"Фантастика 2024-183". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

Тем не менее, она сделала заявление по собственной инициативе. И судя по формату обсуждений в социальных сетях, солидную часть пользователей теперь волновал вопрос, к самому делу, никакого отношения не имеющий — с кем именно из двух представительниц высшего света я встречаюсь?
— Вот это точно нужно вычеркнуть!
Я повернул голову, столкнувшись с возмущённым взглядом Га Рама, а тот развернул планшет ко мне, пытаясь указать на нужный блок текста пальцем; Параллельно принялся объяснять словами.
— Перебор. Никто в такое не поверит.
Медленно кивнув, я отчасти согласился.
— Из тех, кто вас хорошо знает — скорее всего, правда, никто не поверит. Но эта речь предназначена не для них. Вам нужно привлечь симпатии публики, а не только внимание к выступлению.
Тот повернул планшет обратно к себе и подняв брови, посмотрел на экран.
— Выжечь огнём коррупцию? Демонтировать фундамент прогнившей политической системы? Уйти от практики закулисных сделок?
Вернув внимание на меня, вздохнул.
— Ты же видел предвыборные программы? Каждый обещает бороться с коррупцией. Слова только используют разные. И ничего не делает. Вернее, делают и много, но в обратном направлении. Зачем повторяться?
Я пожал плечами.
— Потому что эти слова пойдут дополнением к основной речи. Тему борьбы с продажными чиновниками, всё равно затронуть потребуется. Будет странно, если не прозвучит ни одного слова про коррупцию. Как минимум, за это могут зацепиться аналитики противника. Хотите увидеть в интернете поток мемов, посвящённых игнорированию коррупции в вашей речи?
Недолго подумав, тот отложил планшет в сторону.
— Ладно. Что будет по плану дальше? Я выступлю, заявлю о назначении Бён Хо Шона лидером «Новой консервативной партии» и потребую его немедленного освобождения. Что потом?
Чуть наклонив голову, я указал ещё на один пункт.
— Вы потребуете сделать процесс полностью прозрачным и немедленно представить общественности доказательства. А ещё обрушитесь на народный патруль, который возглавляет сын Джи Сок Ра. Потому что после вас, будет выступать Мин Со Пэк.
Общую схему пресс-конференции мы уже обсуждали и Га Рам был в курсе, что предполагается удалённое подключение по видео. Но видимо считал, что там появится моё лицо. Потому что сейчас на его лице отразилось неподдельное удивление.
— Зачем? Что она им скажет?
Сама девушка, которая сейчас сосредоточенно работала над текстом собственного выступления, даже не повела ухом. Я же продемонстрировал улыбку.
— Всю правду об основном свидетеле прокуратуры. Это единственный мощный инструмент давления, который у них имеется. Уничтожим его и враг останется с пустыми руками. А народный патруль будет обвинён в подстрекательстве к даче ложных показаний. Как минимум.
Тот задумчиво покосился на девушку, а я продолжил.
— Когда всё закончится, репортёры получат пакет информации о проступках прокурора. Плюс, вы продублируете их публично. Прямо во время вашей речи. А я в этот момент отправлюсь к тем его жертвам, убедить которых сотрудничать, на мой взгляд, проще всего.
Га Рам свёл брови и его лоб покрылся сетью глубоких морщин.
— Сегодня вечером? Пока я буду выступать?
Я утвердительно наклонил голову.
— Как только Джи Сок Ра узнает о выступлении, его люди повторно пройдутся по всем, кто располагает информацией и надавят. Обеспечат их молчание всеми доступными способами. Единственный шанс уговорить их сотрудничать — появиться на пороге уже сегодня.
Мужчина задумчиво пожевал губы.
— Ащщщ… Стремительно всё. Как гоночный болид.
Снова опустив взгляд на экран планшета, пролистал в конец документа, где были указаны дополнительные пункты сегодняшней программы, подлежащие реализации. Зашевелил губами, изучая информацию. Наконец посмотрел на меня.
— Предположим, всё получится и твоего Бён Хо освободят. Он вообще выступать умеет? Лидер партии, это не просто лицо и биография. Как минимум, должен уметь хорошо говорить.
Усмехнувшись, я кивнул ему.
