И пес с ним

– Да ты у нас красавчик! Какая удача, Берни!
– Что вы имеете в виду?
Саймон Берг поднялся.
– Сегодня мы испытываем новый вид лакомства из сушеных бычьих жил класса А, сырье импортируется из Аргентины. Я бы хотел изучить реакцию Чета.
– Не уверен, что эксперимент ему понравится, – сказал Берни.
Саймон Берг поглядел на него и вдруг расхохотался:
– А мы с вами проведем экскурсию.
– Спасибо, – кивнул Берни. – Но прежде ответьте на вопрос: вы ездите на «БМВ»?
– Кто, я? – поднял брови Саймон. – Нет, у меня «тойота-приус».
Я попробовал новый сорт косточек из сушеных жил. Мы обошли всю фабрику, где изготовляли превосходный собачий корм. Мне выдали на экспертизу еще несколько сортов. Все – однозначно вкусные.
– Если не возражаете, поговорим о Мэдисон, – сказал Берни, когда мы вышли из испытательной лаборатории.
– Какие могут быть возражения? – отозвался Саймон. – Синтия места себе не находит от беспокойства, да и я тоже, хотя при ней стараюсь держаться. Мэдисон – замечательная девочка, и не только из-за своей одаренности. Если на поиски вам потребуются еще деньги, дайте мне знать.
Берни кивнул.
– Расскажите о ваших отношениях с Мэдисон.
– Пожалуй, их можно назвать добрыми. Иногда мы втроем – я, Синтия и Мэдисон – ходим в кино. Я стараюсь не навязывать свое общество, поскольку считаю себя новичком в жизни обеих. Кроме того, Синтия до сих пор тяжело переживает развод.
– Что скажете о Дэймоне? – спросил Берни.
Саймон немного помолчал. В это время один из моих новых знакомых по экспериментальной кухне принес несколько мисочек с разными видами угощений, поэтому ответ Саймона я пропустил. Если честно, я пропустил вообще все, пока мы с Берни снова не сели в машину.
– Этого я и боялся, – сказал он. – Погоня за химерами.
Значит, мы все-таки вышли на охоту? А химеры попрятались? Ну и ладно. Какая, в сущности, разница? Все и так чудесно.
  
16
 
– Вообще-то мы даже не охотимся за химерами, – сказал Берни уже в пути. – Скорее идем по ложному следу, ловим копченую селедку.
Копченая селедка? Это что-то новенькое. Признаюсь, я не большой поклонник морепродуктов. Рыбные кости пару раз доставили мне крупные неприятности. Вдобавок запах рыбы, даже свежей, вызывает у меня отвращение. Правда, однажды на вечеринке я стащил с чьей-то тарелки недоеденный (то есть я думал, что недоеденный) кусок жареной рыбы-меч, и мне, в общем, понравилось. Что же касается селедки, пробовать ее – копченую или какую другую – мне пока не доводилось.
– Тут есть отличие, Чет.
Между чем и чем? Берни совсем меня запутал. Я высунулся в окошко, подставил морду теплому солнышку и ветру, такому сильному, что мои уши прижало к голове. Кстати, что лежит у нас в багажнике? Уйма коробок с экспериментальными образцами от фирмы «Ровер и компания». Разве есть в этой жизни другие заботы и тревоги? Нет и не может быть!
Берни посмотрел на меня.
– Только между нами, – сказал он, – я серьезно волнуюсь.
Охо-хо.
– Мэдисон сбежала? Нет. Ее прячет какой-нибудь извращенец? Едва ли. Больше всего это похоже на похищение ради выкупа.
Если мой партнер так решил, я полностью его поддерживаю.
– Есть только одна загвоздка.
Я ждал продолжения.
– Выкупа никто не требует. Возможно ли похищение ради выкупа без соответствующего требования?
Я, во всяком случае, о таком не слышал.
– Что же тогда происходит?
Не имею ни малейшего представления. Это опять насчет химер и копченых селедок? Погоди-ка, Чет, не торопись. Малейшее представление у меня все-таки есть: смутная память о Мэдисон, выглядывающей из окна.
– Чего разлаялся?
Я лаял и лаял, пускай и не слишком уверенно.
Берни огляделся по сторонам.
– Тебе не нравится тут находиться?
В пробке, что ли? Вдоль дороги стоял огромный торговый центр с длинной парковочной площадкой. Что-то мне напоминает…
– Чет, это «Норт-Каньон-молл». Место, где тебя ранили.
А-а, точно! Уж будьте уверены, я прекрасно помню, как меня ранили. Помню первую встречу с Борисом. Я спокойно дремал, когда этот негодяй подошел к нашему автомобилю, проколол шины, потом полоснул меня ножом да еще сбил машиной. Однако и я покусал его, не забывайте! Я залаял громче.
 
