Биртман (СИ)
— Серьезный промах опаздывать на речь директора. — сказала Оля.
— Если конечно ей скажут и представят все в нужном ракурсе. — добавила Мэнгли.
— Да у меня вроде нет врагов что бы так поступать. Подумаешь опоздали. — пожал я плечами и развел руками как в одном мэмасике из будущего.
— А вы откуда? — спросили справа.
— Из Москвы.
— А почему приехали, кто родители? — это вопрос слева.
Так вот я и плыл в потоке, прихваченный по обе руки прекрасными сопровождающими. Кто-то конечно усомнится так ли были прекрасны они? Ну, а я скажу, что в восемнадцать или около того все девушки прекрасны, но понимание этого может прийти только к людям, прожившим уже одну жизнь. Поток протащил меня к неизвестной мне ранее лестнице и вознес на третий этаж, втолкнув в класс, на входе в который была табличка «Английский язык».
Но, я был настолько очарован красотками, которые по какой-то неясной для меня причине ангажировали в свою очередь меня, что плевать я хотел куда меня занесло. Парты, в классе оказались рассчитаны на одного человека! Вечно в этих кабинетах иностранных языков все ни как у всех, косят поди под иностранцев. Я занял одну из тех что подальше и по центру, слева и справа мгновенно заняли места мои спутницы. Более того они сдвинули свои парты ближе. Что происходит? Именно интерес к тому что же происходит и желание узнать куда это ведет и не отпускало меня из сеструхиного класса. Вон, и она, вынесенная аж на первую парту среднего ряда, озабочено оглянулась и жестами спросила: «Что происходит?». Хотя возможно у меня плохо с сурдопереводом и звучало это «Какого хрена?».
— Здравствуйте дети. — тем временем сказала училка.
— А чего не на английском? — спросил какой-то унылый голос.
— Так у нас сейчас урок мира, который мы используем для решения организационных вопросов. К тому же с нами и немецкая часть группы.
— Ты слепой что ли Окунь? — выкрикнул кто-то.
— Так тихо. Начнем значит с того что я представлюсь.
— Да мы знаем.
— Так, Мамедов, каникулы кончились и как с учителем в школе разговаривают ты забыл видимо за каникулы? Могу напомнить в виде сочинения на английском?
— Спасибо я уже вспомнил, — под смешки «сдулся» Мамедов, впрочем показал кулак некоторым смеющимся над ним одноклассникам.
— Так я представлюсь. Бурлаченко. Анна Николаевна. А новых учеников у нас несколько. Начнем с Биртман?
— Что? — растерялись и училка, и следом ученики, поскольку встали и я и Светка.
— Светлана, у меня записано? — растеряно говорила та.
— Ах, да простите, — усмехнулся я. — Я не из этого класса. Миль пардон. — шутейно поклонился я. — Оревуар! — махнул рукой на прощания. — Муадмозель — подмигнул девчонкам.
Я вышел, оставив шокированный, и частично смеющийся класс.
— Что это было?! — услышал я уже из-за двери и поспешил на поиски своего класса.
Наверное, стоило бы вернуться и спросить там же, хотя нет только портить красивый уход. Я спустился в самый низ и вышел обратно в фойе главного входа.
— Ты чего тут бродишь, кто такой? — наехала на меня какая-то тетка.
— Чуть опоздал, новенький я, девятый «Б» куда мне, не подскажите?
— Первый день, а уже опоздал! Хорош ученик! Фамилия?
— Биртман.
— Запомню. И даже запишу! — внесла она меня в свой блокнотик, чую не к добру. — Так, сейчас посмотрим, — подошла она к расписанию. — О! Так ваш класс же директриса взяла. Ха! Ну ладно, из блокнота, пожалуй, можно и вычеркнуть тебе и так не позавидуешь. Опоздать в первый же день к Эдже Эзизовне, ай-я-йай.
— Это как говорится, «мама дорогая»? — предположил я.
— О, так ты еще и шутник. Ну пошли, я даже провожу тебя, тут рядом. — прихватила она меня рукой за плечо. — А чего высокий такой?
— В папу пошел, папа высокий, вот и я следом.
Действительно кабинет оказался в непосредственной близости, стоило подняться по главной лестнице как в прошлый раз и между кабинетом директора и актовым залом был прекрасный угловой учебный класс. Ну стоило догадаться что директриса себя не обидит и черте где вести свои уроки сама себе не поставит.
