"Фантастика 2024-183". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

Секунду помолчав, продолжил.
— Только вот всё это ложь, от начала и до конца. Что-то мне подсказывает, господин Юн захочет об этом узнать. И покарать тех, кто его обманул.
Человек по другую сторону линию связи, немного подумал. Затем прозвучал всё тот же ровный голос.
— Я передам господину ваши уточнения.
На этот раз пауза длилась куда дольше. А по её окончанию, сотрудник пригласил нас войти. Воздух же огласил тонкий писк — звуковой сигнал открытия ворот.
Свободной земли в Тайбее было не так много, поэтому между воротами и входом в дом имелась только короткая дорожка. Стоило нам с Бэком приблизиться к дверям, как одна из створок распахнулась и в ней показался мужчина лет пятидесяти, одетый в чёрную форменную одежду. Когда мы оказались внутри, он хмуро оглядел нас. Задержал взгляд на моём костюме от «Канали», потом глянул на моего спутника, которому перед вылетом тоже купили классическую «двойку», выбрав один из дешёвых вариантов.
— Выложите телефоны и оставьте их здесь. Заберёте, когда будете возвращаться. Как вас представить?
Выражение лица было настолько чопорное, как будто он имел дело с парой крестьян, что заявились в королевский дворец, нагло потребовав аудиенции.
— Мин Джин Хо. Президент компании «Бушующий Кит».
Доля превосходства, которое светилось в его глазах, изрядно выросла — видимо посчитал, что раз название ему неизвестно, то речь идёт о какой-то мелкой компании. А ещё проявилось желание задать массу вопросов. Но дворецкий лишь неглубоко кивнул.
— Хорошо. Следуйте за мной. Господин сейчас на процедурах, но согласен поговорить.
Как скоро выяснилось, суть процедур заключалась в массаже. Пожилой мужчина развалился на лежаке около бассейна во внутреннем дворе, выстроенного квадратом, дома. От солнца его прикрывала навесная крыша, а в ногах сидели пара девушек в купальниках, которые массировали ступни.
Выслушав слугу, хозяин дома махнул рукой, отпуская того и посмотрел на нас.
— Корейцы, значит? Которые решили влезть в мои семейные дела? Сами то понимаете, куда пришли? Решили в пасть дракона запрыгнуть?
Сделав несколько шагов я уселся на второй лежак, который стоял в паре метров от Сянцзяня. Усмехнулся, поймав на себе его раздражённый взгляд.
— Мы действительно корейцы. Которые решили вам помочь и совсем не желают влезать в личные вопросы.
Тот скептически поджал губы.
— И чем ты можешь помочь? Раз утверждаешь, что моего отца лечат недостаточно хорошо, то у тебя и доказательства получается, есть? Или решил обойтись пустыми словами?
Первая реакция была именно той, которую я учитывал в своих расчётах. Так что к такому вопросу я был готов.
Вытянув руку, забрал у подскочившего Бэка папку с бумагами и поднявшись, вручил её китайцу.
— Статистика по всем пациентам клиники. Для сравнения, рядом аналогичные данные из трёх лучших мировых учреждений, которые размещают их в публичном доступе. Сравните.
Я вернулся на своё место, а собеседник, что-то тихо пробурчав, открыл папку. Потом его лицо начало постепенно меняться — по мере того, как мозг поглощал информацию и становилось понятно, что на самом деле ничего инновационного, тайваньская клиника не изобрела. Через какое-то время глаза и вовсе засверкали яростью. По той простой причине, что результаты лечения в трёх клиниках, которые я использовал для сравнения, оказались лучше, чем в местной.
Наконец он оторвался от документов и посмотрел на меня.
— Откуда это? Понимаешь, что если это подделка, из страны ты уже не выберешься?
Выдержав пристальный взгляд, я спокойно улыбнулся.
— Внутренняя документация клиники хранится на их серверах. Если вы обратили внимание, каждая бумага заверена электронной подписью, как того и требует закон. Ни одного формального нарушения процедур не допущено. Что даёт вам возможность увидеть список конкретных персон, которые несут максимальный уровень ответственности.
Тот недоверчиво нахмурился.
— Я интересовался ими в министерстве здравоохранения. Там заверили, что с клиникой всё в порядке.
