Оборотни крепости ЭР - 7 (СИ)

Решив отметить успешное оживление Чамидэра, Гор подошел к столику с бутылками, но выбрать напитки не успел, в окно запрыгнули Тори с Гаэдором.
— Явились, блудни, — произнес он. — Тори, топай в свою комнату и прими ванну, тебе надо волосы в порядок привести, у тебя уже колтуны образовались. Мы с Кайлом придем к тебе через час и сделаем прическу. Эрз сообщил мне, что одежду и украшения доставили в ваши комнаты, так что вы теперь будете сверкать, как ящерицы. Остальных это тоже касается, давайте сыны, бегите в свои спаленки, пора вашим ухажерам узреть вас во всей красе.
— А у кого нет ухажеров? — спросил Анио.
— Перед своей любимой коняшкой покрасуешься, — усмехнулся Гор.
— А я? — влез Анюк.
— А ты пока будешь обучаться манерам и кокетничать.
— Но мне не с кем кокетничать.
— В доме полно мужиков, потренируешься на них. Заодно поучишься огрызаться на их мужей, — со смехом проговорил Гор.
— Ладно, — Анюк ускакал.
Гор повернулся к Гаэдору, настала пора поговорить с будущим мужем Тори.
— Гаэдор, тебе есть куда привести мужа? — задал он вопрос.
— Дом у меня есть, и я вполне обеспеченный, продажа артефактов приносит очень неплохой доход.
— Вы с Тори уже обговаривали свадьбу?
— Еще не успели, но, думаю, недели на подготовку хватит.
— Лучше реши этот вопрос с Тори, чтобы потом не нарваться на скандал.
— Мой зверек не станет скандалить, — уверенно заявил Гаэдор. — Он добрый, послушный мальчик и не станет мне перечить, хотя бы потому, что я в семье буду главой, так как являюсь доминантом.
— На твоем месте я бы не был так категоричен, — усмехнулся Гор. — Утверждать, что именно ты станешь главой в семье, с твоей стороны крайне глупо и неосмотрительно и, к тому же, наивно. Физическая слабость не показатель слабости духа, и если будешь считать мужа милой податливой зверушкой, тебя ждет много неприятных открытий.
— Я не считаю его податливым.
— И правильно, а еще мой тебе совет: начинай привыкать к тому, что при малейшем движении его брови придется принимать позу подчинения. И тогда в твоем доме будет мир, а в постели тебя будет ждать ласковый горячий котенок, а если ты начнешь качать права, все будет в точности наоборот. Так что в твоих же интересах прикинуться перед мужем кротким и безотказным и ни в коем случае не претендовать на главенство, это очень облегчит твою жизнь, и тебя будут считать лучшим из мужчин.
— Хитро, — задумчиво произнес Шуэнор.
— Согласен, — кивнул Тоисэр.
— Спасибо, — поблагодарил Гаэдор.
— Добро пожаловать в реальность, мальчики, — рассмеялся Гор. — Чем хотите отпраздновать расставание со статусом хозяина своей жизни?
— Что-нибудь безалкогольное, — сказал Шуэнор, — я и так уже чуть не оскандалился сегодня, не хватало, чтобы Фюил меня еще в пристрастии к алкоголю обвинил.
— Тогда всем лимонад, — усмехнулся Гор.
— Да, так будет лучше, — согласились с ним женихи.
— Малыш, — Чамидэр застыл на пороге комнаты Лонго. Парень, растерянно топтавшийся около шкафа, обернулся и стыдливо покраснел, наткнувшись взглядом на его член.
— Ты голый, — зачем-то озвучил очевидное Лонго и, смутившись еще сильнее, отвернулся.
— Ты тоже, — Чамидэр приласкал взглядом изящную фигурку мальчика, надолго задержавшись на его маленьких упругих ягодицах. Возбуждение горячей волной ударило в пах, туманя рассудок, член дернулся, приходя в боевую готовность, а кожа покрылась испариной. Обругав себя, мужчина, трясущейся от неистового желания, рукой прижал к животу каменно затвердевший член, чтобы не смущать мальчика и, судорожно переведя дыхание, произнес: — Нам нужно поговорить.
Спина Лонго напряглась.
— О чем? — прошептал он. — О том, как я бесстыдно предлагал себя при всех? Теперь все будут считать меня шлюхой! — Лонго, спрятав лицо в ладонях, горько разрыдался.
