Вернуть Боярство 10 (СИ)

— Высшие круги военного руководства Березовки не простят вам…
Я легонько притопнул, и женщину буквально смело потоком воздуха, пронизанного крохотными струйками фиолетовых и синих молний. Будь на её месте боевой маг четвертого… Да хоть бы и третьего, но сильный и опытный — этот трюк бы не прошел. Но откуда куртизанке, пусть и с четвертым рангом магии, обладать боевым опытом? Неоткуда, и потому красавицу буквально вмяло в каменную стену, заставив ту покрыться трещинами. К чести женщины, из её уст не вылетело не звука, а сама она, несмотря на струйку крови из уголка рта, не прекратила улыбаться.
— Вижу, вы не из тех мужчин, которые не поднимают руку на женщин, — заметила она и тороплива добавила, увидев, как хмурятся мои брови. — Ольга Инжирская, хозяйка борделя Лазурное Небо. Нахожусь под покровительством Рода Смеловых!
— Как же так вышло, госпожа Инжирская, что вы и ваши девочки развлекаете офицеров русской армии в то время, когда они должны готовиться к предстоящей битве? — поинтересовался я. Но, не дожидаясь ответа, махнул рукой. — Ладно, вы девушка подневольная, с вас спрос невелик. Отправляйтесь на все четыре стороны. С вами я пообщаюсь ещё разок, но позже. Свободны.
— Благодарю, господин Николаев-Шуйский, — встала она и глубоко поклонилась, без страха и с любопытством разглядывая меня. — Вижу, слухи о вашей суровости не лгали… С нетерпением жду нашей следующей встречи.
Она не пользовалась Магией Теней в отличии от всех прочих представителей Темных Братств и прочих любителей сокрыться. Нет, конкретна эта продажная девка сумела изумить меня до крайности, обернувшись потоком света, вытянувшимся в единый луч и рванувшим куда-то вдаль, скрывшись за ближайшим поворотом.
Магия Света в плане скоростного передвижения — это нечто, требующее огромного таланта в данной школе магии. Надо присмотреться конкретно к этой шлюхе повнимательнее — мне есть, чему её обучить, и если она станет моей слугой, то я сумею много где её использовать… Ладно я — Смолов будет скакать от радости, когда я поясню, какие возможности нам откроются с этим талантом! Ибо, что бы было понимание — я силу Света столь тонко не способен использовать. Раствориться в Свете — это сложный в освоении навык, требующий в первую очередь незаурядного таланта. Сокрытие в Тенях было на порядки проще в освоении… Но и толку с них было меньше. Устремись я сейчас вдогонку за улизнувшей шлюхой-Мастером, я бы нипочем её не настиг. А вот бегущего в Тенях — настиг бы точно. Вот какова меж этими навыками разница…
Но я выкинул девку из головы. Сейчас необходимо заняться тем, что я уже начал:
— Значит, господа, вы почему-то решили, что вам всё дозволено? — поинтересовался я. — Что можно пьянствовать, можно плевать на боевые задачи, щупать девок… — я перевел взгляд на хрипящих Адепток и дополнил. — И парней в своё удовольствие, да водку жрать?
— Ты кто такой!.. — выбежал было полуголый Мастер.
Выбежал затем, что бы мой Воздушный Кулак одним ударом зашвырнул его внутрь. А затем я, потратив несколько десятков секунд на то, что бы огромный купол охватил всё попавшее мне под горячую руку помещение, вошел внутрь, таща чарами и тех чародеев, что изначально были снаружи. Включая того бедолагу, которого при мне стошнило — скидок я делать был ненамерен.
  
Глава 8
 
В помещении, уставленном многочисленными столиками, стояли клубы табачного дыма и настороженная тишина. Дощатый пол, кое-где потрескавшийся, растерянные официанты и официантки, дружно начавшие пятиться по направлению выхода, едва завидев оскалившегося молодого чародея, тащащего за собой на почти прозрачных воздушных веревках шестерых офицеров, хрипящих и с трудом хватающих крохи воздуха открытыми ртами. Что ж, их я не виню — простолюдинам такое зрелище могло сказать только одно — пора сматывать удочки. Чем там у разошедшихся господ дело кончится, ещё бабка надвое сказала, может и вовсе миром разойдутся, но простого человека случайным ударом пришибить запросто могут. Причем скорее всего насмерть… И ведь за это аристократами и не будет ничего — одним мещанином больше, одним меньше, кто ж их считает в дни войны.
 
