Вернуть Боярство 11 (СИ)

— Что-то по поводу способностей самого тигра известно? — подумав, поинтересовался я. — Раз уж местные имели с ним дело.
— Невероятная регенерация, — начал перечислять чародей. — По нашим сведениям, даже чары седьмого ранга, которыми Сучков атаковал его, не сумели прикончить тварь. Он просто регенерировал две трети своего тела магией и продолжил бой. Огромный запас выносливости, сверхпрочная шкура, когти, способные без труда рвать артефактные доспехи вплоть до четвертого ранга и которыми он без особого труда рушит магические щиты. Хвост может удлинятся и бить не хуже тарана. В общем, в ближнем бою это существо страшный противник… Из плюсов для вас — у него довольно скверно обстоят дела с дистанционными атаками. Известно лишь об одной — мощная звуковая волна, которую он выпускает посредством рыка. Бьет, предположительно, на дистанции в пятьдесят метров — дальше её поражающий эффект сильно снижается.
Самый, пожалуй, неприятный противник из возможных. Существо, обладающее огромной выносливостью и прочностью, заточенное на ближний бой и способное исцелять практически любые повреждения, а я вынужден биться против него не используя оружия. Это будет действительно тяжелый бой, настоящее испытания себя и своих сил… Но награда полностью искупает риск. Конечно, хотелось приберечь возможность пересадки сердца до момента, когда мне предстоит брать следующий после Архимага ранг — ведь именно он самое тяжелое испытание у меня на пути. Я так и планировал сделать, дабы извлечь из ситуации максимальную пользу… Ну да что поделать — человек предполагает, а Господь располагает.
— Когда начнется ваш бой с тигром, мы постараемся отвлечь всех этих существ на себя, господин Аристарх, — поглядел мне в глаза чародей. — Однако вынужден вас предупредить — дольше получаса их отвлекать мы не сумеем. И в случае возникновения экстренной ситуации будем вынуждены уйти даже раньше.
— Мы пробудем здесь столько времени, сколько потребуется, — холодно поглядела на своего телохранителя Хельга. — И если надо будет, спалим всех этих тварей до единой! Уж на каких-то там отродий, даже не достигших седьмого ранга, мне сил хватит!
— Госпожа… — хмуро поглядел на неё чародей. — Простите меня, но в мои обязанности…
— Не стоит ссориться, друзья мои, — улыбнулся я, не давая разгореться лишнему спору. — Благодарю за предложенную помощь, но она мне не потребуется. Как только ритуал вступит в активную фазу, тигру никто не сможет прийти на помощь.
— Почему это? — удивилась Хельга, сделав жест чародею, что бы на оставили наедине. И накрыв нас глушащим звуки куполом.
Коротко поклонившись девушке, он слился с тенью ближайшего дерева и, передвигаясь от одной тени к другой, ушел на самый край небольшой поляны, оставив нас вдвоем. Судно девушки парило в сотне метров над нами, а из проводить меня на поляну спустились лишь сама Хельга и этот её охранник. Впрочем, говоря откровенно, охрана девушке уже не особо-то и требовалась. Ощущая её ауру и изредка украдкой глядя, с какой лёгкостью она плетет чары, я понимал — моя невеста сейчас уже достойный противник и для меня.
— Так ритуал работает в обе стороны, — пояснил я девушке. — Лишая себя возможности прибегать к артефактам и алхимии, я как бы демонстрирую самой магии, что иду на честный бой, в котором намерен полагаться лишь на свою силу. А так как у монстров итак нет никаких артефактов и они уж тем более не пользуются алхимией, мироздание и сама магия взамен отрезают их от возможности получения помощи от иных существ. Да, до того, как мы начнем схватку, эти правила не действуют — но стоит ей начаться, как никто и ничто не сумеет помешать нам.
— Этого в информации отца не было, — заметила Хельга. — И вообще — а как же тогда тот случай с Приходько? Да и с остальными твоими магами, усилившимися уже в пути на Магадан? Они ведь добыли сердца явно не в следствии ритуала — не говоря уж о том, первом разе. В твоей битве с лешим Приходько вообще никакого участия не принимал!
