Воды дивных островов

Тут заговорила Заряночка твердым голосом и молвила:"Госпожа, вот я и возвратилась к тебе, и, как видишь, ровно в том же виде, в каком бежала от тебя; и задумала я поселиться в этом краю - что скажешь?" Но не пошевелилась ведьма, и ни словом не отозвалась в ответ на речи девушки, а коровы, что замолчали было при появлении незнакомки и отпрянули от нее, снова жалобно замычали. 
Заряночка сделала еще шаг и молвила:"Или не слышишь ты меня, госпожа, или гневаешься не на шутку и размышляешь, какую бы кару на меня обрушить?" Но старуха по-прежнему молчала, а коровы взмыкивали беспокойно время от времени. Еще на шаг приблизилась Заряночка, и воскликнула громко:"Скажи по крайней мере, мир промеж нас или разлад?" 
Но тут разглядела Заряночка, что глаза ведьмы широко открыты и слепо глядят в пространство, а губы белы как мел, а иссохшие руки скрючены; и вскрикнула девушка, и молвила:"Неужто мертва она? А ну как пробудится сейчас и побьет меня? Да нет же, и впрямь мертва она". Девушка протянула руку, и коснулась лица ведьмы, холодного, как камень, и убедилась, что колдунья и в самом деле вне всякого сомнения скончалась. 
Тогда словно камень свалился с души девушки, и огляделась она, и окинула взором луга, и подняла глаза к кронам дерев, и опустила глаза к журчащему у ног ручью, и все вокруг ласкало и радовало взгляд, и успокаивало сердце. И повернулась Заряночка к коровам, что нерешительно подступили к незнакомке, и рассмеялась весело, и ушла в сарай, и вернулась оттуда с ведерком и скамеечкой, и подоила скотинок одну за одной, и побрели коровы на луг, мыча совсем по-другому, а именно от радости на этот раз. А Заряночка опустилась на колени, и напилась сладкого парного молока, а затем встала и поспешила в дом, и убедилась, что ничего там не изменилось и не ухудшилось, насколько можно было судить на первый взгляд. В углу по-прежнему стояла ее кровать, а над кроватью возвышалось ложе госпожи, огромное и роскошное; а у двери находился закром для всякой снеди. И заглянула туда девушка, и обнаружила три краюхи на полке, а внизу - бочонок для провизии; и взяла девушка краюху, и разломила ее, и принялась есть хлеб, расхаживая по горнице. В углу у закрома притулился ее лук, а на стене рядом висел колчан со стрелами. Деревянная скамья-ларь стояла наискось к очагу; и улыбнулась девушка, и приложила запястья к спине деревянного медведя, что служил скамейке поручнем: туда ведьма обычно привязывала пленницу за руки, собираясь наказать ее. 
Затем подошла девушка к сундукам, что выстроились вдоль стены, и откинула крышку одного из них, и обнаружила внутри пару своих сорочек, пожелтевших от времени, и старое серое рубище, оборванное и ветхое, словом, ровно такое же, как в последний раз, когда надевала его Заряночка, а теперь еще и побитое молью; и извлекла девушка на свет сорочки и рубище, и разложила их на скамье. Затем открыла Заряночка второй сундук, и нашла в нем броские, франтовские наряды и прочие уборы ведьмы; и там же, словно и их носила колдунья, лежали башмачки и зеленое платье, вышитые руками Заряночки. И сказала девушка:"Нет же, в дурном обществе побывали вы, и не одену я вас, хоть и хороши вы, по крайней мере, до тех пор, пока не окурят вас благовониями и не освятят для меня". 
Затем вернулась Заряночка к скамье, и надела старую свою сорочку и ветхое платье, и молвила:"На сегодня сгодитесь вы мне для той работы, что предстоит исполнить". И нахмурилась девушка при этих словах, и твердой стопою вышла из дома, и постояла немного, разглядывая мертвое тело своей мучительницы, и подумала, что вот перед нею та, от которой некогда зависела сама ее, Заряночкина, жизнь и будущность; та, что так часто возвращалась к ней днем в воспоминаниях, когда девушка уже вырвалась из-под ее власти (хотя, как говорилось прежде, редко снилась ей ведьма ночами); и более того, еще час назад так боялась ее девушка, что едва на ногах стояла от страха, а теперь она для Заряночки значит не больше, чем бревно безжизненное. 
