Архимаг, который живет в подвале. Том 1. Том 2 (СИ)
Да и на других врачей придётся раскошелиться. Рука Дэна висела, наверняка сломана; впрочем, для того, чтобы стрелять, ему хватало и одной.
Легче всего отделалась его дочь — Алиса, кажется? — но всё-таки досталось и ей. Симпатичное лицо девушки украшал здоровенный фингал под глазом; из разбитой брови всё ещё сочилась кровь. Большущий синяк в районе почек особой радости тоже не добавлял. Одной рукой девушка опиралась на плечо отца, другой шарила в кармане куртки, что-то сосредоточенно ища.
Кавадзаки тихо выдохнул, и это отозвалось болью в покорёженном теле; его высокую фигуру уже начинал потихоньку окутывать тёмный пар, снимая самые тяжёлые симптомы и останавливая кровь, но о том, чтобы пребывать в порядке, не шло и речи.
Что ж; хотя бы начало положено.
Знать бы ещё, куда и когда успел смыться «главный» этих отморозков — как его там звали… А, плевать, какая разница — всё равно здесь и сейчас его нет, а идти куда-то и искать его Кавадзаки не в состоянии.
Имеем то, что имеем.
Выстрелы сменились щелчками; в револьвере закончились патроны, но Дэн всё продолжал жать на курок в тщетной надежде прострелить голову какому-то бедолаге.
— Хватит, — Алиса поморщилась, трогая бровь. — Достаточно, папа.
— Этим ублюдкам никогда не достаточно, — огрызнулся Дэн. — Им всегда мало, нужно ещё и ещё. Захотели прийти на мою территорию? Решили узнать, что бывает, когда лезешь ко мне? Что ж, узнали. Хороший урок вышел.
— По-моему, — Алиса продолжила рыться в кармане, — урок вышел бы далеко не таким показательным, если бы не…
Лекановы оба поглядели на Кавадзаки; тот развёл руками, и клубы тёмного пара взметнулись в обе стороны от него, будто он был чучелом на Масленицу.
— Мимо проходил.
Во взгляде Дэна на секунду мелькнули недоверие и подозрение… но тут же стихли; он сунул разряженный револьвер в карман и махнул здоровой рукой.
— Ну да, ну да. Сказал бы, что не верю в совпадения, но мне-то грех жаловаться. Если бы не это совпадение, уже был бы на их месте, — он пнул носком ботинка один из трупов под ногами. — И всё-таки — кто ты такой, мужик?
«Имя не имеет значения, значение имеют поступки». Фраза уже вертелась у Кавадзаки на языке…
— Он из Тёмных, разве не было понятно? — Алиса наконец нашарила то, что искала; вынув из кармана уцелевший в драке смартфон, она провела по экрану, разблокируя его. — После той фразы.
— Да, кстати, — заметил Кавадзаки; мудрость подождёт до иного раза. — Так откуда ты всё-таки знаешь главу?
Подозрительность вернулась во взгляд Дэна; он чуть шевельнулся, прикрывая дочку от японца.
— Какие-то проблемы с этим, мужик? — деланно бравурным тоном хмыкнул он.
— Никаких проблем, — Кавадзаки не двинулся с места; регенерация быстро работала, но до полного исцеления ещё было очень долго. — Но когда называешь главу Тёмных своим парнем, это… привлекает внимание.
— Успокойся, папа, — теперь девушка не отрывала взгляда от телефона. — Я и сказала это для того, чтобы привлечь внимание.
— Так это правда — или нет? — потребовал Кавадзаки
Алиса пожала плечами.
— Смотря с какой стороны посмотреть.
— Да что тут смотреть⁈ — Дэн помотал головой; перешагивая через трупы, он быстро обошёл помещение, заглянул на пару колонн. — Этот утырок ещё школьником вокруг неё вился, всё клинья подбивал… мужик, тебе не кажется, что сейчас об этом думать немного не время и не место? Главный мудак-то сбежал… а мы всё ещё посреди заброшки, раненные и всё такое.
Он поглядел на Алису.
— А ты кончай сидеть в телефоне! — раздражённым тоном рявкнул он. — Нужно быстро уходить отсюда. Залечь на дно, залечиться… тикток будешь смотреть потом.
Алиса не отреагировала на слова отца; Кавадзаки покачал головой. Разумеется, сейчас и правда неудачный момент для вопросов. Но…
Что это ещё значит — «вился вокруг неё ещё школьником»? Глава был школьником пять веков тому назад, а то и больше. А если речь идёт о его новом теле, то… Александр Эрмит, взращиваемый за закрытыми стенами, уж точно не мог виться вокруг кого бы то ни было.
