Обнаженный рыбак (ЛП)

— Ну, да, насколько помню, я был парнем. — Вытащив папку из кучи бумаг, он выпрямился.
— Хейли решила, что твоя спутница — ортодонт.
— Она правильно решила.
Я чувствовала себя на шесть дюймов выше, сидя в его кресле за столом и обсуждая его свидание… то свидание, на котором он провел всю ночь.
— Как прошло изучение Библии? Вы ходили за мороженым?
— Все было хорошо. — Я закрыла лицо одной рукой и вздохнула. — Это было… ну, я не пошла.
Фишер усмехнулся и усадил задницу на край стола, открыв папку.
— Ты только что пыталась солгать? Ты не способна лгать?
— Нет. Поверь мне. Я отлично умею лгать. Просто мне не нравится это делать.
— Тогда зачем врать о прошлой ночи. Зачем пытаться лгать об этом?
— Потому что не хочу, чтобы ты думал, что я не пошла из-за руки. Мне просто не хотелось. Вот и все.
— Эй, ты не должна мне ничего объяснять.
Я продолжала раскладывать счета по алфавиту, а он продолжал стоять, прислонившись задницей к столу, близко ко мне. Так близко, что я чувствовала запах его древесного мыла, смешивающегося с кофе, который он поставил на стол рядом с собой.
— Итак… ты, должно быть, рано встал сегодня утром. Поскольку ты… написал мне, чтобы я добиралась сама на работу. Ты встречался с сантехником?
— Нет.
Нет? НЕТ?
Это было оно. Одно слово. Никаких дополнительных деталей. Никаких объяснений, почему он попросил меня саму отвезти себя на работу.
— Ты так и не прислал мне фотографии с нашей поездки в горы.
— О. Извини. — Не отвлекаясь от содержимого папки, он достал из кармана телефон и разблокировал его, после чего протянул мне. — Держи.
У меня был телефон Фишера. Это было странное чувство, как будто весь его мир был у меня на ладони.
Контакты.
Текстовые сообщения.
Фотографии.
Приложения — которые могли многое рассказать мне о человеке.
Я вела себя спокойно, несмотря на то, что в голове крутились миллионы возможностей. Открыв приложение с фотографиями, я быстро нашла те, на которых были запечатлены он и я, потому что они были самыми последними. Мой взгляд несколько раз переходил с экрана его телефона на него, чтобы проверить, обращает ли он на меня внимание.
Он не обращал.
Я перебросила фотографии на свой телефон, а затем, возможно, случайно, несколько раз провела пальцем вверх, чтобы взглянуть на другие фотографии, которые он сделал. Большинство из них были с мест работы.
— Ты получила их?
Я подскочила и протянула его телефон, пытаясь вернуть его ему.
— Да, спасибо.
— Не за что. — Он встал и бросил папку обратно в кучу на полу. — Ну, я ухожу. Поймаю тебя позже.
Меня убивала физическая боль, когтями впивающаяся в мою грудь, чтобы не сказать ему больше.
Где он был?
Переспал ли он с ней?
Если да, то почему?
Это был его почерк — спать с женщинами на первых свиданиях?
Планировал ли он встретиться с ней и заняться сексом еще раз?
Так много безумных, иррациональных и совершенно неуместных вопросов преследовали друг друга в моей голове. Но все, что я могла сделать, это улыбнуться, как здравомыслящий человек, как взрослый подросток, которым я и была, несмотря на то, что полоска безумия бурлила прямо под поверхностью.
***
В течение следующей недели Фишер мучил меня тем, что стриг газон без футболки, задерживал подолгу взгляд на очень пикантных местах и отпускал слегка грубые замечания при каждом удобном случае. Затем он покупал мне кофе и в течение двух секунд обращался со мной как с равной, после чего пытка начиналась снова. Я с нетерпением ждала каждого утра, даже если мы только и делали, что подшучивали друг над другом и бросали друг другу сомнительно уместные замечания. (Он был таким дурным влиянием). И мне нравились вечера, когда я выходила на прогулку, чтобы вернуться к нему, когда он мыл что-то на подъездной дорожке или поливал растения без футболки.
Блуждающие глаза.
Самоуверенные улыбки.
