Удержать в руках Пташку (СИ)
— Дэн, придержи, — парень с татуировками подтолкнул к нему Майю. Она была бледной с совершенно пустым взглядом.
Парень с татуировками достал из кармана связку, как я потом поняла отмычек, и уже через минуту распахнул клетку. Я рванула туда, где больше не было прутьев. Меня начало трясти, и я разревелась, оказавшись в руках Матвея. Ноги не слушались и дрожали, и после неудачной попытки стоять самостоятельно, я оказалась на руках у Матвея. Я прижалась к нему, крепко обняла за шею, меня совсем не смущало, что он измазан своей и чужой кровью.
— Вези ее домой, — сказал татуированный парень.
— Спасибо, Лимон, — прохрипел Матвей, прижимая меня покрепче.
— Денис, отвези, парни машину уже подогнали, — давал распоряжения Лимон.
— Майя, поехали, — Денис потянул девушку с собой.
— Девочку оставь, я присмотрю, — сказал, как отрезал.
Денис выпустил ее, и она тут же опустилась на пол. Майя, как китайский болванчик, раскачивалась взад и вперёд и тихо плакала.
Прохладный воздух улицы вызвал новый прилив слез. Я глубоко вдыхала свежий воздух, плакала, улыбалась и прижималась к Матвею. Он усадил меня на заднее сиденье, сел рядом и сразу перетянул меня к себе на колени. Тонким пледом, что лежал, в машине, он укутал мои голые ноги. Мы молчали, Матвей прижимал меня к себе, гладил по спине, и целовал то в висок, то в шею. А я просто наслаждалась его близостью, силой и нежностью.
Через пару минут за руль сел Денис, а рядом с ним сел Кирилл. И мы поехали домой.
Тишина в машине не давила, она была уютной, спокойной. Матвей не выпустил меня из рук, так и отнес в квартиру.
— Хочу в ванную, — стоило переступить порог квартиры, сказала я, и Матвей отнес меня в нашу спальню, где усадил на кровать.
Через пару минут в ванной зашумела вода, и Матвей вернулся ко мне, он уже умылся.
— Пташка… — он, присел передо мной на корточки. Матвей отводил глаза, не решаясь задать вопрос. — Мне просто надо знать… — он наконец-то встретился с моими глазами. — Он… он…
— Он не трогал меня, — положив ладонь на его щеку, ответила на вопрос, который он не смог задать. — Я вообще редко его видела, — спокойно сказала я, всматриваясь в родные черты, заметила седые волоски, на его висках. Сердце сжалось от мысли, сколько боли причинило ему мое исчезновение. К горлу снова подступил ком, а глаза защипало. — Сколько меня не было? — почти беззвучно спросила я, не переставая гладить его волосы в месте, где они поменяли цвет.
— Восемь суток, — так же тихо, ответил Матвей. — Прости, — он уткнулся лицом в мои колени. — Я виноват, не уследил.
— Прекрати, — постаралась строго сказать я. — Никогда, слышишь меня, никогда не обвиняй себя в том, что случилось. Пообещай, — потребовала я, когда он не ответил.
— Я обещаю, — подняв голову и глядя мне в глаза, ответил Матвей.
Потом стянул с меня куртку Дениса, подхватил на руки и отнес в ванную, которая уже наполнилась водой, и ароматной пеной.
— Я и сама могу, — с улыбкой произнесла я.
— Я знаю, — Матвей поставил меня на ноги, и помог стянуть майку, жадно смотрел, когда я снимала трусики. — Хочешь чего-нибудь? — с характерной хрипотцой спросил он.
— Можешь побыть со мной? — уже забравшись в воду спросила я.
— Конечно. Сейчас, парней домой отправлю и вернусь, — Матвей наклонился и наконец-то поцеловал меня по-настоящему.
Он вышел, а я погрузилась в воду с головой. Все закончилось, я дома, осталось только смыть с себя страх и воспоминания этих дней.
52
Денис
Сказать, что я охренел от увиденного, этого будет очень мало. Пташка, и так всегда тощая, казалась ещё больше похудела, и она, сидела в клетке! Эта тварь посадила ее в клетку! За Матвея было страшно, я в нём не сомневался, страшнее было, что он не остановиться. Кирилл, которому я сбросил сообщение сразу как получил адрес, вовремя вмешался.
Когда Матвей унес Наташу, я поблагодарил за помощь Лимона и попросил остаться Кирилла.
