Фабрика душ
Аоко Мацуда
Фабрика душ
Aoko Matsuda
THE SUSTAINABLE USE OF OUR SOULS
The Sustainable Use Of Our Souls
Copyright © 2020 by Aoko Matsuda
© Борькина А., перевод, 2024
© ООО «Издательство АСТ», 2025
Часть 1
Те люди вовсе не исчезли.Их просто больше нет в вашем мире.В самом начале, когда «дядюшки» только-только перестали видеть девушек, и вправду поднялся небольшой переполох. Этого никто не отрицает.
И более того, заволновались-то сами «дядюшки».
«Дядюшки» искренне верили – если нечто происходит с ними, то и у остальных дела обстоят не лучше, поэтому и всполошились так сильно.
А для других ничего не изменилось, жизнь текла как обычно, и взбудораженные «дядюшки» в их глазах выглядели странно.
Большая часть людей не восприняла «дядюшек» всерьез, решив, что это их очередная шуточка или какая-то игра. В сущности, все, что говорили или делали «дядюшки», оказывалось гораздо менее постижимым, чем им казалось.
Осознав, что видеть девушек перестали лишь они сами, и без того разнервничавшиеся «дядюшки» совсем потеряли покой.
Само по себе это не дало никакого результата – лишь заметив, что «дядюшки» несут какую-то чушь и ведут себя нелепо из-за своей слепоты, люди начали понимать, что это не пустая выдумка.
Похоже, девушки исчезли из их поля зрения.
Настоящая загадка, и с этим нужно было что-то делать.
Некоторые, не желая признавать свою принадлежность к числу «дядюшек», делали вид, будто продолжают видеть девушек, но неловкие слова и поступки выдавали их с головой.
«Дядюшки», бесспорно, влипли в неприятности.
Некоторые из них принялись писать в газеты, публиковать статьи в журналах и выступать на телевидении, везде твердя, как им тяжело, что они перестали видеть девушек. Так «дядюшки» пытались вызвать резонанс в обществе.
Однако хотя все и отнеслись с должным пониманием к внезапному несчастью, постигшему «дядюшек», не нашлось ни одного человека, кто бы выслушал их жалобы и постарался приложить все усилия, чтобы исправить ситуацию.
Главная причина состояла в том, что никто не ощущал в «дядюшках» глубины.
Чувствовалось, как они бесятся из-за того, что их лишили такого важного развлечения. «Дядюшки» были ужасно недовольны, что тот самый элемент, расцвечивавший их серые будни, исчез без следа. Они все меньше старались на работе, уровень стресса у них все рос, и число таких «дядюшек» увеличивалось прямо на глазах.
Не на шутку разозлившись и забыв о каких бы то ни было правилах приличия, «дядюшки» попытались надавить на общественность, взывая к окружающим, вот только в тот момент вся эта история уже особенно никого не интересовала.
События шли своим чередом.
Были, конечно, и те, кто пытался исследовать, анализировать это непостижимое явление, но поскольку большую их часть составляли все те же «дядюшки», ничего дельного не вышло. «Дядюшки» только и вели дискуссии о том, почему девушки пропали и что с ними произошло, но вот того, что причина может крыться в них самих, что с ними может быть что-то не так, не касались и вовсе.
Несмотря ни на что, «дядюшки» не желали в это верить.
Офтальмологи, осмотрев «дядюшек», заключили, что никаких отклонений не обнаружено.
Психиатры, побеседовав с «дядюшками», тоже ничего особенного не нашли.
Отклонений не наблюдается?
Правда?
Наконец окружающие, безучастно наблюдавшие за всем происходящим, решили, что так даже лучше.
С тех пор «дядюшки» больше не видели девушек.
Я хочу, чтобы вы запомнили это в первую очередь. Год, когда девушки исчезли из мира «дядюшек».
Что же до самих девушек, то сначала они в основном молчали.
Невероятные вещи случались все чаще.
«Дядюшки», не замечавшие девушек, наталкивались на веселые компании учениц, возвращавшихся домой из школы, шагали вперед нетвердой походкой и вновь сталкивались с кем-то из них. В метро «дядюшки» грузно опускались на как будто незанятые места, где на самом деле сидели девушки.
И это не шутки.
Нисколько.
Девушки, конечно, были не в восторге от происходящего, но быстро приспособились. Во всяком случае, они-то «дядюшек» видели прекрасно. И это было большим преимуществом. Завидев кого-нибудь из «дядюшек», нужно было лишь предугадать, что он сделает дальше, и избежать столкновения. Легкая победа.
Для девушек «дядюшки» превратились всего лишь в очередную помеху.
Теперь девушки обходили их, точно какой-нибудь столб. С единственной разницей, что этот столб мог перемещаться.
Во всей этой хлопотной суете, уже вошедшей в привычку, девушки нашли и некоторое развлечение. Что-то вроде записок и сладостей, которыми они обменивались на уроках, пока учитель не видит. Хранить девичьи секреты от взрослых – уж это они умели делать лучше всего.
Иногда девушки бросались врассыпную от ничего не подозревавшего «дядюшки», шагавшего между ними, точно Моисей перед расступившимися волнами, а затем выстраивались в шеренгу и с серьезным видом некоторое время молча следовали за ним.
Девушки почувствовали азарт.
Все они тоже были непохожи одна на другую. Мечтательницы, которых оттеснили на задний план более сильные подруги. Тихони. Мятежницы. Те, кто вовсе не представлял собой ничего особенного. Но как только «дядюшки» перестали видеть девушек, все они смогли объединиться во имя своих шуточек и смеха. Веселье снизошло на них, точно божественное откровение.
Тот факт, что «дядюшки» больше не замечали их, кардинально переменил жизнь девушек. Правда, заметили они эти, можно сказать, драматичные изменения или отличия не сразу. И как назвать их, каждая тоже решала сама в соответствии с собственными ощущениями.
А имя им было – свобода.
Девушки впервые почувствовали, что пристальный взгляд, направленный на них, без сомнения, исчез. Никто больше не волочился за ними, не пялился на щеки, ресницы, пряди, выбившиеся из прически, груди, подолы форменных школьных юбок, ноги, лодыжки.
Это мерзкое липкое чувство испарилось из мира.
Теперь девушки были свободны.
Без взглядов «дядюшек» в школьной форме и спортивных костюмах не было ничего особенного. Это всего лишь одежда. Просто прикрывающие тело куски ткани, необходимые для школы.
Позабыв те дни, когда они безучастно молчали в постоянном напряжении от взглядов, поступков и слов «дядюшек», девушки расслаблялись – их затвердевшие души и тела медленно оттаивали.
Взрослым теперь без надобности было бесконечно предупреждать девушек, чтобы те опасались «дядюшек». Отпуская дочь куда-нибудь из дома, родители могли больше не трястись от страха, не переживать, а их натянутые до предела нервы постепенно приходили в норму.
Никто не говорил об этом вслух, но такие изменения были ничем иным, как благом.
Впрочем, проблемы все равно должны были однажды начаться.
Благом для девушек стала месть, хоть в этом и не было никакого смысла, и они радостно приступили к осуществлению своего плана. Напряжение все возрастало.
Месть была делом несложным.
Дни тянулись чередой, и каждый из них таил новую возможность отомстить «дядюшкам». Взбудораженные и счастливые, девушки бросили все силы на то, чтобы придумывать все новые и новые способы.
Маленькая месть.
Большая месть.
Опустим подробности – в конечном итоге все это привело к трагическим событиям, а когда погиб первый «дядюшка», были приняты меры.
«В будущем девушки никоим образом не должны пересекаться с “дядюшками”».