Крысиный бег lll (СИ)

— Плевать. Я ухожу. Не сиди здесь, Майки. Это ловушка, за тобой скоро придут снова. Прости, но я не смогу помочь. Уйти сейчас и предупредить — это всё что я могу сделать. — Она немного помолчала. — И прости меня за то… За прошлое.
— Спасибо и на этом, Николь. — Я чувствовал, как помимо воли играют мои желваки, но ничего сделать с собой не мог. Снова гормоны этого тела меня предательски подводят.
— Не за что, Майки… Прощай…
— Мне она не нравится. — Проговорила Яна, едва Николь и её маленькая армия скрылись за поворотом дороги. — Странный жест. Показушный.
— Я знаю. — Тяжело вздохнул я.
— Нельзя ей верить!
— Я знаю.
— Если ты примешь её в нашу команду, я её спалю. Или тебя! Да, скорее всего тебя. Я не хочу подчиняться тряпке и размазне! — Сегодня разговорчивость Яны поражала.
— Я знаю, Ян! Я всё это прекрасно знаю! — Я ненадолго замолчал, но увидев снова приоткрывшийся, и готовый выдать новую порцию очевидности, ротик Яны, опередил её: — Заткнись, пожалуйста, Ян!
Фырканье девушки я почти не услышал, хотя нужно было. Нужно было придать ему значение, а не пропускать мимо ушей. Хотя, может оно и к лучшему. Как вышло, так вышло… Ревность тоже бывает иногда полезной. А может это не ревность, а способ держать командира в тонусе и не давать ему делать необдуманные поступки…
  
Глава 23. Не делай так
 
Первое, что хотелось сделать, как только мы развернулись от ворот и двинулись в сторону поместья — это прибить Янку. Просто за то, что позволяет себе думать обо мне, как об идиоте. И говорить со мной как с идиотом. Я похож на того, кто распустит сопли, слюни и потечёт при виде старой знакомой? Я похож на того, кто поверит в её извинения? Бля! Я настолько часто прикидывался дурачком, что люди стали в это верить. Это хорошо, когда так о тебе думают противники, враги. Когда они недооценивают тебя. Но когда так думает кто-то из своих… Это очень херово!
Да ещё и это тело… Вот как так? Умом я всё понимаю, а естественные реакции организма контролировать не всегда удаётся. Страх, гнев, злость, ненависть, любовь, желание — всё, за что отвечают гормоны, приходится контролировать с особой тщательностью. Сраное молодое тело! Разум ведь должен преобладать, но нет. Уж точно не у молодых!
Хотя, в последнее время я почти взял над ним контроль, почти полностью подчинил себе все эти сраные гормональные колебания. Только неожиданное появление Николь выбило меня чуточку из колеи, вывело из себя. Я злился на неё. Так злился, что аж скулы от злости сводило! Сраный гормон злости! Есть вообще такой, или это моя естественная реакция? 
— Ян. Одна просьба. — Тихо проговорил я, и меня услышал только Патрик и Яна. — Если ты считаешь меня полным идиотом, давай разбежимся сразу. Ты своей дорогой, я своей.
— Я не считаю... — Девушка нахмурилась, а Патрик слева от меня только хмыкнул.
Ну вот, даже пацан с этим не согласен.
— Зачем тогда говоришь очевидные вещи? — Всё так же, едва слышно спросил я.
— Прости.
— Зачем ставишь меня в такое положение?
— Прости.
— Зачем вздумала угрожать мне?
— Прости…
— Я ведь не давал повода никогда в себе сомневаться… Или давал? Назови хоть один?
Она задумалась. Всерьёз задумалась. Даже нахмурила свой лоб.
Может я зря на неё наехал. Она сопливая девятнадцатилетняя девчонка. Она боится, переживает, волнуется. Она боится, чтобы я не наделал глупостей. Она ещё помнит того Майка, который жил с ней по соседству и красил волосы в розовый цвет…
Но всё равно! Могла высказать мне это всё с глазу на глаз! Эх, Майки! Похоже, ты и правда идиот… Я ведь ни разу с ней не говорил, давая ей всё додумывать самой. Ничего не объяснял, не раскрывался. Да уж… Моё упущение. Нужно это исправлять. Хоть как-то.
Мы остановились перед домом барона, и тройка моих парней замерла у нас за спинами, чувствуя, командир не в духе, лучше держать дистанцию.
— Вспомнила? — Прервал я наше молчание.
— Нет. — Яна тяжело вздохнула.
— Если я не говорю вслух очевидные вещи, — решил я пояснить ей самые простые истины, — это не значит, что я их не понимаю. Если я не нападаю и не убиваю налево и направо, тому есть причины. Если я оставляю кого-то в живых, значит и этому есть объяснение.
 
