Проклятое кольцо: связанная с демоном (СИ)

— Забудь об этом, Ньяна. Пока мы с Эйданом живы, с вами ничего не случится, — как-то непривычно было осознавать, что кто-то готов вступиться за нас.
Я хотела поблагодарить мужчину, который так неожиданно вернулся в мою жизнь. Но как обратиться к нему не знала. Мне была непривычна и незнакома такая забота. Я чувствовала, что он искренне делает всё, чтобы помочь. Может для нас ещё не все потеряно? Отец словно понял мои метания. Подойдя к моей постели, он опустил руку мне на голову:
— Отдыхай, Габи. Испытание — нелёгкое мероприятие, и как бы я ни хотел его облегчить для вас, но, к сожалению, тоже не всесилен, — он поднял голову и посмотрел на подруг. — Единственное, что вы точно должны знать — большинство за вас. Все понимают первопричины. Каждому из нас, так или иначе, приходилось сталкиваться с тьмой, выгнавшей вас из дома. С остальным мы справимся, — что он подразумевал под этим «остальным» так и осталось для меня загадкой.
— Спасибо, — невысказанное «отец» так и осталось висеть в воздухе. Я не могла дышать от комка, который, казалось, перекрыл мне весь кислород. Мне хотелось вернуться в те дни, когда жизнь была ещё не такой сложной.
После того, как отец и демон покинули палату, мы с девочками, принялись обсуждать, что нам предстоит сделать до начала испытания. Внезапно разум заполнил какой-то потусторонний шепот. Он раздавался буквально отовсюду. Сотня голосов говорила со мной на неизвестном мне языке. Часть из них явно была чем-то обеспокоена, другая — была умиротворенной, словно океан в штиль. Я силилась прислушаться к ним. Пыталась понять, к кому было их обращение. Но это было тяжело сделать из-за говоривших рядом подруг.
Приложив палец к губам, я прошипела им:
— Тсссс, — Ньяна и Адэль опешили, но замолчали.
Мне пришлось подняться с кровати. Я прикрыла глаза и позволила чувствам себя вести. Шла, пока ноги не уперлись в стену. И тут меня озарило. Невероятно! Совершенно невозможно было представить, что происходящее реально! Со мной говорило само Сердце Академии. Оно хотело что-то мне показать. В такие важные минуты вопросы: как и почему отступают на задний план.
Я просто подняла руку и приложила ладонь к стене. Шквал ощущений и видений обрушился на меня. Я видела, как горели стены Академии Садар. Как ей было больно, и она беззвучно плакала, неспособная защитить саму себя. Магический огонь сжигал дотла все: начиная от мебели и заканчивая любым живым существом на своем пути. Академия рассказывала мне, что почувствовала в нас родную магию. Её основатель был с тех мест, где мы родились. Он умер, пытаясь защитить свое детище. Но перед лицом зла кристально чистый маг оказался беспомощен.
Академия, словно родная мать, ласково прикасалась потоками магии, утешая и заверяя в том, что никогда не изгонит тех, кто так же, как и её хозяин поклялся бороться со злом в этом мире. Она говорила о том, что у меня и девочек великая судьба. И однажды мы принесем очищение от скверны всему сущему.
Постепенно Сердце успокоилось, потоки магии сошли на нет. Я тяжело осела на пол. Да, сейчас была уверена в том, что испытание пройдем. А даже если где-то и не справимся, то сама Академия нам поможет, за что я чувствовала безграничную благодарность. Но, с другой стороны, мне было невыносимо больно и грустно. Я прекрасно понимала, про какое зло говорила Академия. Царилла протянула свои гнусные руки и сюда, нанеся непоправимый ущерб чистому порождению магии.
Девочки подлетели ко мне:
— Что это только что было? Ты была как будто в коконе! Мы не могли до тебя добраться! — Адэль руками ощупывала все мое тело в поисках повреждений.
Я схватила ее за руку и улыбнулась от всей души:
— Мы пройдем испытание.
Глава 9
После случая в лазарете испытание уже не вызывало страха. Я понимала, что мы с девочками нашли своё место, и никто его уже не отнимет. Выписали меня достаточно быстро. Поэтому и времени на подготовку было хоть и немного, но достаточно.
Вернувшись в свою комнату, я сразу была захвачена в пушистый плен своего фамильяра. Малыш уже успел подрасти.
 
— Пришлось делиться со зверем своей силой. Растущий организм требует много энергии, — Ньяна с ласковой улыбкой потрепала того по голове. Однако интерес для зверя представляла именно я. Забравшись ко мне на колени, мантикор урчал, как хорошо смазанный мотор.
