Властный британец (ЛП)

Улыбаясь, я отпиваю мартини.
— Да, почему нет? Законом не запрещено проводить свободное время с начальником. К тому же, он меня пригласил.
— Это просто так… — Джесс замолкает.
— Грязно, — заканчивает Максин с ухмылкой. — Я тобой так горжусь.
— После завтрашнего вечера ты будешь гордиться мной еще больше, — подмигиваю я.
Максин смеется, Джесс улыбается и качает головой. Не могу поверить, что это все происходит. Я наконец-то пересплю с боссом, и плевать на последствия.
***
Зарывшись пальцами в волосы, я встряхиваю темные локоны. До нашего свидания остается еще несколько часов, и во мне борются восторг и нервы. Вся моя уверенность со вчерашнего вечера испарилась, и мысли теперь только о том, что может пойти не так. На работе мы с Лиамом отличная команда, но что насчет обычной жизни? Я никогда не видела его за пределами офиса, чтобы мы были вдвоем. Наедине.
Да и меня он так возбуждает, что вряд ли я могу сосредоточиться на разговоре. Особенно, когда говорить он будет с чертовски сексуальным акцентом.
Утром я сходила на горячую йогу в надежде успокоиться, но каждая поза, начиная от собаки мордой вниз до голубя, лишь заставляла задуматься, какие позы я хочу попробовать с Лиамом.
Нанеся на губы розовую матовую помаду, я подкрашиваю ресницы тушью. Выпятив губы, вспоминаю наши поцелуи с Лиамом в кабинете, и меня бросает в жар. Делаю глубокий вдох, пытаясь отвлечься. Мне нужно сосредоточится на свидании и не бежать впереди паровоза. К сожалению, сказать легче, чем сделать. Ведь сложно сосредоточиться, когда в конце вечера маячит секс с самым сексуальным мужчиной, который по совпадению еще и твой начальник.
Иду в спальню выбрать наряд, мой выбор падает на голубое шелковое платье подчеркивающее фигуру. Идеальное сочетание стиля и сексуальности. Мне не хочется быть очевидной, но я не прочь намекнуть, что готова перейти на следующий уровень. Надев белье, приносящее мне удачу, я смотрю в зеркало. Лиам скоро придет, и мое сердце колотится.
Хоть и переживаю, в глубине души я знаю, что все пройдет хорошо. Находиться в присутствии Лиама — это определенно, как кататься на гормональных американских горках, но есть в нем что-то еще, что дает мне уверенность — все в нашей запретной связи будет хорошо. Возможно наши отношения и необычны, но он точно самый уверенный в себе мужчина, которого я встречала за последнее время.
Замечаю в окне, как подъезжает Лиам, кидаю последний взгляд в зеркало. Еще один глубокий вдох, и я выхожу. Отступать некуда. Сегодня мы с Лиамом узнаем может ли между нами быть что-то большее, чем офисная интрижка.
  
Глава 6
 
Лиам
— Пап, мы можем еще остаться? — просит Чарли, слизывая сладкий сироп с пальцев.
— Прости, приятель, но нам нужно вернуться домой к маме, — напоминаю я и тянусь вытереть его лицо салфеткой.
Эти выходные дети проводят с Лекси, и, если мы снова опоздаем, она сорвется.
— Мама не будет злиться, — хнычет сын, накуксившись на стуле.
Мне хочется смеяться, потому что это преуменьшение года, но я лишь улыбаюсь и взлохмачиваю ему волосы.
— Мы увидимся на следующей неделе, ладно?
Чарли грустно кивает. Мое сердце разбивается каждый раз, когда я отвожу их домой к бывшей. При детях я никогда и плохого слова о ней не говорю, но моя бывшая жена одна из самых мстительных женщин, что мне встречались.
Конечно, она дождалась кольца на пальце прежде, чем показать эту свою сторону.
Закончив убирать бардак после домашних вафель, которые приготовил детям на завтрак, я опускаюсь на колени перед близняшками, вытираю им личики и поправляю платья. Лекси прочитает целую лекцию о моем небрежном отношении к воспитанию, если хоть один волосок на их голове выбьется из прически.
— Ладно, пора ехать, — сообщаю я и, закинув их сумку с вещами на плечо, поднимаю девочек на руки.
 