— Мы бы не справились с ними?
Снова Патрик громко хмыкнул. Он то наверняка почувствовал и количество, и мощь окружавшей нас маленькой армии Одарённых.
— Да. То, что они ушли и дали нам передышку, это хорошо. Нам нужно или укрепиться, или сделать ноги. Лучше второе.
— Значит блондиночка и правда на нашей стороне?
— Вот этого я не говорил. — Я мотнул головой. — Её игра мне пока непонятна. И ей точно нельзя верить. Но ты это и так знаешь. — Я посмотрел на Яну, и она отвела от меня глаза. — Не делай так больше. Не сомневайся в моих решениях и действиях. Когда я не буду знать, что делать — я спрошу. Если я не спрашиваю — значит, я знаю.
— Я поняла. Прости. — Яна сердито посмотрела на улыбающегося Патрика и незаметно показала ему сжатый кулак.
Бля! Дети! Ей богу, дети… И с этими детьми мне нужно как-то выиграть эту маленькую войнушку. Бля!
— И перестать извиняться. Не люблю я эти приторные извинения.
— Пра… Поняла. Не буду.
Надеюсь. Надеюсь, этого хватит для начала. А дальше уже начну работать с ней, сближаться, делиться планами и мыслями. Она неплохая девчонка. Нужно держать её ближе к себе и не отталкивать.
— Майки... — Яна помялась.
— Да, Ян? Появились новые вопросы?
Девушка поморщила носик и кивнула:
— Угу. Не злись, но я должна спросить.
— Я не злюсь. И не злился… по пустякам. Если это вопрос, а не претензия, я с удовольствием отвечу.
— Не претензия. — Она хмыкнула. — Я быстро учусь — претензий больше не будет. Ты не думал надеть ошейник на блондиночку и притащить её сюда? Поговорили бы с ней нормально, с пристрастием, но без рукоприкладства и отпустили бы. Я подозреваю, ты в силах это сделать. Даже тройка твоих волчат сможет это провернуть. Может дашь им команду?
— Думал... — Кивнул я. — Не смогут они. Да и я тоже вряд ли смогу.
— Хм... Почему? — Яна искренне удивилась.
— Николь... Она очень сильна. От неё прям фонило силой и мощью. Никогда не думал, что её уровень так высок. 
— Выше моего? — Ревниво осведомилась девушка. 
— Нет. Вы практически одинаковые. Но... — Я задумался. — Есть что-то ещё... Не знаю пока. Что-то не так. Такое ощущение, что у неё припрятан козырь в рукаве. Я сомневаюсь, что справлюсь с ней.
— С её отцом ты справился, а он наверняка был сильнее дочери. С твоей скоростью... — Осторожно произнесла она последнее замечание.
Мы всё ещё не поговорили о тех способностях, которыми наделил её и парней Узор Шавки. Нам пора сближаться и открываться друг другу. Как только выберемся из этой передряги, займусь этим. 
— Ты права и неправа одновременно. Макар Орлов был сильнее — да. Но я подловил его. Был всего один шанс... Мне просто повезло тогда с ним, он расслабился, думал что самый сильный и умный. Прям как ты сейчас.
— Я так не думаю. — Фыркнула Яна.
— Ну конечно!
Мы зашли в дом, поднялись по ступеням на второй этаж, нашли Соню и Гришу, мило беседовавших о чём-то в гостиной, и присоединились к ним.
— Ну что? Всех убили? — Самодовольно и ничуть не сомневаясь в силах своего господина, поинтересовался Григорий.
— Нет, Гриш. Никого не убили.
— Вообще? — Барон заметно расстроился.
— Вообще.
— Херово.
— Нам нужно валить отсюда. — Почти торжественно объявил я. — Сегодня или завтра они подкопят силы и пойдут на штурм. А может и не подкопят, даже теми силами, которые у них есть, они могут попытаться. И я совсем не уверен, что мы справимся.
— Я никуда не пойду, это мой дом. — Григорий насупился и отвернулся от меня к окну.
— Гриш. Тебя я в последнюю очередь спрошу. 
— Я тоже никуда не пойду. — В унисон своему законному мужу, произнесла баронесса София.