Удивительно, но и отец и новый преподаватель на это время оставили меня в покое, давая при этом понять, что они рядом и, собственно, всё видят и замечают. Зато внимания прибавилось со стороны студентов. Буквально вчера у нас с девочками наметилось сразу по три свидания. У каждой. Стоит ли говорить о том, что все они были отклонены? А ещё у несостоявшихся ухажеров наметились проблемы в учебе. Причем там, где их в принципе не должно было быть.
— Габриэлла, — сколько пафоса-то в голосе, — к сожалению, я не смогу уделить тебе внимание вечером. Преподаватель по зельеварению недовольна моими результатами и завтра она ждет подробный отчёт по ошибкам. Я должен сконцентрироваться на обучении, — тощий высокий эльф стоял с такой скорбной миной, что мне было даже жаль его добивать тем, что на свидание к нему я несильно-то и спешила. Как, собственно, и уточнять, с чего преподаватель, который ставил в пример парня, вдруг посчитал, что тот не успевает и мало занимается. Белая грива волос, которая мелькнула, буквально случайно, в конце коридора ни у кого подозрений не вызвала. Кроме меня. Я ощущала себя территорией, которую все хотят завоевать. Вот только её не спросили, оно ей надо? Поэтому пришлось подыграть и, выдавив из себя пару жалостливых слезинок, посетовала на несправедливость судьбы и бочком постаралась ускользнуть от неудавшегося ухажера.
Пока шла по коридору в лекционный зал по защитной магии, заметила, как навстречу мне разъярённой фурией летела моя Ньяна. Рыжие волосы развевались подобно яркому флагу, голубые глаза горели ледяным огнем и жаждой крови. В меня подруга в прямом смысле слова впечаталась, причём по началу даже, кажется, не поняла, кто перед ней.
— А ну с дороги! — если бы я не знала Ньяну, то наверно от испуга шарахнулась бы в сторону.
— Ньяна! Ау! Что произошло? — я в принципе уже предполагала, что конкретно так взбесило подругу. По её следам бежал молодой оборотень с пятого курса.
— Ньяна! Подожди! Почему ты так разозлилась? Я же не намекаю на какую-то близость, — на этих словах парень так мило покраснел, что даже я на секунду дрогнула.
— Нет, Фарх, ты не намекаешь! Ты практически прямым текстом это произнес. И что это за подкаты такие дешёвые? Посмотрим на звёзды в моей комнате? Какие, к демонам, звёзды? Почему эта блестящая идея возникла в твоей голове только сейчас? Три года даже и не думал делать мне таких предложений! — у меня возникло желание спросить у подруги «а ты, что, ждала?» Но я предпочла благоразумно промолчать. Ньяна и так была доведена до ручки.
— Ну, так три года назад ты не была такой красивой. Так. Средненькая какая-то. А сейчас что надо. И фигура есть. Да и неглупая ты. Вроде.
Мысленно я уже прочитала реквием по оборотню. Это ж надо, незамысловато и комплимент сделал, и… в общем вы поняли. Подруга побагровела так, будто у нее перехватило дыхание, и она никак не может сделать новый вдох. А дёргавшийся глаз говорил, что точка кипения пройдена, и возврат к спокойной Ньяне случится не скоро.
— Выглядеть, говоришь, стала хорошо? Фигура есть? Неглупая? — Ньяна мило улыбнулась и походкой от бедра, к слову, я и не знала, что она так может, подошла к оборотню. Провела пальчиком по вороту его рубашки, погладила по лицу и мило так, с придыханием проворковала:
— Фарх, ты же знаешь, что очень сильный оборотень, да? — кажется, у парня подскочило давление. — Ты весьма привлекательный молодой человек, — ответом Ньяне послужил неуверенный кивок. — Твой голос завораживает практически каждую девушку нашей Академии, — признаюсь честно, мне до жути было любопытно, что же вытворит эта чертовка. А то, что она это сделает, я не сомневалась. Пальчик по-прежнему порхал то по лицу оборотня, то по краю рубашки, то по волосам, отчего сам парень, кажется, не на шутку млел. По крайней мере, выражение его лица было именно таким. — И вот раз весь ты такой хороший, что ж такие глупости творишь? — следующее, что услышала я и весь коридор студентов, был болезненный стон, и звук падающего тела. Фарх, корчась на полу, держался за переносицу и в голос стонал от боли. Удар головой, как, впрочем, и вся техника боя, у Ньяны поставлены хорошо. Инструктор по боевому искусству не зря гордился своей ученицей.