Калгари 88. Том 9 (СИ)
— Никуда и никогда я не уеду, — уверенно ответила Арина. — При такой поддержке от вас, дорогие друзья, разве могу я куда-то от вас уехать? Я буду жить и кататься здесь, представлять наш родной город.
После слов Арины раздались самые громкие аплодисменты за весь день, а может, и за всю историю театра. Жителям города, пришедшим на встречу с Ариной, было очень приятно услышать, что чемпионка останется с ними. Ведь теперь и город может получить мировую известность!
После нескольких секунд аплодирования абсолютно все встали. Аплодисменты переросли в бешеные овации. На такой позитивной ноте встреча с болельщиками была завершена. После торжественной части выступили ещё несколько самодеятельных коллективов, которые были встречены очень тепло, а в конце Арина и Марина устроили, как это сейчас называется в наше время, автограф-сессию и приняли подарки от благодарных болельщиков. Через пару часов все разошлись довольные друг другом. Дарью Леонидовну так никто и не спросил, каким образом она воспитала такую замечательную дочь…
Глава 24
Понедельник — день тяжелый. Классика
Когда после встречи с болельщиками служебная машина Уралвагонзавода довезла Дарью Леонидовну с Ариной до дома, вместе с ними ехали два мешка с подарками, подаренными в драмтеатре. Водитель помог дотащить их до квартиры и уехал.
— Куда это всё девать будем? — вздохнув, спросила мама.
Вздыхать было от чего. Квартира стала похожа на склад магазина. Игрушки, подаренные на первенстве области, удалось разместить в комнате Арины. А вот с другими подарками вопрос обстоял сложнее. Мешки стояли всюду. Два мешка, которые привёз дядя Саша Федотов с первенства СССР, и два мешка, которые привезли из Югославии. И добавилось ещё два мешка от местных болельщиков. И это была не маленькая тара размером с пакет, а громадные матерчатые мешки для перевозки почты и багажа, в которые входил с головой взрослый человек!
— Кто привёз это? — с интересом спросила Люда, показывая на два огромных черных мешка с большими красивыми надписями на русском «Хмельницкой Людмиле от народа Югославии» и большим флагом СФРЮ. Слово «Югославии» было написано как «ЮгослаVии», и что это значило, непонятно. Возможно, латинская буква вставлена как символ победы, «виктории»?
— Привезла служебная машина Уралвагонзавода, — пожала плечами мама. — Но сначала Владимир Степанович связался со мной, и сказал, что нужно встретить кое-что, вечером приедет машина. Как это всё привезли из-за границы, ума не приложу. Впрочем, это не моё дело. Когда всё это разбирать?
— Завтра воскресенье, — напомнила Арина. — Приведём всё в порядок и разберёмся. С понедельника у меня начнётся новая эра.
— Даже так… И как она будет выглядеть? — рассмеялась Дарья Леонидовна.
— Сначала надо будет сходить в школу и подтянуть учёбу, — задумчиво ответила Арина. — Потом поеду в ДЮСШОР. Будем ставить программы на новый сезон. Я уже выбрала музыку. Короткая программа будет в стиле сальсы с намёком на карнавал в Рио, а произвольная программа — на музыку из балета «Клеопатра».
— Ух ты, — удивилась мама. — Интересный выбор. Прямо хочется посмотреть, что получится. Какие-то трудности будут?
Единственные трудности, на взгляд Арины, могли быть лишь с наличием или отсутствием здесь, в Советском Союзе, необходимой ткани для костюмов и технологии её обработки. Она-то видела, как можно подать и откатать подобные тематические программы, если сшить отличное платье. Не какую-то абстрактную лирику под классическую музыку, а программы, которые вызывают эмоции, в которых есть душа, кино и театр. Возможно, придётся заказывать ткани для платьев из-за границы, если это, конечно, возможно. Впрочем, у неё есть валюта. И куда же ещё вкладывать валюту, кроме как не в себя и в своё дело?