Медленное облизывание и покусывание губ.
Это было похоже на игру в кошки-мышки, но я не всегда была уверена, кто из нас кошка, а кто мышка.
 
Мне не нравились вечера, когда он уходил… когда я предполагала, что он был с ортодонтом. Каждая клеточка моего восемнадцатилетнего мозга была сосредоточена на моем новом увлечении: думать о Фишере в постели ортодонта. Несмотря на свою крайнюю иррациональность, это было отстойно.
И хуже всего было на моей первой вечеринке. Ну, на моей первой взрослой вечеринке в доме Хейли в пятницу вечером. Там было, наверное, человек пятьдесят, и она называла это «небольшим собранием». Пришло много парней с работы, некоторые с женами, подругами и даже несколько с парнями. Это меня немного беспокоило, и я ненавидела, что это меня беспокоит. Слова Фишера снова прозвучали в моей голове. Теперь ты, блядь, можешь думать сама.
Это было трудно для меня. Все мои убеждения, казалось, были переплетены со священным писанием, родительскими лекциями или проповедями.
— Эй, ты пришла. — Джейсон игриво толкнул меня локтем, прежде чем сделать глоток пива, когда мы стояли на террасе с видом на задний двор, загроможденный людьми, дворовыми играми, бочонками с пивом и громкой музыкой.
— Привет, да. Рада снова тебя видеть.
Он был одет в чистые джинсы и хрустящую белую футболку, обтягивающую его массивную грудь и руки, покрытые татуировками.
— Как рука?
Я слегка рассмеялась, показывая руку с крошечным пластырем.
— Нормально. Я немного неуклюжая.
— Выпьешь? — он протянул свою бутылку пива ко мне.
Опять общие микробы? Хотела ли я обменяться слюной с Джейсоном?
— Большой Босс! — крикнула Хейли с заднего двора.
Я взглянула через перила на Фишера… и его спутницу. Хейли протянула им обоим красные пластиковые стаканчики с пивом. Доктор Улыбка была миниатюрной блондинкой с руками и ногами нормального размера и, конечно же, идеальными зубами. Мои были довольно идеальными, но несколько нижних зубов сместились после того, как я перестала носить ретейнеры. И у нее был как минимум твердый размер чашечки С.
— Где ты взял бутылочное пиво? — спросила я Джейсона, чувствуя себя не в своей тарелке от эмоций. Мне не следовало запрыгивать на заднее сиденье мотоцикла Фишера. Эта поездка в горы испортила мне настроение.
— Я привез свое пиво. Я не очень люблю пиво из кег.
Глядя на янтарную бутылку в его руке, я мысленно боролась с неправильным и правильным. Затем я бросила еще один быстрый взгляд на Фишера и его спутницу. Она скользнула рукой по его талии.
— Может быть, только глоток. — Я взяла бутылку из рук Джейсона и поднесла ее к губам, принюхиваясь. Пахло пивом. Я понятия не имела, есть ли у пива другие ароматы, как у вина. Сделав нерешительный глоток, я позволила газировке и алкоголю медленно смешаться во рту. Оно не обжигало, как я себе представляла. Возможно, это был просто крепкий алкоголь. Вкус тоже был не очень приятным.
— Давай спустимся, — сказал Джейсон, кивнув в сторону лестницы.
Я протянула ему бутылку.
— Оставь себе. Я возьму другую из своего холодильника.
— Мне это не нужно.
Он усмехнулся, спускаясь по лестнице.
— Никому не нужно, но это вечеринка, Риз.
Я крепче сжала горлышко бутылки, спускаясь за ним по лестнице. Большинство других женщин были одеты в более красивые яркие платья или сексуальные шорты и милые сандалии. На мне были шорты до колен и футболка, которая, как я была уверена, была унисекс, с большим смайликом на ней.
Минимум макияжа.
Никакого лака для ногтей.
А мои волосы выглядели так, будто я не сделала ничего, кроме как расчесала их и дала им высохнуть естественным путем после душа… потому что именно так я и сделала.
Прямые каштановые волосы, ничего особенного. Никакого тела. Никаких бликов. Никаких розовых прядей. Могла ли я выглядеть еще более проще?