– О чем ты рассказываешь, приятель? – спросил Берни, сворачивая к зданию торгового центра.
Я умолк.
Мы немного покружили в поисках места для парковки.
– Где-то здесь, да? – обратился ко мне Берни. – Может, под этим деревом?
Он поставил машину, мы вышли и осмотрелись. Берни поднял глаза на верхушку дерева.
– Чет, что здесь произошло? Как все случилось?
Как все случилось? Я спал в тенечке и… Остановился, учуял запах из багажника. О-о!.. Разнообразные сорта собачьего корма. Невероятно сложное сочетание ароматов. У меня даже голова закружилась. Когда головокружение закончилось, я улучил момент и задрал лапу. А почему бы нет?
Значит, так: Борис застал меня врасплох. Похвастаться нечем. Я уныло опустил морду.
– В чем дело? – Берни погладил меня по спине. Сделал несколько шагов вдоль припаркованных авто. – Давай попытаемся восстановить события… – Он умолк. Я послушно следовал за ним. – Я оставил машину здесь. Или здесь. Что потом? Когда я вышел, ты лежал вон там. – Мы с Берни двинулись к месту, которое он указал, и по пути миновали решетку сливного колодца. Я остановился, принюхался, затем просунул нос между железными прутьями.
– Что такое, Чет?
Запахи из колодца поднимались самые разнообразные, но это не имело значения. Главное, я вспомнил, что туда провалилось. Острое воспоминание, пронзившее меня, отозвалось столь же острой болью в плече.
– Чего лаешь? – Берни опустился на колени и вгляделся в колодец. – Ни черта не вижу. А ты?
Я тоже не видел, но и без того знал, что лежит на дне. Я поскреб лапой по решетке. Берни недоуменно посмотрел на меня, потом принес из машины фонарь. Мне ужасно нравится этот предмет – здорово, когда пятно света прорезает темноту. Я всегда радуюсь, если Берни включает фонарь.
– Перестань прыгать как ненормальный!
Я перестал, вернулся к решетке. Берни опять встал на колени и посветил фонарем вниз.
– Да подвинься же ты, в конце концов!
Не могу, не могу. Я втиснулся рядом с Берни и тоже принялся смотреть в колодец. На дне блестела вода, также виднелась коробка из-под бургеров. Лично я предпочитаю, когда Берни сам готовит бургеры на гриле, но против фастфудовского варианта тоже ничего не имею против. На свете немало капризных едоков – например, Леда, – но я к ним не отношусь.
– Эй, мистер! Уронили в сточный колодец ключи?
Мы обернулись и увидели полную женщину, которая опиралась на магазинную тележку.
– Вам нужно обратиться к охранникам.
– Простите, не понял, – сказал Берни.
– У них есть эта штука, чтобы доставать ключи, – сказала женщина, энергично жуя жвачку. От жвачки одни неприятности, уж кому-кому, а мне это известно не понаслышке. – Я точно знаю насчет охранников, тоже как-то роняла ключи. Растяпа, как и вы.
Чуть позже вокруг решетки собралась целая толпа: охранники из торгового центра, покупатели, скейтбордисты (между прочим, я умею кататься на скейте, если захотите, потом расскажу) и мутноглазый шатающийся пьяница с тележкой, полной мятых пивных банок. Вонь, которой от него несло, перебивала все остальные запахи. Да, еще остановились два небольших грузовичка с мигающей аварийкой.
Старший охранник принес длинную палку.
– На конце – во-от такенный магнит, – сообщил он Берни. – Мое изобретение. – Достанем ваши ключи как нечего делать.
Он просунул палку между прутьями решетки. Зеваки придвинулись ближе, все, кроме пьяницы, который увидел меня и расплылся в улыбке. Улыбка у него широкая, а вот зубов нету. Как так без зубов?!
– Отойдите, – скомандовал старший охранник.
Он наклонил голову набок и замер, словно прислушиваясь. Люди, собравшиеся вокруг решетки, почему-то скопировали его движение. Однажды мы – я и Берни – смотрели передачу про обезьян. Отличная передача, после нее я по-другому стал относиться к людям.