Воды дивных островов

По гладкой, накатанной дороге шли они, по обе стороны расстилались зеленые луга, а тут и там виднелись небольшие рощицы. Когда путники удалились от ворот на достаточное расстояние, священник взял девушку за руку и таким манером повел за собою, и Заряночка позволила ему это, и никаких дурных мыслей не закралось ей в голову; у капеллана же некоторое время слова не шли с языка, такое смятение охватило несчастного от прикосновения к ее ничем не прикрытой плоти. Заряночка же заговорила и молвила:"Как добр ты, отец мой, что согласился отвести меня". 
Потупив взор и, ежели уж начистоту, не отрывая глаз от ее ножек, священник ответил срывающимся голосом:"Я веду тебя недалеко; вон там, у рощицы за поворотом дороги, стоит полуразрушенная хижина, где сможешь ты переждать ночь; лучше уж такое пристанище, нежели никакого, хоть и мало подобает оно такой, как ты". Рассмеялась Одинокая Птичка и молвила:"Знавала я и похуже, нежели рощица без хижины". И при этом подумала она о темнице на острове Непрошенного Изобилия. 
Голос девушки показался священнику столь приветливым и веселым, что он отчасти стряхнул с себя угрюмую задумчивость, порожденную страстью, и поднял глаза, и молвил:"Вот что скажу я тебе, леди: думается мне, к господам моим привело тебя дело поважнее, чем просить у них прибежища, вопреки обычаю замка. Предчувствую я, какого рода твое поручение; и о том скажу больше чуть погодя; а теперь присоветую тебе, как лучше поступить, чтобы переговорить с владельцами замка как можно скорее. Лорды уехали прочь вместе со свитой, дабы добыть оленины, или, скажем, говядины да баранины нам на пропитание; и, может статься, случилось им по дороге и сразиться с кем-нибудь, ибо скверные у нас соседи. Но ежели вернутся они с победой, то проедут этой дорогой, и всенепременно минуют твою рощицу; и ежели приведется тебе задремать, то шум тебя обязательно разбудит. Тогда только всего и нужно тебе сделать, что выйти на свет и встать у всадников на пути, дабы тебя заметили; а едва заметят они тебя, то как проедут мимо, не заговорив?" 
"От всего сердца благодарю тебя за совет, - отвечала Заряночка, однако же хотела бы я расспросить тебя о двух вещах: первая - как прозывается замок, что остался у нас за спиною? и второе - почему в обычае у вас запираться от женщин?" Отвечал капеллан:"В здешних краях замок сей окрестили Белым Приозерным Равелином; но промеж себя мы называем его Замок Обета; а такое имя дано ему потому, что господа мои разыскивают своих утраченных возлюбленных; и поклялись они великой клятвой, что ни одна женщина не войдет в замок до тех пор, пока возлюбленные их не переступят порога замка". 
При этих словах Заряночка воспряла духом и подумала, что попала именно туда, куда бы желали направить ее подруги. Священник же, что не сводил глаз с девушки, увидел, как еще ярче засияла красота ее от нежданной радости, и, не в силах совладать с обуревающими его чувствами, некоторое время не мог выговорить ни слова; но, наконец, сказал:"Выслушай еще касательно твоего дела: ежели господа мои задержатся, и не приедут к заутрене; тогда не сомневаюсь я, что кастелян пошлет людей позаботиться о тебе". При этом он снова потупился и молвил:"Сам я приду к тебе, и приведу вооруженных воинов, ежели будет нужда. Однако же еще до полудня господа мои прибудут всенепременно, разве что случится с ними беда, чего Господь не допустит". Тут капеллан перекрестился; затем поднял взор, и, глядя в глаза девушке, молвил:"Не падай духом; ибо, что бы ни случилось, на произвол судьбы тебя не оставят". 
Отозвалась Заряночка:"Уж вижу я по тебе, что стал ты мне добрым другом, и радуется тому мое сердце; куда как покойно будет мне нынешней ночью в твоей хижине, а завтра поутру я наберусь храбрости и поступлю по твоему слову". 
