание камина и постукивание пальцев Айзека по клавиатуре.
Что же он пишет?
Его пальцы двигались со скоростью и точностью, свидетельствующими о том, что он делал это часто и много.
— Над чем ты там работаешь? — спросила я, кивнув в сторону его компьютера.
— Ничего такого. Мне надо вернуться в лес, докончить начатое. Тебе что-то нужно?
— Помоги мне пойти на кухню, я сделаю салат пока ты вернёшься.
***
Айзек ушел работать в лес, оставив меня наедине со своими мыслями.
Он вошел и в дом сразу ворвался запах древесного дыма и зелени. Он выглядел измученным, но его глаза загорелись, как только он увидел меня.
— Ты уже вернулся? Как прошел твой день? — спросила я.
— Хорошо. Многое успел сделать, — ответил он, потирая руки.
Когда мы сели ужинать, атмосфера стояла неловкая. Это было так, как будто я была на свидании с незнакомцем. Айзек, казалось, слишком старался завязать разговор, но между нами чувствовалось скрытое напряжение. Я решила спросить как давно он живет в лесу и почему.
Айзек поднял взгляд от своей тарелки.
— Уже несколько лет, — говорит он. — Что касается причины, ну, это потому, что я нахожу здесь покой. В городе слишком шумно, слишком многолюдно. Там трудно услышать свои собственные мысли.
Я киваю, внимательно слушая.
— Где-то я могу это понять, — говорю я. — Город порой может быть изматывающим. Хотя будучи в контакте со столькими людьми и такое долгое время — привыкаешь. Порой даже скучаешь.
Айзек улыбнулся. Казалось, что он хотел сказать что-то, но в последний момент передумал и просто согласился:
— Я рад, что ты понимаешь,
Несколько мгновений мы продолжаем есть в тишине, прежде чем я заговорила снова.
— А что ты делаешь здесь, то есть в лесу, весь день?
Айзек пожал плечами:
— Я колю дрова, добываю еду на охоте и иногда работаю дистанционно, — говорит он. — Это простая жизнь, но она мне подходит.