Другой брат (ЛП)

Моя киска сжимается вокруг его члена, когда он входит в меня.
— Черт, Эйприл, я сейчас кончу, — говорит он срывающимся голосом.
— Пожалуйста, — умоляю я, желая большего.
Я чувствую, как его тело вздрагивает, когда он издает низкий звук, и мгновение спустя он изливает свой жар внутри меня.
Я обмякаю рядом с ним, когда мое тело опускается с высоты.
— Ты чертовски прекрасна, — выдыхает он, переводя дыхание.
  
Я изучаю его лицо, щеки раскраснелись от оргазма, и мои глаза блестят, когда меня охватывает всепоглощающая нежность. Все мои чувства обострены. Я никогда раньше не чувствовала такой связи с кем-либо — разумом, телом и душой. Я принадлежу ему. Мое тело говорит с ним. У меня в горле встает комок, и я проглатываю его, не зная, стоит ли выкладывать карты на стол и показывать ему, насколько уязвимой я себя чувствую.
Он выходит из меня, мои бедра становятся липкими от его спермы, и снова натягивает штаны. В воздухе витает запах секса и пота. Наклонившись вперед, он прижимается губами к моим губам, и я наслаждаюсь вкусом. Грубый большой палец касается моей щеки, и я прерывисто вздыхаю, его прикосновение такое нежное.
— Мое сердце полностью принадлежит тебе, — говорит он мне в губы, и я закрываю глаза, впитывая его слова.
Он берет мою руку в свою и прижимает ее к своей груди, где его сердцебиение совпадает с моим неровным стуком.
— Я пыталась защитить свое сердце, но с тобой все стены рушатся, — мой голос срывается.
Он нежно целует костяшки моих пальцев.
— Твое сердце дорого мне. Я обещаю относиться к нему с заботой, которой оно заслуживает.
Мои губы дрожат, когда я перевариваю его слова, и я шмыгаю носом, придвигаясь, чтобы нежно обнять его лицо.
— Оно твое, — шепчу я. Я выдавила из себя слабую улыбку и кивнула в сторону двери. — Не стоит заставлять парней ждать.
Он замирает, и между нами разливается нежность.
— Жаль, что я не могу остаться и привести тебя в порядок.
Я усмехаюсь.
— Иди. Увидимся там, — говорю я, и он подмигивает мне, пожимая мою руку и хватая свою куртку, прежде чем уйти.
Когда он направляется к двери, он останавливается и смотрит на меня через плечо.
— Мне становится легче, когда я знаю, что ты будешь рядом сегодня. — говорит он с улыбкой, от которой у меня замирает сердце, он исчезает за дверью.
Этот человек спас мое сердце.
Когда я слышу его шаги на лестнице, до меня доходит.
Я по уши влюблена в Джеймса.
Глава 44
 Джеймс 
Мы подъезжаем к стадиону, и его огромные размеры буквально выбивают из меня дух. Он кажется ещё больше в это время дня. Волнение и адреналин захлёстывают, когда я осматриваю это место. Парковка почти пустая, только несколько других групп выгружают своё оборудование.
Оливер хлопает меня по плечу.
— Приятель, — говорит он, кивая в сторону стадиона. — Вот оно. Как ощущения?
Из меня вырывается смех.
— Спроси после того, как всё закончится, — отвечаю я.
Том громко фыркает, выпрыгивая из фургона.
— Я по-настоящему боюсь обделаться..
— Ну, только не сейчас, ладно? — парирует Уилл, открывая другую дверь фургона. — У меня тут с собой туалетной бумаги нет.
Оливер и я смеёмся, пока Уилл выскакивает с гитарным футляром в руке.
— Ну что, ребята. Пойдём покажем им настоящее шоу, — говорит Оливер.
Мы молча киваем, берём свои вещи и направляемся к заднему входу, где нас встречают два крепких охранника с переплетёнными на груди руками и строгими лицами. Рядом с ними стоит эффектная брюнетка в строгом костюме и на каблуках, с планшетом в руках. Они внимательно проверяют наши удостоверения, а затем вычёркивают наши имена из списка.
— Просто следуйте по указателям, а в конце вас встретит моя коллега Рэйчел. Удачи, парни, — говорит женщина, кивая, что мы можем идти дальше.
Охрана тут серьёзная – намного строже, чем на любых клубных или небольших площадках, к которым мы привыкли. Мы проходим через металлоискатели, а наши сумки тщательно осматривают.