Ласковая речь девушки оказала на священника такое впечатление, что тот только глядел на посланницу в замешательстве, словно не расслышал; и прошли они еще немного молча, пока, наконец, капеллан не заговорил снова:"Вот мы и дошли до хижины; теперь покажу я тебе твои покои". И подвел он гостью к крохотной, крытой соломой хижине; обмазанный глиной плетень ограждал полуразрушенное строение. Внутри было чисто и сухо, ибо крепкая крыша противостояла непогоде; однако никаким убранством не мог домик похвастаться, кроме охапки хвороста в углу. 
  
Там остановился священник, по-прежнему держа Одинокую Птичку за руку, и молча обвел взглядом хижину, краем глаза косясь на гостью; но, наконец, выпустил он руку девушки, и словно бы очнулся, и молвил:"Вот мы и пришли; жалкая лачуга, ничего не скажешь, даже для бродяги бездомного". "Так это как раз я и есть, - отозвалась со смехом Заряночка, - уж будь уверен, что здесь отдохну я на славу". Тогда священник извлек рог из корзины со снедью, что поставил на землю, и вручил его девушке, и молвил:"Ежели сочтешь ты, что угрожает тебе опасность, тогда затруби в рог, и мы в замке услышим его и поспешим к тебе на помощь. А теперь желаю тебе доброй ночи". 
Заряночка ласково поблагодарила священника, и тот побрел было прочь из хижины, но не отошел и двух шагов, как вернулся и молвил:"Одно мог бы я, пожалуй, сказать тебе, не навлекая гнева твоего на свою голову; а именно, что это я велел кастеляну впустить тебя. Ответишь ли что на это?" Отозвалась девушка:"Поблагодарю тебя снова и снова, ибо это спасло жизнь мою и мое поручение. И теперь еще яснее, чем прежде, вижу я, что ты мне добрый друг". 
А пока глядела она на капеллана взглядом ласковым и добрым, заметила Заряночка, что священник нахмурил брови, и в лице его отразилось смятение, и молвила:"Что печалит тебя? - уж не гневаешься ли на меня за что?" "О нет, - отвечал священник, - как мне на тебя разгневаться! Однако хотелось бы мне обратиться к тебе с просьбою". "Да, и какою же?" - полюбопытствовала девушка. Отвечал он:"Нет, не смею, не смею. Завтра, либо в другой день". А проговорил он слова эти, глядя в землю, и прерывающимся голосом; и слегка подивилась девушка своему заступнику, но не слишком, полагая, что встревожен тот чем-то, не имеющим к ней ни малейшего отношения, и не может прогнать докучных мыслей даже перед чужестранкой. 
Тут священник поднес к губам ее руку, и поцеловал, и снова пожелал Заряночке доброй ночи, а затем торопливо ушел из хижины; когда же удалился он на достаточное расстояние, то проговорил вполголоса, однако же так, чтобы гостья не расслышала:"Когда бы только насмелился я попросить, уж верно, позволила бы она мне поцеловать ее в щеку. Увы! - что я за безумец!" 
Заряночка повернулась к своему ложу из хвороста; душистым и чистым оказалось оно; покой и мир царили в мыслях странницы, хотя телом устала она несказанно. Хорошо ей было в крохотной заброшенной хижине; с первого взгляда и всем сердцем полюбила девушка луговой этот край, и не могла нарадоваться ему после всех невзгод, пережитых на воде; и показалось Заряночке, что даже сейчас, в быстро сгущающихся сумерках, земля эта шлет ей ласковый привет. И вот прилегла скиталица, не раздеваясь, на случай, ежели придется ей вставать второпях, и явить на себе доверенные тремя дамами знаки. 
Некоторое время Заряночка лежала, не закрывая глаз, довольная и счастливая, прислушиваясь к соловьиным трелям в кустарнике, а затем погрузилась в сон, и ничего не нарушало этого сна до тех пор, пока краткую ночь не сменил день. 
Глава 3. Как Заряночка принарядилась для встречи с Паладинами Обета. 
Утренние трели птиц разбудили Заряночку еще до того, как взошло солнце; но до поры девушке не хотелось вставать, так хорошо и покойно ей было; тем более, что вспомнила она, где находится, и сказала себе, что поручение ее, похоже, вскорости будет исполнено; и подумала скиталица о своих подругах, которых оставила на Острове Непрошенного Изобилия, и благословила их за доброту, и любовь трех дам согревала ей сердце, и в таких мыслях Заряночка снова заснула.