Вернуть Боярство 11 (СИ)

Вот и сейчас чародей стоял в комнате, полностью обнаженный, и закрыв глаза, сосредоточенно тренировал контроль над маной и скорость плетения чар. Разумеется, не полноценными заклинаниями — резерв на подобное в военное время стал бы тратить лишь идиот. Так, «пустышки» — тренировочные формы чар, без особого смысла. На самом минимуме расхода маны, для чародеев его… Хотя не так — для чародеев нашего ранга совсем незаметных.
Стоило мне зайти к нему, как мой друг тут же обернулся, удивленно глядя на меня. Я скрывал ауру, направляясь к нему, хотел удивить и устроить сюрприз, а он слишком увлекся своими занятиями, так что до последнего меня не замечал. И лишь когда высвобожденная аура чародея седьмого ранга хлынула от меня во все стороны, заполоняя собой всё вокруг, он вернулся из глубин своего разума.
— Я, конечно, не сомневался в твоем успехе, Аристарх, — поглядел он на меня как на какую-то диковинку. — Да и привык к тому, что далек от рамок нормальности… Но как так вышло, что у тебя, едва взявшего ранг, резерв маны процентов на тридцать больше чем у большинства Архимагов в городе⁈ Прими мои поздравления, господин Глава! Теперь у Николаевых-Шуйских аж два Архимага, что сразу повышает наш статус в обществе. Не говоря уж о том, что ты оставил далеко позади планку гения от магии… Ты скорее аномальный монстр — Архимаг в двадцать один!
— Что сказать, я особенный, — ухмыльнулся я. — И вообще, это всё конечно, очень приятно, но ты бы срам прикрыл, что ли. Мне на твоё хозяйство смотреть радости не доставляет. И вообще — к чему весь этот эксбиционизм?
— По совету своего контрактора занимаюсь, — пояснил он, пожав плечами. Приложив легкое мысленное усилие, он заставил воздух сформироваться в довольно точную копию человеческой руки, которая поплыла к нему по воздуха с зажатыми в ней штанами. — Говорит, по утрам нужно хотя бы час выделять тренировкам полностью без одежды, что бы научиться тоньше чувствовать воздух. Всем, так сказать, телом…
— И что, помогает? — недоверчиво поинтересовался я.
— Как ни странно — да, — пожал он плечами.
Впрочем, о чем это я — вот так точно сформировать руку из воздуха и столь ювелирно ей действовать это действительно признак отличного контроля. Разнести всю эту комнату одним заклятием гораздо, гораздо проще, чем проделать подобный трюк. Что ж… К нужному результату в магии частенько ведут тысячи дорог — и каждая из них оказывается верной. Если Петру для улучшения контроля нужно часок с утра голышом заниматься, то это ещё невысокая цена.
Через несколько минут мы уже сидели внизу, в столовой, ожидая завтрак — было ещё довольно раннее утро, около восьми часов.
— Что за флот висит над городом? — задал я наконец интересующий меня вопрос. — Это подкрепления для нас или они тут так, сделали короткую остановку и дальше полетят на Камчатку? Давно они в городе?
— Прилетели позавчера вечером, — принялся отвечать Смолов. — Летели не через Сибирь, а наискось, через Александровскую губернию и оттуда через монгольские степи — с кочевниками удалось заключить мир и договор о том, что они пропустят эскадру через свои воздушные территории. Степняки, которые сейчас тоже грызутся с Цинь, охотно согласились.
На стол начали выносить завтрак — горячий чай, хлеб да буженину с сыром. Две молодые девки из простонародья, безо всякого намека на магический дар.
— Из Петроградской губернии, — продолжил мой вассал, отхлебнув горячий напиток. — Ну и центральных провинций. Десяток Архимагов, шестьдесят тысяч дворянского ополчения и сорок тысяч регулярной армии.
— Что-то солдат как-то не очень много, — заметил я.
— Зато с ними прислали целого Мага Заклятий, плюс дополнительно к ним, учитывая ситуацию — полторы тысячи боевых экзорцистов, — пожал он плечами. — Почитай, большая часть тех святых отцов, кого ещё не выгребли для войны на европейском театре военных действий. И вся эта рать прибыла с целью оказания нам поддержки в грядущем наступлении… Полки новоприбывших не стали задерживаться в городе, ещё вчера утром отправившись маршем на указанные им позиции. О прибытии этой помощи Старик явно был в курсе заранее — не было никаких совещаний, обсуждений и прочего. Главком просто отдал заранее подготовленные приказы — и началось движение. В последние дни он частенько меня дергал, требуя выяснить когда ты вернешься.