  
Чуть склонив голову набок, я внимательно посмотрел на офицера.
— С бюрократической точки зрения так и есть. Как я и сказал — ни одного процедурного нарушения вы не отыщете. С препаратами в опасных дозах они экспериментов не ставят и ничего угрожающего жизни пациентов, не предпринимают. Но и помочь им не в силах. Сделать что-то большее, чем любое иное профильное учреждение, у них не получится.
Разведя руками, добавил.
— К тому же, у них точно есть неплохие контакты в самом министерстве. Позволяющие избегать досконального изучения процесса лечения.
Тот мрачно усмехнулся. Мельком глянул на документы в своих руках. Вернул взгляд на меня.
— Кто я по-твоему? Сопливый мальчишка с улицы, что клянчит денег на рамён? Меня не рискнули бы обмануть!
Я пожал плечами.
— Вполне вероятно и не обманывали. Вы же не просили их добраться до внутренней статистики и провести её анализ? Или предоставить вам полную копию всех данных? Рискну предположить, просьба звучала иначе. И была исполнена соответствующим образом — люди, к которым вы обратились, проверили их на нарушения с точки зрения министерства здравоохранения. Ничего не отыскав.
Секунду помолчав, добавил.
— Безусловно, часть сотрудников министерства — тоже медики. Но они уже давно не практикуют. А работа в бюрократической структуре оборачивается профдеформацией. Из-за чего никто и не подумал обратить внимание на реальную статистику положения дел пациентов. Кроме тех, кто в курсе ситуации. Но рискну предположить, они за своё молчание получают неплохие деньги. К тому же могли вовсе не знать о вашей просьбе, адресованной кому-то из их коллег.
Мужчина тихо прошипел ругательство и глянув на девушек, которые продолжали массировать его ступни, взмахнул рукой.
— Всё, хватит! Идите к себе! Когда будет надо — позову!
Проводил их взглядом, дожидаясь, пока те скроются в доме. Потом снова посмотрел на меня.
— Отчёты о состоянии моего отца у вас тоже имеются, верно? Как и данные на всех пациентов?
До конца он мне не поверил, но счёл изложенную версию достаточно убедительной, чтобы её рассмотреть. И теперь демонстрировал сразу два чувства — ярость из-за обмана по поводу родственника, плюс желание заработать на ситуации.
Я кивнул.
— Безусловно. В моём распоряжении находится вся документация заведения.
Тот тихо хмыкнул.
— И что ты за это хочешь?
Мгновение помедлив, я сделал вид, что не до конца понял вопрос и уточнил.
— За абсолютно все бумаги, которые находятся в их системе?
После короткой паузы, Сянцзян наклонил голову.
— За них. Что тебе нужно, Мин Джин Хо? Денег? Кто-то из родственников сидит в нашей тюрьме? Или ты задолжал триадам?
Судя по тому, с какой лёгкостью он поднимал потенциально опасные темы, на каком-то моменте нас с Бэком просветили сканерами. Удостоверившись в отсутствии специального оборудования для прослушки. Заодно выяснив, что у нас с собой всего по одному телефону, а не по два аппарата.
— Мне нужна информация. И ваша помощь в одном щекотливом деле, связанном с инвестициями.
Тот выпрямился и опустил ноги на землю, усевшись напротив меня.
— Инвестиции? Куда? И от кого?
В глазах на момент мелькнул огонёк опасения — видимо такого поворота беседы, мужчина не ожидал. Вероятнее всего рассчитывал, что я захочу в ответ чего-то более куда более простого и понятного.
— Какое-то время назад, Тэ Юн Чен передал относительно солидную сумму денег своему старому знакомому, который является гражданином вашей страны. Тот вложил её в акции компании, что занималась разработкой искусственного интеллекта. Не так давно её капитализация значительно выросла. Превысив миллиард долларов.
На мгновение замолчав, оценил мимику собеседника и продолжил.
— В силу обстоятельств, деньги были переданы без оформления всех сопутствующих бумаг. Под честное слово, которое, как вы знаете, порой ценится выше любой подписи. Но произошло нечто, вынудившее партнёра Тэ Юн Чена запереться в собственном доме и не показываться на людях. При этом отказывая всем, кто пытается с ним связаться по этому вопросу. Надеюсь вы понимаете, насколько это расстраивает.