В ожидании Виллы

— Из Гренландии, и очень рад хоть чуточку погреться. — Капитан Моргенсон весело рассмеялся, но глаза оставались холодными, как льды, которые ему пришлось преодолеть. Под таким взглядом Вилла чувствовала себя крайне неуютно.
— Меня зовут Аксель, — представился он. — Надеюсь, мы с вами ещё увидимся, мисс Грейс, прежде чем я снова уйду в море. Особенно теперь, когда Вилла меня бросила и нашла себе мужа. — Он громко рассмеялся, и фру Линдстрем к нему присоединилась. Что могло быть серьезного, когда речь заходит о таком беспечном существе, как Вилла!
  
Грейс тоже улыбнулась.
— Придете ко мне в гости в следующую субботу, капитан? Я приглашаю всех друзей выпить за здоровье Виллы.
— И Вилла тоже будет? — в его голосе Грейс почудилось удивление, словно он знал, что это невозможно.
— Кто знает? Вдруг она появится? Но мы все равно сможем выпить за её здоровье. Так что приходите, пожалуйста, если сможете.
— Спасибо, мисс Грейс, приду с удовольствием.
— Вот и замечательно. В субботу, в шесть. До встречи!
Грейс чувствовала его изучающий взгляд, пока поднималась по лестнице, но не могла понять, о чем он думает. Может быть завтра, когда она встретит последнего из мужчин, упоминавшихся в дневнике Виллы, хоть что-то прояснится? Барон Якоб ван Стерн. Муж элегантной Эббы. Но согласится ли он прийти?
Нет, прежде она никогда бы до такого не додумалась — затеять вечеринку. Похоже, каким-то странным образом Грейс заразилась безрассудством Виллы. Она словно влезла в её шкуру.
Вооружившись телефонной книгой, Грейс принялась звонить. Она была уверена, что приглашения будут приняты. Большинство придет потехи ради, но один или двое явятся из желания узнать что-то новое. Ну что же, они с Польсоном станут наблюдать.
Баронесса ван Стерн ответила сдержанно, но любезно; Свен Бейка — с радостью; Уинфред и прочие друзья Виллы из посольства — Найджел и Джойс, Томпсоны и Хендерсоны, с которыми Грейс познакомилась на приеме у Питера Синклера; мисс Анна Моргенсон с радостью приняла приглашение от своего имени, от имени сестры и племянника Акселя, который к счастью оказался дома.
Последними Грейс позвонила Синклерам. В голосе Кэт звучало недоверие. Для них с мужем это развлечением не станет.
— А в чем дело?
— Конечно, из-за Виллы, конечно. Ведь её нет? Вы, Грейс, начинаете себя вести, как она.
— Почему? — удивилась Грейс.
— Как это — затевать вечеринку в честь отсутствующих?
— А может быть, она уже вернется? Но вы-то с Питером придете?
— Я с ним поговорю с ним. Я никогда не знаю, когда он свободен, когда
— нет. — Кэт едва не плакала. — Джорджия пришла с температурой. Если и Александр заразится, мне точно придется сидеть дома.
— Очень жаль.
— Да, время неудачное. Сегодня надо бы пойти на чай к послу…
— Идите, я могу посидеть с детьми.
— В самом деле?
— Конечно, с удовольствием.
— Как замечательно! И Вилла была такая же добрая.
— Вы уже говорили, что в этом смысле мы похожи. Правда, тогда мне показалось, что это только комплимент.
Кэт смутилась.
— Не обращайте на меня внимания. Мне не по себе. Ненавижу этот город. После гибели Билла стало как-то совсем печально.
— Вы из-за него так настроены против Виллы? — спросила Грейс.
— Нет, что в, я думаю, она тут вовсе ни при чем.
— А Уинфред Райт другого мнения.
— Да, были слухи… Но Питер не обращал на них внимания. Он говорил, что Билл прекрасно знает Вилле цену и не воспринимал её всерьез.
— Но кто-то же воспринял! — воскликнула Грейс.
Последовала длинная пауза. Потом Кэт протянула:
— А может это Вилла кого-то восприняла слишком всерьез?
Когда Грейс уже собиралась к Синклерам, Кэт позвонила снова.
— Грейс, я ухожу. Дети вас ждут. Приезжайте поскорее, ладно? Откроет вам Александр. Проследите, пожалуйста, чтобы Джорджия лежала в постели. Она такая слабенькая…
