Дарт Лонгботтом (СИ)

Помимо водного стража, в окрестностях Хогвартса жил настоящий энт. Его голова торчала из земли возле замка, а остальная часть тела была скрыта глубоко в грунте. Местные волшебники называли этого защитника «Дракучей ивой» и не подходили к нему близко, чтобы не получить удар ветками. Этот древесный воин спал сотни лет и, согласно воле основателей, не мог причинить значимый вред ученикам Хогвартса.
  
Четвёртым защитником школы оказался феникс, живущий в кабинете директора. Магическая птица обладала множеством полезных характеристик. Одной из них были целебные слёзы, позволяющие быстро восстановить потерю энергии и залечить раны. А ещё феникс мог переносить на любые расстояния и волшебников, и грузы, что делало огненную птицу по-настоящему уникальной.
Палпатин потянул за управляющий механизм, который шёл к фениксу, и тот немедленно переместился в подземелье. В лапах у птицы была какая-то тряпка. Из воспоминаний Лонгботтома Палпатин знал, что эта старая шляпа на самом деле является артефактом, который распределяет детей по факультетам.
Если Шива не обманывало аурное зрение, внутри шляпы был спрятан какой-то металлический предмет. Подозвав феникса, он вытащил из артефакта весьма примитивный меч и крутанул вокруг себя несколько восьмёрок. В тишине подземелья раздался пронзительный свист, эхом разлетевшийся по стенам. Меч был выкован из серебряного сплава и совершенно неотбалансирован. Палпатин решил, что с поиском достойного оружия на этой планете ему пока не везёт.
Шив разочарованно хмыкнул и сделал выпад в нос дохлого василиска, проверяя остроту лезвия. Вероятно, какие-то чары на мече всё же были, так как клинок без особого труда погрузился в тушу. Заинтересовавшись, Палпатин попробовал перерубить один из клыков чудовища, но меч просто выбил зуб василиску, а не рассёк тот пополам. Хорошо хоть чистить меч не пришлось, ядовито-зелёная жидкость мгновенно впиталась в лезвие. В гневе Шив вонзил не оправдавшее надежд оружие по самую рукоять в глотку василиска и бросил его там. Нужно было собрать ценные ингредиенты. Однако Палпатин не собирался лично копаться в мёртвой туше. Он решил чуть позже вызвать домовых эльфов и заставить их сделать всю грязную работу.
Распределяющая шляпа была Шиву не нужна, он просто бросил её рядом с мальчишкой и посмотрел на феникса.
— Я сейчас поработаю с памятью Поттера, а потом ты отведёшь их назад той же доро́гой, — приказал Палпатин огненной птице. — Только сначала полей обоих своими слезами, а то ещё умрут по дороге.
Феникс курлыкнул и полетел к рыжей Уизли. А Палпатин тем временем коснулся головы мальчишки и мгновенно оказался у того в разуме. Здесь он на скорую руку создал воспоминания эпичного сражения с василиском и тяжёлой победы Поттера над ужасным монстром. Хорошо, что бо́льшую часть навеянных слепком иллюзий можно было легко приспособить к своим целям. Теперь мальчишке будет казаться, что он почти в одиночку одолел шестидесятитонную машину смерти, всего лишь с серебряной зубочисткой в руке. Чтобы это не выглядело совсем уж невероятным, он приказал подлетевшему фениксу выцарапать василиску глаза и слегка ободрать нос.
«Иначе Поттеру точно никто не поверит, даже его рыжий друг, — сказал сам себе Палпатин. — А так за неимением другой версии примут и эту. Подумают, что, как и любому другому избранному, мальчишке просто сказочно повезло. И для тех, кто любит читать чужие мысли, история получит подтверждение. Отпечаток у него в голове похозяйничал, будто ранкор на ферме пустынников. Теперь никто не сумеет переубедить Поттера, что это все иллюзии, даже если правда когда-нибудь раскроется».
Определившись с дальнейшей стратегией, Палпатин оставил феникса с Поттером, а сам подлетел к рыжей девочке и кинул в неё «Энервейт», приводя в чувство. В это время Поттер тоже завозился возле колонны. Гриффиндорец понял, что сидит в нескольких метрах от колоссальной туши мёртвого василиска, и чуть было снова не потерял сознание от шока.