  
И сказала себе Заряночка, что дело есть дело, и нельзя его откладывать; и отволокла она тело от крыльца, и перетащила его через ручей, и на луг, а затем возвратилась назад и принесла из сарая лопату и мотыгу, и принялась рыть могилу для той, что встарь наводила на нее такой ужас. Но как бы усердно ни трудилась девушка, не успела она закончить работу до наступления ночи, а копать под покровом тьмы ей совсем не хотелось. Засим ушла Заряночка в дом, и зажгла свечи, недостатка в которых не было, и поужинала молоком и хлебом, а после долго еще сидела при свечах, вспоминая, как жила до тех пор, пока в груди ее не пробудилась страсть. И слезы брызнули из глаз ее, и разрыдалась Заряночка от любви к другим и от жалости к себе самой, и нескоро уняла слезы. Со временем подошла девушка к кровати, на которой почивала встарь, и прилегла, и заснула. И госпожа ее не восстала к жизни и не потревожила покоя Заряночки; и отнюдь не ее видела девушка во сне, но матушку свою и мастера Якоба в славном городе Пяти Ремесел; и, не просыпаясь, плакала бедняжка при мысли о них. 
Глава 17. Заряночка предает земле тело ведьмы и находит разбитую Посыльную Ладью. 
На рассвете пробудилась Заряночка с тяжелым сердцем, и вспомнила, что предстоит ей сделать. Засим поднялась она, и оделась, и отправилась прямиком к начатой могиле, и трудилась не покладая рук, покуда не углубила яму, а затем отволокла туда тело ведьмы и засыпала его землею. Затем искупалась девушка в ближайшей заводи ручья, и возвратилась в дом, и позавтракала хлебом и молоком; а утро уже стояло в разгаре. Затем принялась Заряночка хлопотать по дому: хлебы в печь посадила, и вышла на луг подоить коров и коз, и разлила молоко в кувшины, чтобы сбить впоследствии масло да сыр, и за что бы ни бралась, все делала обстоятельно, словно собиралась надолго поселиться на том дворе. А затем прилегла отдохнуть телом, хотя в мыслях ее царило смятение. И сказала себе Заряночка, что в этот день не пойдет к Дубу Встреч повидаться с лесной матушкой, но дождется ночи, на случай, ежели случится что необычное, о чем не мешало бы рассказать подруге. 
Когда же солнце опустилось к горизонту, поднялась девушка, и вышла за порог, и прошлась по лугу, прислушиваясь к песне птиц да поглядывая на коров и коз, что мирно паслись на траве, и великое умиротворение снизошло на Заряночку при мысли о том, что все это принадлежит ей, дабы жила она тут в покое да в радости, насколько возможно это для одинокого дитяти Адамова. 
Наконец дошла Заряночка до песчаной косы у озера, и остановилась, глядя на Зеленый Остров, где буйно разрослись за эти годы лозы да ивы, и сказала себе, что непременно сплавает туда завтра. Но теперь ноги сами понесли девушку на восток, в сторону ольховых зарослей, к гавани Посыльной Ладьи; ибо запало девушке в душу поглядеть, не увидит ли там какого знамения. 
Засим тихонько побрела Заряночка по стежке вдоль берега, вспоминая, как в прошлый раз бежала по той же тропке со всех ног, и добралась, наконец, до потаенной бухточки, и поглядела на воду не без робости. И померещилось ей, что и впрямь видит она ладью на привычном месте; но когда присмотрелась девушка повнимательнее, то убедилась, что от кормы до носа рассохлись доски, и в зазорах плещется вода, и растрескались банки да шпангоуты, так что никогда уже этой ладье не плавать по волнам. И молвила Заряночка тихо:"Выходит, и ты мертва, ровно так же, как и хозяйка твоя? Верно, почуяла ты приближение смертного часа, так же, как и она, когда покинула ты меня на Острове Непрошенного Изобилия?" Но не было ответа девушке, и продолжила она:"Должно ли мне похоронить тебя, как похоронила я твою хозяйку? Нет, этого я делать не стану, разве что ты меня принудишь; похоже на то, что вскорости мало что останется от твоих досок да планок теперь, когда жизнь в тебе иссякла. Пусть дух твой воссоединится с призраком ведьмы, буде на то твоя воля".