Такому отношению к спорту Арина была обучена в своём времени. Теоретически можно было купить коньки за 20.000 рублей и кататься на них, но такие коньки грозили стёртыми ногами и быстрым выходом из строя в самый неподходящий момент или, например, невозможностью надёжно прыгать прыжки более двух оборотов, в то время как коньки за 150.000 рублей могли быть настоящим идеалом. Для этой категории спортивного снаряжения правило «чем дороже, тем лучше» работало на все 100 процентов. Естественно, вопрос с коньками как-то надо было решать и здесь. Те коньки производства ГДР, в которых она сейчас каталась, выглядели, конечно, очень неплохо, но на всякий случай, за лето нужно было доставать новые коньки, желательно импортного производства, какой-нибудь капиталистической страны: Германии, Швейцарии или Италии — признанных лидеров в изготовлении такой продукции.
— Проблемы у меня могут быть с платьем и с коньками, — твёрдо заявила Арина. — Мне нужны будут импортные ткани, хорошая швея и импортные коньки. В течение лета этот вопрос нужно как-то решить.
— Ну, до лета ещё далеко, — беспечно махнула рукой Дарья Леонидовна. — А что близко, так это наведение порядка в квартире. Люся, давай сегодня плотно займёмся этим, а завтра отдохнём. Или сходим, например, в кино.
Наведение порядка начали с подарков. Сначала разобрали те, которые бросали на лёд на первенстве СССР. Среди них было много мягких игрушек и всяких мелочей вроде наборов фломастеров, ручек, карандашей, больших блокнотов, альбомов, записных книжек и мелких сувениров.
— Куда это всё девать… — вздохнула мама. — Тебе тут на всю жизнь хватит и ещё останется.
— Я всё это отнесу в школу и раздам ребятам, — уверенно ответила Арина. — Естественно, мне столько всего не нужно, я отберу себе самое лучшее, остальное отдам людям. Давай посмотрим, что там в Югославии подарили.
В Югославии бросали на лёд практически то же самое, только, естественно, подарки импортные, но процент мягких игрушек был явно выше, и они выглядели намного ярче и лучше сделаны, чем советские. В основном, среди них преобладали герои диснеевских мультиков. Ещё в списке подарков оказалось много аудиокассет и даже компакт-дисков. Странно, что они не разбились о лёд, хотя, хрупкие подарки фанаты обычно передавали цветочным девочкам из рук в руки.
Арина с любопытством рассмотрела диски. «АББА», «Чингисхан», «Лед Зеппелин», «Аэросмит». Компакт-диски в этом времени уже появились! Вот только, проигрыватели для них, наверное, стоят бешеных денег… Да и есть ли они сейчас в СССР…
— Что это за диски? — с удивлением спросила мама, внимательно рассматривая диковинную вещь. В белой зеркальной поверхности компакт-диска смешно отразились её изумлённые глаза, когда она поднесла странную вещицу к лицу, чтобы рассмотреть её подробнее.
— Это специальные компакт-диски для воспроизведения музыки! — важно объяснила Арина. — На один такой диск входит 74 минуты аудиозаписи. Только чтобы их воспроизводить, нужен специальный проигрыватель.
— Вероятно, это что-то иностранное! — уверенно заявила мама. — У нас я ничего подобного не встречала. Удивительная штука!
Компакт-дисков было немного, они в это время только начинали входить в обиход, но всё-таки были, и Арина подумала, что неплохо бы разжиться аппаратурой для их проигрывания. Например, купить какой-нибудь заграничный музыкальный центр для прослушивания кассет и компакт-дисков. Для блочной техники и мощной акустики, увы, её комната была слишком мала…
…Выходные прошли так, как и планировали: разбор подарков и поход в кинотеатр и кафе. В понедельник утром Арине предстояло идти в школу, чтобы узнать, как поступать с учёбой. Она знала, что её должны перевести на дистанционное обучение по настоянию Москвы. Но сделали ли это? Необходимо это выяснить, и перевести де-факто в де-юре.
Проснулась в этот раз ещё тяжелее, чем вчера: акклиматизация всегда приходит на второй-третий день… Голова гудела, глаза слипались от недосыпа, тело было вялым, и даже чашка кофе взбодрила с трудом. Именно в таком состоянии и совершаются провальные прокаты, если летишь на соревнования на восток, в Азию. Тело требует сна, а регламент чемпионата требует, чтобы ты каталась. К чемпионату мира в Сайтаме приходилось готовиться в Москве заранее, постепенно переводя себя на всё более ранний ритм жизни и приучаясь вставать поздно, а засыпать рано.