Вернуть Боярство 11 (СИ)

— Когда, по твоему, начнется битва основных сил? — перевела она тему.
— Зависит от наших действий, — не сегодня, так не сегодня. Однажды сама всё расскажет, подожду. — Если будем сидеть на месте и окапываться по первоначальному плану, месяца полтора, ну может два у нас есть. Не забывай — время работает на их стороне. Пока они отлавливают население и приносят жертвы, пополняя и усиливая армию. Для призыва инферналов нужна жертвенная кровь разумных существ, да и некроманты большие любители использовать этот способ для сотворения особо сильных чар и монстров. Им некуда спешить — элитной нежити у них явно достаточно, так что чернокнижники будут клепать в больших количествах тупое мясо, которое затем пойдет в первой волне на наши позиции. Разрядит большую часть ловушек, потреплет солдат и укрепления, постарается вынудить магов тратить на себя силы… А затем пойдут живые из числа самых бесполезных — вчерашние крестьяне, записавшиеся в полк ради наживы, отловленный по трущобам городов преступный сброд, штрафники ну и рядовые маги из простолюдинов или беднейших Кланов. С этими будет уже нежить посерьезнее первой волны. Не элита, но вполне себе крепкие середнячки — костяные пауки, Спауты, некровиверны, упыри, гули… И, честно сказать, уже на этом многие участки фронта посыпятся.
— А демоны? — подняла она лицо, глядя мне в глаза.
— Если враги исполнят задуманный ими ритуал, то третья волна будет из низших демонов, — ответил я. — Это просто пушечное мясо для инферно… Но для нас — примерно как сильные разломные твари второго-третьего ранга. Это рядовые. А уж нормальные отряды, основные бойцы и боевые маги выступят уже с основными силами Цинь — добить уцелевших. К этому моменту, скорее всего, останутся самые лакомые для них куски добычи — сильнейшие маги, лучшие, твёрдые духом бойцы, самые сильные и умелые. Демонам особо не нужны тела, тем более трупы — это всё достанется некромантам. Нет, при случае они ни плотью, ни кровью не брезгают — однако это не основное их меню. Но вот что им нужно — это души. Которые они после боя постараются собрать в как можно большем количестве, а затем переправят их в Инферно. Где их ждут муки на протяжении вечности… Ведь Инферно и его порождения питаются активной частью души — той, в которой хранится и копится энергия для перерождения или бытия в виде души в посмертии… А они её сжирают. И накопить её в виде голой души — это долго и тяжело… И эти твари будут вечно отнимать её — для себя, своего слоя бытия, который растет за счет этого, для своих владык… Ужасная участь — стать пленником этого Плана.
— И что изменишь один лишь ты, взяв седьмой ранг? — грустно поинтересовалась девушка. — Всё, что ты сказал про Инферно, ведомо и мне… Поэтому единственным шансом на спасение я вижу бегство.
— А я вижу иное, — возразил я. — Нужны подкрепления. Священники, маги, воины — все, все кого смогут отправить. Боевые корабли, артиллерия… И Магов Заклятий. Ну а если даже их не будет — нужно сражаться. Шанс на победу есть! И ритуал можно сорвать, и Цинь разбить. И в этом нам понадобится сила каждого воина, каждого мага — так что за сердцем я всё же отправлюсь… И не переживай — я его точно смогу освоить и подчинить. Так ты покажешь мне поточнее, где обитает нужное мне существо?
— И даже отвезу на своём эсминце, — вздохнула Хельга. — На этот раз ты никуда один не пойдешь!
— С тобой — хоть на край света, — усмехнулся я и начал расстегивать пуговицы мундира девушки.
  
Глава 14
 
Разговор с командующим Магаданской группы армий происходил в небольшом зале, где собралось что-то вроде внутреннего круга самых высокопоставленных командиров, ближних офицеров главнокомандующего и старших чародеев — из числа тех, что в данный момент находились в самом Магадане. Записываясь на прием к генерал-аншефу, я, разумеется, просил передать, что желаю обсудить свою просьбу к Старику наедине, но тот заявил, что на личные встречи в ближайшие двое суток он не имеет времени. И либо мой запрос будет рассмотрен вне очереди, но на одном из совещаний, ежедневно созываемых его штабом, либо мне придется подождать.
 