По пути к дому их матери я включаю последний саундтрек Диснея, на котором они помешаны. Чарли не может нарадоваться, подпевает и махает руками, словно играя на гитаре.
— Пап, спой со мной, — умоляет он, и я сдаюсь, распевая, будто Бруно Марс. Сын умеет заставить меня расслабиться, и после напряженной недели в офисе нет ничего лучше, чем провести время с ним и дочками. Мне хочется, чтобы поездка не заканчивалась, но вскоре мы подъезжаем к дому.
Лекси уже стоит в дверях, скрестив руки на груди. Я готовлюсь выслушать очередную лекцию. Обычно я спокоен, но у Лекси талант меня доводить. Отлично.
Я помогаю Чарли вылезти из кресла и ставлю его на тротуар рядом с сумками, после чего достаю из кресел девочек. Они берут меня за руки, и мы идем к дому.
— Ты опоздал, — обвиняет Лекси, вскидывая бровь.
Что она от меня хочет? Чтобы я забрал тарелки у детей из-под носа, не дав им доесть? Черт бы ее побрал.
— Пробки. Я опоздал всего на пять минут, — ровно говорю я.
На ней облегающая зеленая водолазка в тон ее глаз и обтягивающие черные джинсы. Рыжие волосы собраны в хвост, что подчеркивает ее высокие скулы. Бывшая красива, но я давно перестал видеть эту красоту. Возможно снаружи она и великолепна, но внутри у нее черная дыра на месте, где должно быть сердце.
— Чтобы больше такого не было, ладно? — огрызается она.
— Я тебя тоже рад видеть, — бормочу я, не желая, чтобы дети слышали, как мы ссоримся. Во время развода мы старались ругаться только за закрытыми дверьми, но Лекси никогда не может упустить возможности уколоть.
— Привет, мам, — улыбается Чарли и бежит ее обнять. Я рад это видеть — несмотря на неидеальную ситуацию дома, он растет чудесным ребенком.
Я отпускаю руки девочек, чтобы те могли зайти внутрь, но они поворачиваются и хватают меня за ноги.
— Останься с нами, — просит Оливия, поднимая на меня большие зеленые глаза.
— Пожалуйста? — умоляет Алексис.
Я совсем не размазня. Но на глаза практически наворачиваются слезы от вида моих детей, упрашивающих остаться с ними. Мягко отстранив их от себя, я опускаюсь перед ними на корточки.
— Я отведу вас в парк на следующей неделе. А после поедим мороженое, — обещаю я и целую детей в лоб.
Я обнимаю Чарли на прощание, и дети заходят внутрь. Потом разворачиваюсь, чтобы уйти.
— Лиам, подожди, — окликает меня Лекси с порога. Я оборачиваюсь, пытаясь вспомнить не забыл ли чего. Бывшая вздыхает. — Пожалуйста, не давай обещаний, которые не сможешь сдержать.
— Прости?
— Парк и мороженое? — Ее бровь приподнимается. — Ты же не мог так измениться. Мы оба знаем, что у тебя нет на это времени, это же может помешать работе.
Последние слова пропитаны сарказмом, и мне приходится сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Дети еще в коридоре, и мне остается только надеяться, что они ее не слышали.
Это правда: когда мы были женаты я много работал, и все выходы с детьми ложились на нее. Но это лишь потому, что я думал — мы команда. Считал, что работаю шестьдесят часов в неделю, чтобы она могла оставаться дома и дети могли ходить в частную школу. Мне казалось, что мы оба жертвовали ради семьи. Но похоже я ошибался.
Делаю очередной глубокий вдох в попытке успокоиться.
— Я заеду за ними на следующей неделе, — выдавливаю сквозь зубы. Требуется неимоверная сила воли, чтобы уйти и не выплеснуть на нее все мое скопившееся раздражение. Развод научил меня стараться не обращать внимание на ее слова. В конце концов, от наших ссор страдают дети.
Сажусь в машину и, с силой сдавив руль, дышу, завожу мотор и отъезжаю. Единственное, что меня отвлекает, — мысль о свидании с Ноэлль вечером, иначе весь день провел бы думая о бывшей.
Сама мысль о Ноэлль как ни странно успокаивает. Всю неделю она не выходила из головы, и разговор с ней в кабинете после того, что между нами произошло, скрасил безумную неделю. Я сгорал от желания от иногда пересекающихся взглядов и случайных соприкосновений. Не говоря уже о том, что член вставал каждый раз, как думал о том, что случилось между нами.