Воды дивных островов

Заметив нас, чужак натянул на мгновение поводья, а затем направился было в мою сторону, но я вложила стрелу в тетиву, и нацелилась в него, и крикнула ему остановиться. Тут услышала я, как рыцарь в алом хрипло расхохотался во все горло и закричал:"Нет, это ты постой, пригожая охотница, а я уж не побоюсь твоих стрел, лишь бы до тебя добраться. Но с чего бы вон тот лежебока, что разлегся у твоих ног, не поднимется и не бросит мне вызова, раз уж он твой полюбовник? Или он мертв?" Голос незнакомца звучал резко и гулко, и я ужасно его испугалась; и страх, равно как и мужество, заставили меня спустить тетиву, не мешкая долее; и, несомненно, страх тому виною, что стрела пролетела в дюйме или около того от правого плеча всадника. Снова услышала я его хриплый смех, и увидела, как наклонился он вперед и дал шпоры коню; я понимала, что другую стрелу достать не успею, засим подобрала я юбки и бросилась бежать сломя голову; но, несмотря на то, что весьма проворна я, меня это не спасло, ибо платье затрудняло движения, и, кроме того, сбитая с толку, не знала я, куда направиться, ибо ведала, что в воде конь меня нагонит. 
Засим всадник поравнялся со мною в мгновение ока, и протянул руку, и ухватил меня за волосы, и притянул к себе, одновременно останавливая коня. Тут он снова расхохотался и молвил:"Воистину, раскрасневшаяся да растрепанная, беглянка не так пригожа; ну да это дело поправимое; но, клянусь Алым Петром! - что у девчонки за ножки!" Затем он отпустил меня, и спешился, и, толкая меня перед собою, двинулся к моему спутнику, по-прежнему погруженному в непробудный сон. Оказавшись подле спящего, Красный Рыцарь склонился надо мною, и уставился мне в лицо; и разглядела я, сколь он огромен, и еще заметила огненно-рыжую прядь, что выбилась из-под шлема. Зеленые глаза незнакомца свирепо глядели из-под кустистых рыжих бровей; всем видом своим наводил он ужас. 
И вот заговорил Красный Рыцарь гневно и грубо, словно я в чем-то перед ним провинилась:"Эй ты, отвечай, кто ты сама такая и кто это?" Я промолчала, ибо от страха слова застыли у меня на устах. Супостат топнул ногою и закричал:"Ха! - ты что, онемела? Говори! а не то хуже будет!" Ответствовала я, дрожа всем телом:"Зовут меня Заряночка; я никому не принадлежу; родни у меня нет; что до этого человека, имени его я не знаю". Вопросил Красный Рыцарь:"Ты живешь в Замке Обета? Уж не наложница ли ты тамошних скромников-паладинов?" Несмотря на владеющий мною ужас, в сердце моем вскипел гнев, и отозвалась я:"Я живу в Замке Обета". Рявкнул Красный Рыцарь:"А этот человек (тут он повернулся и пнул спящего в бок), где ты с ним сошлась?" Снова промолчала я, и зарычал он:"Отказываешься отвечать, да? Смотри мне, а не то заговоришь под принуждением, я уж о том позабочусь. Теперь скажи мне вот что: уж не повстречались ли вы в Черной Долине Серых Овнов?" Снова не знала я, что ответить, дабы не причинить ненароком зла тому, кто раскаялся во зле, мне причиненном. Но Красный Рыцарь расхохотался и молвил:"Это я тебе припомню: первое - что ты-таки выстрелила в меня из лука, второе - что-таки попыталась бежать от меня, и третье - что не спешишь отвечать на мои вопросы. Но от того мне ни жарко, ни холодно; ибо, во-первых, стрела твоя пролетела мимо; во-вторых, ноги тебя не спасли (хотя пока бежала ты, глядеть на них было одно удовольствие); и, в третьих, все, что ты могла бы сообщить мне, я знаю и без тебя. Теперь сообщу я тебе, что сегодня - пятница, а вы двое впервые повстречались в Черной Долине во вторник; теперь задам я тебе последний вопрос, а ответишь ты или нет, это уж как тебе угодно, ибо вскорости я разбужу этого проворного и непоседливого рыцаря, и полагаю, что уж он-то мне скажет правду об этом деле, даже если об остальном умолчит. Скажи-ка, ты, распутница Паладинов-скитальцев, где и сколько раз начиная с вторника довелось тебе лежать в объятиях этого достойного рыцаря?" "Нигде и никогда", - ответствовала я. "Думается мне, что ты лжешь, - проговорил Красный Рыцарь, как бы то ни было, посмотрим, что поведает нам вот этот доблестный воин. Ха! - ты полагаешь, что разбудить его окажется непростым делом, не так ли? Ну что же, поглядим. Тот, кто наслал сон, сумеет и разогнать его". 
  
Тут подошел он к Черному Рыцарю, и склонился к самой голове спящего, и произнес над ним несколько слов, однако так тихо, что ничего не удалось мне разобрать; и в то же самое мгновение спутник мой вскочил на ноги, да так внезапно, что едва не столкнулся с Красным Рыцарем. Незнакомец в черном постоял немного, пошатываясь и моргая, однако же каким-то образом умудрился извлечь из ножен меч; и Красный Рыцарь не остановил его руку, но, едва тот отчасти пришел в себя, заговорил снова:"Привет тебе, сэр Томас, Верный Томас! Мягко твое ложе, а уж наложница-то как хороша!" 