И уж разумеется старый, скользкий змей не стал не глядя подписывать моё прошение о разрешении на то, что бы временно покинуть действующую армию ради решения своего вопроса. Как мне и предрекали что Хельга, что Смолов. По хорошему, стоило бы просто напроситься на разговор с главнокомандующим, не уточняя заранее цель своего обращения, но секретари и адьютанты старого чародея сразу дали понять, что без указания заранее цели разговора меня никто не то, что слушать — даже принимать не станет. Будь на его месте кто-то менее знатный и обладающий меньшим личным могуществом, то подобным образом он бы вести себя не осмелился.
Я уже далеко не тот вчерашний Младший Магистр, Глава Рода, существующего больше на бумаге, едва обретший Родовые Земли и вынужденный вовсю использовать поддержку Хельги, строить хитроумные комбинации и на пределе сил цепляться за все возможности и союзы, дабы просто выжить в борьбе даже не с Игнатьевыми, а их прихвостнями.
Нынешний Род Николаев-Шуйских был уже силён не одним лишь своим Главой. Могучие одаренные, в числе коих уже четверо Старших и девять Младших Магистров, десятки Мастеров и больше сотни Адептов, несколько тысяч отлично экипированных и обученных гвардейцев, не то, что не уступающих — во многом превосходящих аналогичных бойцов большинства Великих Родов, за исключением действительно старых и могущественных… Свой Архимаг, небольшой, но очень мощный из-за наличия «Змея» воздушный флот — Николаевы-Шуйские, как-то незаметно даже для меня, стали действительно грозной силой. За каких-то несколько лет никому не известный Род, едва успевший родиться в глубинах богом забытой Сибири, на самой окраине Фронтира, стал вполне себе крепким середнячком в первой лиге аристократов Империи. Да, пока не сильнейшие и уж тем более не богатейшие среди себе подобных. Но крепкими середнячками по военной силе уже были, а в смутные времена, когда Империя в кольце врагов и воюет на всех фронтах, причем не сказать что особо успешно — это, пожалуй, даже важнее, чем богатства. Ибо сильному всегда проще добыть золото, чем слабому защитить своё благосостояние.
До уровня даже слабейших Великих Родов нам, разумеется, было далеко — это уже высшая лига, в которой играют тяжеловесы, способные в какой-то влиять на политику Империи и сопредельных держав, но с учетом скорости, с которой рос и креп мой Род — в государстве осталось не так уж много тех, кто мог бы нас откровенно игнорировать и не принимать во внимание.
Даже любопытно, как будет вести себя Игнатьев в моём присутствии теперь. Ведь случись меж нашими Родами конфликт сейчас — и мы их просто раздавим. Железной поступью моя гвардия, боевые маги и воздушный флот со мною во главе пройдут по их Родовым Землям, предавая всё огню и мечу — и нынешнего меня, с такими силами за спиной, не остановят даже стены их родового гнезда, поколениями укрепляемого и усиливаемого, дабы быть готовыми к любому повороту событий. Да, с потерями, да, с огромным напряжением сил, с большим трудом — но я бы взял его и сумел бы выжечь калёным железом весь их Род.
А потому, кстати, по возвращении в ставшую уже родной Александровскую губернию, мне предстоит с этим скользким типом весьма содержательная беседа. Мне не очень-то нравятся условия нашего с ним мира, а так же факт того, что он откровенно давил на меня, вынуждая отдать за бесценок знания о крайне ценном ритуале. Ну и несмотря ни на что, мне есть, что сказать этому чрезмерно хитровыдуманному хрычу по поводу удерживания фактически в плену детей моего вассала и прочего. Хотя, к сожалению, слишком много получить тоже не выйдет — как ни крути, Второй Император не позволит мне зайти слишком далеко в отношении своего вассала. Впрочем, не могу не признать, что это справедливо — в момент нашей слабости Игнатьевым тоже пришлось смирить аппетиты и желания из-за того, что Павел Александрович явственно маячил из-за моей спины. Вопрос тонкий и решить всё простым давлением не выйдет, конечно, но как говорится — пространство для торга имеется.