— Есть два варианта ритуала — первый не исключает чужую помощь, но тогда придется потратить просто огромное количество усилий и ресурсов на то, что бы добиться нужной эффективности, — пояснил я, когда по кивку девушки её телохранитель оставил нас наедине. — Плюс потребует помощь одного, а лучше нескольких могущественных чародеев. Минимум Архимагов — и то с ними эффективность упадет процентов на двадцать пять, а то и тридцать в лучшем случае. Лучше Маг Заклятий… Ну, а насчет Приходько и моих людей — я конечно не Архимаг и не Маг Заклятий пока что, но моего опыта и знаний хватило, что бы потерять лишь около четвертой части эффективности. И поверь, это было нелегко… В общем, Павел Александрович явно рассматривает этот вариант ритуала как основной и намерен пользоваться именно им. Твоему отцу возможности позволяют подобный подход. Думаю, твой старший брат уже получил сердце, верно?
 
— Да, подтвердила девушка. — Он нынче Архимаг — а ему лишь сорок один. Прежде он талантом, позволившим бы взять ранг столь рано, не блистал, а теперь даже есть шанс, что станет Магом Заклятий… И я поняла твой намек. Согласна, он бы ни за что не сумел бы самостоятельно добыть сердце — он хоть и неплохой боевой маг, но справиться с разломной тварью седьмого ранга, будучи Старшим Магистром, да без артефактов и зелий, точно никогда бы не сумел.
— Тебе виднее, — дипломатично улыбнулся я, не желая прямо говорить, что разделяю это её мнение о брате. В конце концов — это её родич, и она имеет право о нем так отзываться, в отличии от меня. — В общем, поверь, будь у меня выбор, я бы сам предпочел первый вариант. Без лишних хлопот и тревог привести сюда «Змея» с обоими моими Петрами на борту и просто прибить этого тигра со всеми, кто рискнет встрять в этот процесс.
— А что мешает?
— Ты же помнишь, что я был на грани смерти после событий в Александровске, — взял я в руку маленькую ладошку своей зеленоглазой блондинки, передернувшей плечами при упоминании той бойни. — Моя жизненная суть понесла слишком большой урон, и даже помощь твоего отца лишь отстрочила на время мою смерть. Что бы полностью нивелировать все негативные последствия того дня, мне нужен весь, до последней капли, эффект этого сердца. И даже тогда этого могло бы не хватить… Поэтому мой способ — это совмещение двух ритуалов. Та его часть, что отвечает за честность нашей схватки с тигром, нужна для того, что бы преодолеть барьеры и сразу взять седьмой ранг, вместе с этим получив достаточно энергии для вживления Сигилов. Ну и к тому же — мне важна каждая капля целительной силы сердца. А таким образом я сумею избежать любых возможных потерь в этом вопросе — наоборот, даже слегка сверху прибавит живительных свойств.
— Это те энергетические конструкты в твоей ауре, что дополнительно расширяют возможности физического тела, ауры и энергетической системы? — уточнила она.
— Они самые, — кивнул я, удивленный, что она сумела это заметить.
— В моей памяти есть схожие конструкты, и судя по тому, что я вижу — твои значительно уступают моим, — удивила меня девушка. — Я их зову Внешними Печатями Души, уж не знаю, откуда название… Скажи, ты доверяешь мне, Аристарх? — внезапно спросила она.
Ну и вопросы… Хотя — после всего, что было, после боя в Александровске и того, как я буквально заглянул к ней в душу, вливая в неё остатки силы убитого мной Младшего Божества… Не знаю, как это объяснить, но с тех пор у нас с девушкой была особая связь. Пожалуй, даже глубже, чем обычная любовь и симпатия — я доверял ей целиком и полностью, без всяких оговорок. И она, я чувствовал, отвечала мне взаимностью… Да и что там чувствовать — она все эти годы всегда была рядом и всеми силами поддерживала меня, ничего не прося взамен.
— Конечно доверяю, — улыбнулся я ей, привлекая к себе и обнимая. — Что за глупый вопрос? Да и к тому же — это ведь именно ты будешь пересаживать мне сердце, не забыла? Какие ещё тебе нужны подтверждения?
— Да я не… В общем, я к другому спросила, — вздохнула она. — Позволь мне во время твоего прорыва на следующий ранг нанести Печати самой. И исправить пробел, что появился между слоями души и энергетики, что лежат между пятым и шестым рангами. Видимо, будучи без сознания и обессилен после битвы за Александровск, ты их не смог нанести, и это серьезное упущение.