— Дамы и господа! — возвестил я изумлённо глядящим на меня чародеям различных калибров. — Аристарх Николаев-Шуйский, Глава одноименного Рода, к вашим услугам!
Ответом мне стала ещё более недоуменная тишина — а ведь в здании находились даже несколько Старших Магистров. Один здесь, в зале, другой где-то на этаж выше, но стремительно приближался, явно намереваясь выяснить суть происходящего. Впрочем, ауру я более не просто не скрывал — я открыто её выпячивал, и оттого даже глядящий на меня Старший Магистр, сидящий за самым большим и чистым столом с картами в руках пока молчал. Хотя уже оправился от удивления — огонёк на конце сигары налился красным, выдавая, что хозяин делает глубокую затяжку. Дыма, правда, не последовало… Ну да Старшие Магистры уже в целом-то слишком сильно ушли от понятия «стандартного» гомо сапиенса. И дым в лёгких он безо всякого дискомфорта мог держать и минуту, и две, и даже пять — насыщение крови кислородом могло происходить непроизвольно, напрямую магией, что содержалась в его организме, безо всякого участия дыхательных систем. Не бесконечно долго, но минут пятнадцать даже безо всяких ухищрений магического толка подобные мне могли что под водой находиться, что в открытом космосе.
— А с какой такой стати, господин Глава Рода, вы сейчас удерживаете двух моих подчиненных в подобном виде? — поинтересовалась спустившаяся со второго этажа женщина. С аурой Старшего Магистра, между прочим! — Мои девочки успели перед вами где-то провиниться? Или это акт самоуправства и попытки самоутвердиться за счет тех, кто не сможет дать вам отпор?
— Мадам, вы бы сиськи спрятали получше, прежде чем вопросы задавать, — ещё шире оскалился я, глядя на неё. — Они, как и вы сама, безусловно прекрасны, но слегка мешают вести беседу. Отвлекает этот прекрасный вид, знаете ли… Это ж как надо было спешить, что бы даже себя в пристойный вид не успеть привести?
Она была красива. Длинные, чуть вьющиеся каштановые волосы, что сейчас самостоятельно и без посторонней помощи заплетались в тугую косу, белая кожа, большие карие глаза, пухлые аленькие губки, средний рост и изгибы фигуры, на которые глаз невольно сам соскальзывал… И всё это в красивом, парадном мундире, сейчас расстегнутом ниже допустимого рамками приличия уровня, и короткой юбкой чуть ниже колена, взметнувшейся от скорости, с которой она спустилась… Хороша, чертовка! И пусть ей лет, судя по рангу и ауре, не меньше шестидесяти, но выглядела она не старше двадцати трёх-четырёх — чародейкам её силы даже помощь целителей-косметологов для этого не слишком-то требовалась…
Под мундир сия красавица в те полтора десятка секунд, что у неё были с момента, как я вошел внутрь, не успела натянуть ни блузки, ни ещё какого иного нижнего белья, и потому распахнутый китель давал всем возможность увидеть… Да почти всё увидеть, особенно если под нужным углом сидеть — левый сосок я вот видел точно.
Моё замечание попало в цель, заставив ту слегка покраснеть — и пуговицы начали в спешке застегиваться сами собой. Женщина бросила внимательный взгляд на остальных присутствующих, и большинство отвело взгляд, пытаясь всем своим видом показать, что вот вообще ни разу не разглядывали грозную офицершу, завалить в постель которую желал бы каждый, но руки были коротки… Впрочем, уже через миг она вновь уставилась на меня.
— Я наслышана, что Глава Рода Николаевых-Шуйских — совсем ещё юнец, едва начавший брить первый мальчишеский пушок на том месте, где у мужчин должна расти… борода, — попыталась она уколоть меня ответным выпадом. — Но даже так — имейте совесть и взгляните мне прямо в глаза! В конце концов, это просто неприлично для дворянина! И кстати — я так и не услышала ответа на свой вопрос.
О женщины… Никогда, ни один мужчина не сумеет быть одновременно возмущенной, польщенной и негодующей одновременно! Злиться и гордиться разом на один и тот же факт — что самец в первую очередь оценил её красоту… Впрочем, в руки себя она взяла быстро. И по ставшему серьёзным взгляду, а так же напрягшейся ауре до того молчавшего Старшего Магистра ауре я ощутил — шутки кончаются.