Александр распахнул дверь с очень серьезным видом.
— Джорджия хочет немедленно вас видеть.
— Но можно мне сначала раздеться? Как ты, Александр?
— Я отвечал на телефонные звонки, но Джорджия не дает мне разговаривать. Говорит, что я слишком маленький, чтобы запоминать важные сообщения. Это нечестно.
Грейс повесила пальто и потрепала его по голове.
— Девчонки все такие. А что за сообщения? От кого?
— От Виллы, конечно.
Грейс недоуменно уставилась на него.
— От Виллы?
Александр с важным видом кивнул.
— Я как раз хотел спросить её про лосей, когда Джорджия отобрала у меня трубку.
— Джорджия, ты действительно говорила с Виллой?
Раскрасневшаяся и хмурая Джорджия откинулась на подушки.
— Не кричите так, у меня болит голова.
— Александр говорит, что звонила Вилла. Это правда?
— Да, я с ней поговорила. А теперь у меня кружится голова.
— Что она сказала?
— Попросила, чтобы папа приехал и спас её. Она устала от леса и стука дождя по крыше.
«Стук дождя по крыше сводит меня с ума…»
— Ты не выдумываешь?
Девочка обиделась.
— Спросите у Александра.
— А почему ты не дала ему поговорить?
— Он ещё маленький. Папа говорит, что ему нельзя доверять серьезные вещи — он может все перепутать.
Грейс положила руку на её горячий лоб.
— А ты с такой температурой ничего не перепутала? От кого должен спасать твой папа Виллу?
Вмешался Александр.
— От лосей, конечно. Она боится их не меньше меня.
Джорджия с закрытыми глазами прошептала:
— Она сказала, что не нужно в них стрелять, потому что она не любит крови. Грейс, вы нам почитаете?
— Джорджия…
— У меня такая слабость, что я не могу разговаривать.
— Но ты могла встать и ответить по телефону,? Или тебе все приснилось? При температуре такое бывает.
— Правда, у меня были кошмары.
— Значит, Вилла не звонила?
Глаза Джорджии блестели от жара.
— Про лосей выдумал Александр. Вилла сказала только про дождь.
Грейс посмотрела в окно. По стеклу дождь стекал ручьями. Серые тучи спускались все ниже. Пора было закрывать штор и включать свет.
Сама она ни на мог не поверила детям, но решила рассказать Питеру и Кэт, когда те вернуться.
— С какой стати мне её спасать! — воскликнул Питер, выслушав Грейс. — Откуда у них такое буйное воображение? И нечего поднимать панику, ребенок просто бредит.
— Может быть, кто-то и звонил, — разумно рассудила Грейс. — Не обязательно Вилла.
Поднимавшаяся по лестнице Кэт обернулась.
— Она может ещё раз позвонить?
Питер предпочел сделать вид, что не слышит.
— Дети наслушались сказок, и все. А я должен спасать Виллу неизвестно от чего!
Голос его все ещё звучал в ушах Грейс, когда она вернулась домой. Грейс постучала в потолок, приглашая Польсона спуститься, и рассказала все.
— Меня тревожит упоминание о дожде. Помните, Вилла писала в дневнике, что стук дождя по крыше сводит её с ума? Дети этого не знали, верно? НО Джорджия говорила именно про стук дождя.
— Да, потому что все время идет дождь, и она его слышит. Дети всегда говорят первое, что приходит им в голову.
Грейс прислушалась. Даже в городе этот звук наводил тоску, а в лесу, в заброшенном доме под железной крышей это просто невыносимо.
— Не могу избавиться от предчувствия, что Вилла прячется где-то в лесу. Или её прячут…
Польсон расхохотался.
— С телефоном?
— Не смейтесь, я думаю, пора уже сообщить про исчезновение Виллы. Пойти в полицию или хотя бы в посольство.
Польсон перестал смеяться.
— Пока что нет. Даже достаточно сентиментальная шведская полиция не воспримет всерьез бегство невесты. А ваш посол и так может знать все, что хочет.
— Что вы имеете в виду, говоря «пока»?
— Во всяком случае, до вечеринки. Что-то может проясниться. Как насчет выпить шнапса? Так говорила Вилла, она ведь не всегда говорила только о дожде.
  
Польсон не стал драматизировать ситуацию и ему удалось несколько унять её страхи.