 
— Тогда, думаю, стоит сразу отправиться к нему и отчитаться о своем прибытии, — побарабанил я по столу пальцами. — Порадую Старика, покажу, что он не зря меня отпускал.
— Не выйдет, — покачал головой Смолов. — Об этом ещё не было объявлено, но главком и верхушка боевых магов вместе с новоприбывшими чародеями высших рангов уже выдвинулись на позиции. В городе лишь трое Архимагов да два десятка Старших Магистров, необходимый минимум для обороны города в случае повторной попытки Цинь ударить силами старших чародеев.
— Но почему тогда воздушный флот ещё здесь? — удивился я. — Это же неразумно, боевая мощь наших судов, в совокупности, не уступает указанному тобой количеству старших чародеев… А, хотя погоди-ка…
— Вот-вот, — улыбнулся Смолов. — Суда в случае надобности очень быстро нагонят основные силы, а пока создают видимость присутствия здесь старших магов. Долго такой обман не продержится, но долго и ненужно… Я оставлен здесь лишь потому, что Старик приказал мне дождаться тебя и вместе с тобой двигаться к Березовке.
— Что еще нам велел главком?
— С нами должна отправиться госпожа Хельга и её судно, все наши люди также отбывают туда. Мы забираем с собой Змея и все наши фрегаты, и получившаяся эскадра будет частью ударного кулака на нашем направлении, — поведал Смолов. — Кстати, дергать меня по поводу твоего возвращения наш главком престал в тот вечер, когда прибыли порталом подкрепления. Либо там был кто-то, сумевший связаться с эсминцем госпожи Хельги, либо у них было что-то с собой, значительно снизившее необходимость в нашем козыре в лице Маргатона… Не знаю, но надеюсь второе. В общем, согласно приказу, нам следует отправиться в путь уже завтра — тогда же и весь флот отправиться на свои позиции. У нас к отбытию уже всё готово — трюмы и арсеналы судов забиты под завязку, штат полностью укомплектован, мы даже сумели нанять дополнительные пять сотен гвардейцев из числа местных. Причем не только рядовых бойцов, но и магов второго и третьего рангов.
— Поподробнее насчет последнего, — заинтересовался я.
Процесс преобразования простого человека в гвардейца посредством алхимии требует времени, плюс немалых денег и других ресурсов на его экипировку, обучение и так далее. Причем деньги тут даже не сказать что бы главная проблема — человеку нужно время и учителя, что бы помочь адаптироваться к возросшим физическим возможностям. В своё время мне удалось провернуть этот процесс очень быстро, в те дни когда только начиналась компания против нолдийцев — но времени тогда было всё же значительно больше, к тому же у меня под рукой было десятеро бывших дружинников Шуйских, которые взяли основную нагрузку на себя. Не говоря уж о том, что всё необходимое в материальном плане, от зелий до доспехов и оружия, мы получили от Шуйских по нашему с Федором договору. Поэтому мне очень хотелось узнать, как Смолов нашёл нам дополнительные пять сотен готовых бойцов…
Всё оказалось куда проще, чем я полагал. И куда очевиднее, хотя я в этом направлении и не думал действовать. Но зато об этом подумал мой куда более прагматичный вассал — всё то время, что мы находились здесь, Смолов, оставленный в Магадане с изрядной частью наших людей, вовсю занимался привлечением в наши ряды местных.
Десятки Родов были уничтожены за время японской оккупации. Но у них остались многочисленные последователи — гвардейцы, боевые маги, не связанные кровью, слуги из числа простых людей, работавшие на них маги мирных направлений — разного рода ремесленники и чародеи-аграрники, занимающиеся всякого рода улучшением почвы, борьбе с вредителями и животноводством.
После моей массовой казни японцев я, как выяснилось, обрёл популярность не только среди местной аристократии — я стал кем-то вроде народного любимца среди тех, кто особенно сильно пострадали от вторжения и оккупации. Жаждавшие мести, но понимающие, что аристократы и генералы скорее всего всех пленных отдадут за выкуп стране Восходящего Солнца. И моё показательное истребление пленников было для них бальзамом на душу…