Когда нас пропускают, мы следуем по коридору, где на стенах висят афиши прошлых туров и фотографий групп, добившихся успеха. Всё это словно напоминает, почему мы здесь.
В конце коридора нас ждёт женщина с чёрными, как смоль, волосами. Она миниатюрная, но её лицо выражает такую решимость, что выглядит устрашающе. На ней гарнитура, и она раздаёт команды, почти крича в микрофон.
— Нет! Мне всё равно, что они говорят, если их имён нет в списке, они не зайдут! — Она делает паузу, слушая голос на другом конце, а затем яростно выдыхает: — Я сказала нет, Джереми.
Она резко нажимает кнопку на гарнитуре, выключая её, и оборачивается к нам.
Мы переглядываемся, чувствуя себя немного не в своей тарелке. Чёрт, она крошечная, но её хватка железная.
— Привет, ребята! Добро пожаловать, добро пожаловать! Нормально добрались? — её дружелюбный тон сбивает меня с толку. — Я Рэйчел, координатор мероприятия, — продолжает она, быстро улыбаясь. — Следуйте за мной, я покажу вам вашу гримёрку. Перед выходом на сцену у вас будет время освоиться. У ваших гостей электронные билеты?
— Да, — отвечаю я. — Все подтвердили, что получили их по почте и в сообщении.
— Отлично. Если их имена не изменились, проблем на VIP-входе у них не возникнет, — говорит она, протягивая каждому из нас по бейджу на ленте. — Эти пропуска дадут вам полный доступ за кулисы. Только постарайтесь не бродить где попало. У нас уже бывало, что музыканты терялись и пропускали свои выступления.
— Поняли, — кивает Оливер, а мы все оборачиваемся к Уиллу.
— Что? — спрашивает он с обиженным видом, поднимая свободную руку в жесте сдачи. — Ладно, я не буду блуждать, честное слово.
— Сюда, ребята, — говорит Рэйчел, её каблуки стучат по отполированному полу. — У вас одна из больших гримёрок, так что места будет достаточно. Мы установили барабанную установку, усилители и микрофон, так что репетируйте, сколько нужно. Если что-то потребуется, просто дайте знать персоналу.
Мы идём за ней, пока она не останавливается перед массивными чёрными дверями.
— Чувствуйте себя как дома. Я приду за вами, когда будет время осмотреть сцену. Там есть туалет, — указывает она на соседнюю дверь. — Если что-то понадобится, нажмите на кнопку на стене.
— Спасибо, — отвечаю я.
— Хорошо. Я оставлю вас. — Она подмигивает мне и исчезает в конце коридора.
Как только Рэйчел уходит, Оливер протяжно свистит, опускаясь в кресло.
—Ты только посмотри! Мы действительно здесь.
Я падаю на кожаный диван.
— Мы здесь, — говорю я, и широкая улыбка расползается по моему лицу.
Нервы, конечно, никуда не делись, но они ничто по сравнению с тем азартом, что накрывает в ожидании следующего шага.
 
 
Через час появляется менеджер сцены и проводит нас на главную сцену, чтобы показать пространство и настроить звук. Я оглядываюсь на ребят и сразу вижу — их тоже накрывает адреналин. Стадион кажется огромным, когда он пуст. Ряды кресел тянутся в бесконечность, ожидая, когда их заполнят зрители. Сердце бешено колотится, пока мы поднимаемся на сцену. Чёрный настил немного прогибается под ногами, когда мы расставляем инструменты и настраиваем уровни звука. Техники суетятся вокруг, проверяя каждую деталь оборудования, чтобы всё работало идеально.
Том встаёт к микрофону, а мы с Уиллом и Оливером занимаем свои позиции. Когда нам дают знак, мы пробегаемся по паре треков. Глубокие вибрации баса, отражающиеся в пустых рядах, поднимают пульс до небес.
  
Когда саундчек заканчивается, нас ведут обратно в гримёрку. По пути мы встречаем несколько других групп. Несмотря на дух соревнования, рок-сообщество славится поддержкой друг друга. Замечаю пару знакомых лиц с прошлых выступлений. Мы быстро обмениваемся приветствиями, желаем удачи и возвращаемся в свою комнату.