— Боги! — взвыл Чамидэр. Ему отчаянно хотелось прижать к себе мальчика и утешить. — Ты вел себя так не по своей воле, а под воздействием моих чар. Пожалуйста, не плачь, ты рвешь мне сердце.
 
— Это ужасно, как я теперь им в глаза буду смотреть? — просипел Лонго и снова заплакал.
— Малыш, прошу тебя, не надо, — Чамидэр, чувствуя полное бессилие от невозможности успокоить своего мальчика, смотрел на его подрагивающие плечи и до крови кусал губы. — Пожалуйста.
— Я шлюха, — в голосе парня прозвучало такое отчаяние, что мужчина, не выдержав, бросился к нему и крепко обнял.
— Не смей так себя называть! — строго произнес он. — Я идиот, — пробормотал он, почувствовав, как тело под его руками напряглось, а затем прильнуло к нему. Чувственно застонав, Лонго потерся об него и, подняв руки, вцепился в плечи.
— Боги, что теперь делать?! Я точно идиот, — растерянно пробормотал Чамидэр. Он пытался заставить себя разжать объятия и отойти от парня, но тело слушаться его не желало. Изнывающий от страсти Лонго тяжело дышал и требовательно терся об него, наконец, он потерял терпение и сердито укусил его чуть ниже ключицы, поторапливая.
— Погоди, малыш, нам нельзя, — перед глазами Чамидэра все плыло, и тело ломило, но он все еще не переставал надеяться, что сможет устоять и не совершить ошибки.
— Возьми меня, — нетерпеливо прорычал Лонго и ухватил его за член.
— Боги, — простонал Чамидэр, нежные пальчики, сомкнувшиеся на его плоти, снесли остатки разума. Переместив ладони на ягодицы парня, он крепко их сжал и застонал от чувственного восторга. Лонго еще раз куснул его, подгоняя к более решительным действиям. Подхватив парня под ягодицы, Чамидэр шагнул к комоду и усадил на него Лонго. С трудом сфокусировав взгляд, мужчина потянулся к баночкам, стоявшим около зеркала. Зубами сдернув крышечку с первого попавшегося ему под руку флакона, он вылил его содержимое на член и отбросил.
— Давай, — Лонго потянулся к нему. Зарычав, Чамидэр впился в его розовый рот и принялся терзать нежную плоть, умирая от наслаждения. Парень закинул ему ноги на бедра и прогнулся, вжимаясь в тело. Чамидэр пристроился к его входу и начал медленно входить, несмотря на нестерпимое желание жестко вбиться. Лонго напрягся от болезненного проникновения, почувствовав его напряжение, мужчина оторвался от его губ и, шепнув:
— Потерпи немного, — принялся ладонью ласкать его член. Лонго, издав протяжный стон, полный удовольствия, откинул голову, открывая шею. Чамидэр впился в нежную кожу шеи губами и, резко двинув бедрами, вошел в парня до конца и остановился, наслаждаясь тугим горячим нутром. Лонго сильно стиснул его плечи и прижался лбом к плечу. Чамидэр, поцеловав его в щеку, начал движение, медленно и тягуче, но надолго его не хватило, и он стал резко вбиваться, вырывая из мальчика стоны наслаждения.
— Глубже… да-а… — лихорадочно прошептал Лонго, вновь откидывая голову. Чамидэр приник губами к напряженной шее и яростно заработал бедрами. Дрожа всем телом и захлебываясь криком, Лонго кончил и обмяк, Чамидэр еще пару раз толкнулся в него и излился в жаркую глубину. Крепко прижав к себе своего мальчика, он, пошатываясь на подгибающихся ногах, с трудом добрел до кровати и упал в нее вместе с парнем.
— Теперь и умереть не жалко, — хрипло произнес он, улыбаясь искусанными губами, и, удобно устроив рядом с собой вялое тело своего мальчика, погрузился в сон.
Немного поболтав с членами своей семьи, Гор с Кайлом отправились на второй этаж, помочь сынам с прическами. Не дойдя нескольких шагов до комнаты Тори, Гор остановился и, принюхавшись, гневно раздул ноздри.
— Все-таки не удержался, драный кошак! — прорычал он, учуяв смешанный запах спермы, Чамидэра и Лонго. — Убью его, гада!
— Поздно убивать, — остановил жениха Кайл. — Что будем делать? Мага звать?
— Хрен ему! Домой прогоню, пусть помучается.
— Ладно, тогда после ужина выпроводим прочь.
— Вот же дерьмец! — проворчал Гор. — Ведь ясно сказал ему, чтобы держал член в штанах!