В этот момент Уизли наконец-то пришла в себя и громко заплакала. Внимание Гарри тут же переключилось с василиска на девочку. Гриффиндорец встал на дрожащие ноги, подхватил палочку и шляпу. После чего подошёл к туше и с огромным трудом выдернул верный меч, едва не зацепившись за один из клыков. Затем Поттер засунул клинок в шляпу и направился к девочке.
— Джинни, как хорошо, что ты очнулась, — улыбнулся Гарри. — Я и сам еле живой, а если бы мне пришлось тебя тащить, боюсь, за это время нас бы успели похоронить в замке, — попробовал пошутить Поттер.
Он рассчитывал заставить её улыбнуться, но Уизли ещё сильней залилась слезами. Всхлипывая, девочка рассказала, что под влиянием дневника она натравливала монстра на учеников, но василиск почему-то никого не убивал и не таскал себе в логово, чтобы потом сожрать. Монстр слушался её приказов, но делал это почему-то неправильно.
— Во всём виноват этот Том из дневника, — истерически всхлипывала Уизли. — Он управлял моим телом и мешал василиску! Я ведь ничего не помню, что делала, правда! Мне просто не понравилось, что Колин Криви фотографирует тебя, а на следующий день он окаменел. Потом мне показалось, что Гермиона как-то не так на тебя смотрит, а на следующий день её тоже отнесли в больничное крыло. Перси жаловался, что Кристалл ему в чём-то отказала, а потом и она окаменела. Я не хотела этого, ты же мне веришь? — у рыжеволосой гриффиндорки началась истерика. Поттер растерянно топтался рядом, не зная, что предпринять, пока та ревела навзрыд.
Палпатин раздражённо послал сигнал фениксу, и тот несколько раз ярко вспыхнул возле входа в зал, привлекая к себе внимание подростков.
— Пойдём отсюда, — Поттер подтолкнул девочку вперёд, и та, всё ещё всхлипывая, пошла на свет, старательно обходя по кругу тушу василиска. Приближаться к чудовищу, пусть и мёртвому, ни у Джинни, ни у Гарри не было никакого желания.
Палпатин проконтролировал, как подростки выбрались наверх через туалет, и повернул обратно. Остановившись возле убитого монстра, он подключился к защите замка и дал домовикам Лонгботтомов право перемещаться в подземелья. После чего позвал сразу четырёх эльфов и объяснил им задачу:
— Вот это моя добыча, — Шив по-хозяйски похлопал василиска. — Потроха сразу отправляйте в стазис, а голову не трогайте вообще. Это магическое существо, его железы ещё пять лет будут вырабатывать яд. Перемещайтесь сюда каждый месяц и собирайте всё, что с клыков натечёт. Мясо тоже в стазис. Потом через Хагрида обменяю его на самоцветы у великанов. И наловите мне где-нибудь в болоте с десяток гадюк. Сделаю на всякий случай из них муляж. Вдруг Поттер захочет ещё раз посетить подземелья.
Домовики мгновенно принялись за работу, и через несколько часов от некогда грозной рептилии осталась только голова и скелет. Из принесённых эльфами змей Палпатин соорудил василиску новое тело. Теперь, если тщательно не приглядываться, то будет казаться, что ничего не изменилось. А через несколько месяцев, когда обманка протухнет, только тот, кто попытается забрать шкуру убитого монстра, поймёт, что она ненастоящая. Однако, по мнению Палпатина, Поттер вряд ли будет этим заниматься, не то у мальчишки воспитание. Скорей всего, юный избранный постарается забыть дорогу в подземелья навсегда.
* * *
Альбус обедал у брата в «Кабаньей голове». Крепкие белые зубы Великого Светлого волшебника одинаково хорошо перемалывали и овощи, и мясо. Аберфорт Дамблдор с укоризной поглядывал на него, автоматически протирая пивные кружки.
  
— Что, допрыгался? Вышвырнули тебя из Хогвартса, — наконец не выдержал младший брат. — А всё твои интриги, Альбус!
— Это мелочи, — Дамблдор сверкнул очками и наколол на вилку очередной кусочек говядины. — По магическим законам я по-прежнему директор школы, чтобы там себе не напридумывал Малфой. Слава Мерлину, пока в Англии правит магия, а не бюрократия, за будущее нашей страны можно не беспокоиться.
Внезапно сердце Альбуса кольнуло так сильно, что он едва не подавился мясом. Показалось, что магия покинула его. Дамблдор попытался глотнуть воздуха, его лицо начало синеть, голова закружилась. Сердце застучало, словно пишущая машинка под пальцами пьяной машинистки, и Великий Светлый волшебник рухнул в тарелку лицом.