— Прошу прощения, Эдже Эзизовна, вот тут у вас заблудившийся мальчик говорит в вашем классе учится.
— Мальчик, ха-ха, — посмеялись некоторые.
— Зиня? А я смотрю где ты, не вижу, что случилось?
— Так пришли как положено мы, а оказалось линейка раньше. Как так вышло не знаю, но класс найти я не успел. Тут сказали заходите, и тут все рванули. — эмоционально рассказывал я, активно махая руками. — Меня просто унесло потоком на третий этаж еще и в какой-то кабинет, еле выбрался.
Некоторые учащиеся давили смешки, от моего рассказа, кто-то просто не понимал, что происходит.
— Да… и впрямь, стоило обратить ваше внимание, что линейка будет раньше. — тут все сильно удивились словам Эдже, особенно тетка что меня привела. — Ну давай, садись. Сейчас у нас классный час, так куда тебя посадить. Поближе бы, но ты у нас слишком высокий.
— Так может я и посижу сзади, зрение у меня в порядке.
— Ну ладно что же садись пока, Марина Викторовна, вы что-то еще хотели?
— Эм… нет. — удалилась моя конвоирша, явно разочарованная отсутствием расправы.
Далее распределили какие-то обязанности и классные должности, вернее оставили их без изменений. Расписание, какие-то планы мероприятий. Вспомнили о кинотеатре, в который будут копеечные сеансы, но дикий восторг учеников, был мгновенно задушен, сообщением о тематичности сеансов. Даже не знаю куда нас поведут? На Вия что ли? В общем первый так называемый урок мира, используемый как классный час минул быстро, ведь на самом деле это классные полчаса. А вот далее пошли с места в карьер в урок литературы.
— Напомню на лето вам был задан список произведений что мы будем проходить в этом году.
— А зачем читать заранее?
— Базаров, опять ты за свое?!
— Ой, я забыл, что я на вашем уроке, — прикрыл рот рукой Серж.
— Потому что произведения большие заданий много у вас и без литературы. Прочитать такой объем даже за лето вполне возможно, а вот по ходу учебного процесса гораздо сложнее. Но я так поняла Базаров ты у меня сложностей не боишься? Хотя я думала, что уж гуманитарный-то класс соизволит прочитать эти книги?
— Конечно, Эджэ Эзизовна. — дружно прогудел класс, а Серж так и громче всех.
— Угу конечно, Базаров, врешь ведь? — усомнилась та.
— Да как же можно?! — приложил руки к груди Серж, вызывая смешки учеников.
— Перечисли что читал?
— Эм… значит, так, ну-у… Войну и мир, — начал Базаров.
— Допустим, потом конечно я увижу так ли это, но пока перечисляй-перечисляй.
— Преступление и наказание, Обломов.
— Ну еще?
— Эм..
— Гроза, — шепнули сбоку.
— Гроза! — повторил Серж.
— Так, тебе подсказывают что ты читал этим летом, Базаров? — уточнила учительница и многие засмеялись.
— Я читал, просто…
— Просто забыл что.
— Так ладно, — остановила свободные высказывания с мест директор — Вот, Зиня нам подскажет так Зиня?
— Да, я читал перечисленные произведения — закивал я, при этом сигнализируя бровями, рядом сидящим, что мне тоже нужна подсказка, что я черт возьми читал этим летом?!
— А еще?
— Ну-у, Некрасов, Фет, Тютчев — лирику, я знаете ли стихи люблю.
— Хорошо, Анатолий Старков что читал? — к счастью от меня быстро переключились, а то я как бы и не знал, чего там задавали.
Тони что-то бубнил я даже не расслышал, затем Гуля дополнила список и наконец мы проехали этот вопрос и перешли к «Грозе» Островского.
— Зиня как ты считаешь… — внезапно спросила меня училка.
— Ну так-то сюжет мягко говоря не комсомольский. — все что знал выдал я одной фразой.
— Ну можно и так сказать… — согласилась покрасневшая училка, затем долго рассказывала, что к чему в этом произведении.
Я все стоял и стоял, так и достоял до конца урока, пока директриса все говорила и говорила о «Грозе».
— Куда засобирались? Разве не две литературы?