— Кто-то должен дождаться следователя, — пояснил я свою просьбу. — Я их отвезу и вернусь, но это время. А Лимону и его ребятам тут, сам понимаешь, делать нечего.
— Конечно, — согласился Кирилл. — Я на эмоциях, как-то не подумал…
— Ты реально хочешь связаться с ментами? — услышав наш разговор, к нам подошёл Ваня.
— Я хочу, чтоб эта мразь получила по заслугам, — ответил ему, и уже достал телефон, — но Лимон, взяв меня за локоть отвёл подальше от лежащего Парфёнова.
— Эта мразь получит несколько лет и выйдет ещё большей мразью, — тихо, но уверенно проговорил он.
— Что ты предлагаешь?
— Отпусти, — его губы растянулись в кровожадной улыбке. — А в жизни всякое случается…
— Не знаю, — я покачал головой.
— Я «за», — вставил Кирилл, и протянул руку Лимону. — Он твой, — Лимон с довольной улыбкой пожал руку в ответ.
— Тогда вам пора уезжать.
— А Майя? — еще раз уточнил я.
— Я же сказал. Я позабочусь.
И мы уехали, Кирилл поехал с нами, так как сюда добирался на такси. Когда мы выезжали нам на встречу ехала машина Парфенова, за рулём, сидел парень Лимона. С одной стороны, мне очень хотелось знать, что он собирается с ним сделать, с другой, хотелось спать спокойно.
Мы все вместе, поднялись к Матвею. Он унес свою Пташку в спальню, а мы с Кириллом прошли на кухню. Я достал коньяк и налил нам по бокалу.
— Как думаешь, — спросил Кирилл. — Он его убьет?
— Если честно, я не хочу об этом думать. Эта мразь заслуживает смерти, но думать о том, что мой, когда-то друг, убьет человека, пусть и такого, не хочется. Но он прав, его посадят не на всю жизнь, и что будет, когда он выйдет…
— Жаль таким уродам не дают пожизненно. Хотя, нахрена таким жить я тоже не понимаю…
Мы молча допили коньяк, и я налил ещё.
— Будешь? — спросил я Матвея, стоило ему показаться в дверях. Он помотал головой.
— Как она? — спросил Кирилл.
— Хочет в ванной полежать. Я оставлять ее не хочу, так что давайте вы по домам, а завтра увидимся.
— Конечно, — я отсалютовал Кириллу и опрокинув в себя коньяк, встал из-за стола.
— Держи, — Матвей подал мне маю куртку. — Спасибо вам мужики.
— Все норм, — ответил Кирилл, и похлопал его по плечу.
— Давай дружище, — я обнял Матвея. — На связи.
Ехать домой не хотелось, и мы с Кириллом решили отметить это дело где-нибудь в клубе.
Майя
Из меня словно вытащили все внутренности, оставили пустую оболочку. Увидеть Наташу в клетке я не ожидала. Леша бывал жесток, но, чтобы так… Казалось, это все дурной сон, и мне очень хотелось проснуться… Или наоборот, уснуть, чтобы сбежать от этой жуткой реальности. Но меня крепко держали руки Лимона, не позволяя скатиться в отчаянье.
Матвей избивал Лёшу и каждый его удар причинял боль и мне, а когда я услышала хруст ломающейся кости, не сдержалась и закричала. Я знаю, меня многие осудили бы, но Леша мне был дорог, я его любила, и видеть, как его калечат было больно. В этом помещении не было ни одного человека, что заступился бы за него. Я не знаю, зачем он так поступил с Наташей. Должна была быть причина… Он не мог это сделать просто так, не мог… Или…
Когда меня перестали держать, сил стоять самостоятельно у меня не было. Я опустилась на колени. Слезы непрерывно текли по щекам, внутри разрослась черная дыра страха. За Лёшу, за себя… Я понимала, что нас больше не будет. За такое его, наверное, посадят. Ну зачем, зачем? Я раскачивалась словно это могло помочь успокоиться. В детстве, когда я плакала, бабушка меня обнимала и раскачивала и это помогало, но сейчас нет… Наверное, это работает, когда тебе обнимают и ты чувствуешь поддержку, я же чувствовала только пустоту, боль и страх.
— Майя, — вырвал меня голос Лёши из оцепенения.
Я обернулась в ту сторону, где он уже приняв сидячее положение, прислонившись спиной к клетке, бережно прижимал к себе покалеченную руку. Я посмотрела по сторонам, Лимон с Денисом и Кириллом стаяли у самого выхода. Я подползла к Лёше. Его лицо было в крови, а один глаз начел заплывать.