Черный Рыцарь отпрянул от противника; он уже окончательно стряхнул с себя сон, и стоял настороже, не произнося ни слова. Тут молвил Красный Рыцарь:"Сэр Томас, я задал этой прекрасной даме вопрос, но память бедняжку подводит, и никак не может она ответить; может быть, ты справишься лучше. Расскажи-ка мне, где и сколько раз разделял ты с нею ложе начиная с прошлого вторника и вплоть до сегодняшнего дня?" "Нигде и ни разу", воскликнул сэр Томас, хмуря брови и поигрывая мечом. "Ха, - молвил Красный Рыцарь, - слышу эхо ее слов. Ло, это вы сговорились промеж себя. Но, по крайней мере, исполнив мое поручение (хотя, сдается мне, не особо-то поспешая), и добыв мне эту женщину, ты, без сомнения, везешь ее теперь в Красную Крепость - как бы ты там не поразвлекся с нею по дороге?" "Нет, отвечал мой друг, - я увожу ее подальше от Красной Крепости". "Горе тебе, молвил второй, - что повстречался ты со мною, и при том наполовину безоружен". И рыцарь в алом занес было меч; но тут же снова опустил клинок острием вниз. 
Тут Красный Рыцарь заговорил снова, и в голосе его уже не слышалось насмешки:"Одно слово, Томас, прежде чем покончим мы с этим делом: до сих пор ты служил мне верой и правдой, да и я тебя не обижал. Вот что скажу я: добыл ты эту женщину, и не сомневаюсь, что поначалу собирался доставить ее мне, никоим образом на нее не посягая; но затем красота девчонки вскружила тебе голову, ибо, по чести говоря, знаю я, что ты падок до женщин; и вознамерился ты оставить ее себе, чему я нимало не дивлюсь. Только, одержимый любовью, не подумал ты, что оставить ее себе ты не сможешь, покуда я жив, разве что предашь меня, перейдя на сторону моих и твоих недругов. Потому что таков уж я, что ежели чего пожелаю, так ни за что не отступлюсь. Засим, когда я усомнился в тебе, ибо черезчур ты замешкался, я навел на тебя сон и поймал тебя с поличным. И что ты можешь тут поделать? Не сомневайся, что ежели дело дойдет до мечей, я сполна заплачу тебе за попытку отнять у меня наложницу, заплачу тем, что не отниму у тебя ничего другого, кроме жизни. Однако же готов я простить тебе все, ежели ты тихо-мирно отправишься со мною и с этой искательницей приключений назад в Красную Крепость, и не станешь возражать, коли тебе я ее не отдам, а оставлю себе, пока не надоест; а впоследствии, коли пожелаешь, забирай ее, и делай с ней, что хочешь. А теперь смотри: и счастливая эта возможность, и сама жизнь, - это мой тебе дар; ибо в противном случае не видать тебе ни девицы, ни жизни". 
"О да, да, - отвечал мой друг, - я знаю, чего ты добиваешься; я был не последним из твоих дьяволов, и долгое время служил тебе на совесть, и неохота тебе меня терять; но отныне не желаю я быть дьяволом, по крайней мере, на этой земле; лучше умереть, а там уж как сложится. Господь милосердный, позаботься об этой даме и спаси ее, раз уж более не в моей это власти. Прощай, милая дева!" 
Едва слетели с уст Черного Рыцаря эти слова, как меч его взвился в воздух, и обрушил Томас на противника удар столь яростный и точный, что едва не выбил клинок из руки великана, и, не успел тот прийти в себя, как следующий удар пришелся прямо по шлему Красного Рыцаря, и разбойник рухнул на колени; и сердце во мне встрепенулось, ибо решила я, что, может статься, защитник мой одержит верх. В то же мгновение вспомнила я о ноже за поясом, и выхватила его, и подбежала к Красному Рыцарю, и одной рукою сорвала капюшон его кольчуги, а другою вонзила нож ему в плечо: однако столь могуч был мой недруг, что даже не почувствовал боли, но наотмашь размахнулся мечом и ударил противника по ноге, броней не прикрытой, и нанес ему такую рану, что тот с грохотом рухнул на землю. Тогда поднялся Красный Рыцарь, и отшвырнул меня левой рукою, и перешагнул через моему спутника, и воткнул меч ему в горло. Затем повернулся он ко мне и проговорил хриплым голосом, напоминающим резкий звук рога:"Стой и не двигайся; коли сделаешь хоть шаг, зарублю тебя на месте". И отошел он в сторону, и уселся на берегу чуть поодаль от мертвого, и вытер меч о траву, и положил его рядом, и посидел так некоторое время, размышляя про себя. Затем Красный Рыцарь подозвал меня к себе, и приказал повернуться к нему лицом, скрестив на груди руки. И молвил он мне:"Ты - моя рабыня и моя собственность, ибо так постановил я немало дней тому назад; и теперь ты в моих руках, и могу я поступить с тобою так, как мне вздумается. Но вместо того, чтобы быть со мною покорной и кроткой, ты взбунтовалась против меня, выстрелила в меня из лука, попыталась бежать, отказалась отвечать на мои вопросы, и ударила ножом. Короче говоря, ты стала врагом мне. Скажу более: это по твоей вине потерял я доброго слугу и верного сотоварища, какового любил я; это ты его убила. Так вот размышляю я: что теперь с тобой делать. Отозвалась я:"Ежели заслужила я смерть, так кончай скорее и убей меня тут же на месте, только, заклинаю тебя, заклинаю твоей матерью, не увози меня в свой дом!"