Глава, глава. Что за игру вы ведёте и кто эта Алиса такая на самом деле?.. Неужели тело, избранное вами, на самом деле не Эрмит, а…
Да нет, хрень какая-то. Только чистое идеальное Ядро Эрмита могло выдержать могучий дух главы. Просто эта девица как-то используется им в его планах, вот и всё. Неисповедимы пути главы.
— Вы правы, — он шагнул вбок и опёрся о колонну; чёрный дым вокруг его тела истончался, становясь прозрачнее, но лечение только начиналось. — Нужно валить, а со всеми вопросами разбираться потом.
— Потом и разберёмся, — кивнул Дэн Леканов; в его взгляде отчётливо читалось, что он думает об этом, но сейчас лучше было не спорить. — А теперь…
Хлопки раздались от затенённого входа — медленные, но громкие.
Дэн тут же дёрнул обратно из кармана пустой револьвер; Кавадзаки в долю секунды оказался у арматуры, воткнутой в череп утырка, и с чавкающим звуком вытащил её наружу…
— Да брось, — раздался хриплый голос с уже знакомым ему британским акцентом. — Ты сейчас не в том состоянии, Кавадзаки. Ты, конечно, выдержал два удара, но это было до всего этого…
К ним спокойно вышагивали четыре фигуры; впереди старик — он и хлопал; позади молодой парень, что тогда первым окликнул его у сакуры. Остальные две фигуры… ладно-ладно, остальные две не «вышагивали спокойно», а скорее мелко семенили, идя так, будто собирались в любой момент развернуться и кинуться наутёк.
— В-вы… — одна из этих фигур, оказавшаяся худым парнем в полицейской форме, попыталась вынуть пистолет. — Вы арестова… блин.
Пистолет не поддавался; полицейский дёрнул слишком сильно — и тот, вылетев из кобуры, полетел на битые кирпичи; это и вызвало «блин». Парень быстро опустился на корточки и близоруко зашарил по поверхности, стараясь найти своё оружие…
— Вон там, слева, — мрачно подсказал ему Кавадзаки, сжимая арматуру.
— А-ага, большое спасибо… вы арестованы, кстати!
Полицейский направил на него пистолет, так и оставаясь стоящим на карачках.
— П-пожалуйста, не пытайтесь оказать с-сопротивление законной власти… — второй полицейский, потолще, двинулся к нему. Кавадзаки лишь по-мясницки хекнул, перехватывая своё оружие…
— Стоять, — старик-британец положил руку на плечо толстому полицейскому, и тот замер, будто вес этой ладони впечатал его в пол. — Куда пошёл, придурок?
Он усмехнулся.
— Ещё шаг, и ты лишился бы головы. Я ведь прав?
Кавадзаки не ответил ему; краем глаза он заметил, как Лекановы отходят чуть назад, за него, как Алиса всё ещё глядит в телефон — не набирает, а лишь напряжённо всматривается в экран…
— Вы, кажется, хотели свалить отсюда? — продолжал старик, обращаясь к полицейским. — Ну так и валите. Всё, ваша работа сделана, дальше мы сами.
Полицейских не нужно было просить дважды; несколько секунд — и они пропали в темноте вечерней улицы. Двое британцев переглянулись — и шагнули в сторону Кавадзаки.
— Теперь к тебе, — старик снова улыбнулся.
— Кто вы такие? — Кавадзаки не двинулся с места; одной рукой он зажимал рану, другой выставил вперёд гнутую арматуру, покрытую кровью и мозгами. — Что вам от меня нужно?
Старик развел руками, в которых не было и намёка на оружие.
— Крамер, сынок. Генри Крамер. Не знаю уж, дошла до ваших краёв моя репутация, или нет, но я верю, что одному из главных решал Тёмного Культа моё имя что-то да говорит. А это мой внук, Джек, прошу любить и жаловать.
Джек Крамер нервно кивнул; кажется, ему не нравилось, что всё идёт не по плану.
— К-корпораты… — выплюнул Кавадзаки, исходя чёрным дымом. — Вы так и не ответили на второй вопрос. Что вам нужно?
— А что нужно тебе, сынок? — Генри глядел прямо на него. — Вот война Светлых и Тёмных — она тебе нужна? Как по мне, хреновая игра, да и время кланов давно прошло. Знаешь, мы могли бы просто повторить то, что сделали несколько часов назад — ну, знаешь, я мог бы вдарить тебе по печени, а Джек запихнул бы тебя в багажник…