— С речью у него всё в порядке. Проблем не будет. Ключевой момент — заранее его проинформировать. Чтобы не возникло неприятного казуса.
  
Га Рам поморщился.
— Я тебе не мальчишка. Адвокат уже в прокуратуре. Он правда третий уже, которого заявляется. Но увидеться им всё равно дадут. Послание передаст.
Секунду помолчав, поднял на меня глаза.
— Где мои гарантии, что после того, как твои люди окажутся на свободе, а обвинения сняты, ты не растворишься в ночи?
Вопрос был логичным. Более того — отчасти его подозрения были верны. Сражаться за него, выкладываясь на все сто процентов, я не планировал. Сейчас Га Рам жаждал показать всем, что ещё чего-то стоит и способен побеждать. Но если получит в свои руки реальную власть, то просто так он уже её не отпустит. Не во второй раз. Конечно, в итоге его всё равно выкинут на улицу, но перед этим, старик организует максимальный хаос.
С другой стороны — сделать так, чтобы малоизвестная партия, у которой пока имелась лишь пара конкурентоспособных кандидатов, взяла большинство на выборах в Национальное Собрание, задача из разряда невозможных. Безусловно, прецеденты в человеческой истории случались. Но на мой взгляд, максимум на который мог рассчитывать этот проект — около сотни депутатов. В том случае, если ситуацию получится раскачать настолько, что кандидаты «Свободной Кореи» устремятся на поклон к новому господину.
— А где мои гарантии, что получив первую порцию популярности, ты не заключишь сделку за моей спиной?
Мужчина причмокнул губами и улыбнулся.
— Справедливо. Но… Знаешь, давай ещё раз пройдёмся результаты, которых планируется достичь?
Во время первой фазы наших переговоров, я отталкивался от максимума потенциальных показателей. Теперь же, решил немного снизить планку.
— Рост уровня известности партии и уничтожение фигуры Джи Сок Ра. Вы получите крупную фракцию в парламенте и неплохие перспективы на выборах президента.
Забросив ногу на ногу, он впился в меня взглядом.
— А кандидатом станет Бён Хо Шон? Человек, о котором я ничего не знаю?
Я отрицательно покачал головой.
— Не думаю. Скорее всего, он покинет пост председателя партии после того, как мы закончим с Джи Соком. Оставив вам хороший рейтинг и неплохие перспективы.
Мужчина нахмурился.
— Почему? Бён Хо может стать членом Национального Собрания, а потом попробовать свои силы на президентских выборах. Он же станет нашим знаменем.
Поворот разговора был ожидаем — я понимал, что как только всё коснётся деталей, у Га Рама появятся вопросы. И заранее подготовил варианты реакции.
— Бён Хо идеален в качестве противовеса Джи Соку. Как минимум, по той причине, что на самом деле является честным человеком. Все моменты его биографии, за которые можно зацепиться, легко объяснимы. Там нет таких скелетов, при виде которых публика ахнет и начнёт в ужасе разбегаться.
Сделал паузу, давая собеседнику осознать сказанное. После чего продолжил.
— Это вызывает естественный вопрос — как долго честный человек, сможет руководить политическим проектом без конфликтов? Все остальные поднимались по карьерной лестнице постепенно и даже если начали относительно порядочными людьми, то к моменту своего подъёма успели стать совсем другими. А вот Бён Хо измениться не успеет. Хотите рискнуть и привести в Синий Дом человека, который НА САМОМ ДЕЛЕ станет бороться с коррупцией?
Га Рам закашлялся и посмотрел на меня с долей иронии.
— Что за молодёжь пошла? Так и норовит старика до сердечного приступа довести.
Вмиг посерьёзнев, поинтересовался.
— А как же все твои обещания? Власть над Кореей? Синий Дом? Вершина мира?
Я пожал плечами.
— Вы получите хорошие рейтинги и частично очищенную репутацию. Бён Хо уйдёт без всякого негатива, никак не повлияв на положение. Возможно рейтинги партии немного просядут. Но к тому времени у вас будет немало сильных кандидатов в округах. Которым будет поздно менять команду. А к президентским выборам, подберёте нужного человека. Восемь месяцев — достаточный период времени, чтобы сделать его лицо узнаваемым.